Иванна Осипова – Роза в хрустале (страница 52)

— Значит, отказ, — Эльсвер кивнул, казалось, что такого ответа он и ожидал, и даже доволен. — Вопрос с Хриллингуром отложим. Есть и другие способы передачи власти. Может быть скажешь, куда сбежал раб Дарион? Мы же все равно найдём его и твоих воронят.

— Найдёте, скажите мне, — губы Стефана растянуло в улыбке, тут же засаднило, подсохшая ранка треснула и пошла кровь.

Ринн говорит о его детях во множественном числе, а это значит, что Ри убежала вместе с Дарионом. Маргарита свободна. Нежность, смешанная с радостью и тревогой, затопила сердце.

Теперь, лёжа в камере на гнилой соломе, Стефан продолжал радоваться удаче родных. А он выдержит. Южанам не дано сломить Фолгандов. Он вспомнил, как в ответ на его улыбку, рассвирепел Эльсвер, как поднялся его родич. Оба Ринна были ниже ростом, но шире в кости. Мрачный кузен широким шагом оказался рядом и вложив в удар все силы, заставил мага согнуться, задыхаясь. Стефан резко выдохнул и выпрямился.

— Я когда-нибудь дождусь нормального правосудия? — он опять не смог сдержать улыбки, наблюдая за их беспомощной яростью.

— Правосудие — это я, Фолганд, — прошипел Эльсвер. — Ты же здесь — никто. Тебя нет. Ты животное, которое нужно дрессировать, а если зверь не поддаётся дрессировке, то его убивают. И не рассчитывай умереть легко. Я с наслаждением буду следить за твоими муками.

Он дал знак охране, и несколько парней подхватили мага, удержали за руки пока защёлкивали кандалы. Молчаливый родич Ринна возился у стены.

— Я не лекарь, — Стефану удалось окончательно продышаться. — Но мне кажется, что ты не совсем здоров.

Цепи заскрипели, потянули в разные стороны руки Фолганда. Он собрался, предвидя насколько сейчас станет тяжело. Возблагодарил лики, что остался упор ногами. В крипте, без магии, как и сейчас, выдерживал худшее.

Южане не сочли нужным отвечать на последний выпад мага, с интересом смотрели на растянутого между стен Стефана. Кузен Ринн зашёл сзади и одним движением содрал рубаху с мага.

— Повторяю, — Эльсвер развалился в кресле с самодовольным видом, глаза его жадно и лихорадочно осматривали мускулистое тело Стефана, покрытое старыми шрамами. — Где раб? Где твой сын?

Родич выглянул из-за спины заключённого.

— У него на спине росписи ещё краше.

— Тело раба, — злорадно оскалился Ринн. — Чьим рабом ты был, Фолганд?

— Фолганды никогда не были рабами, — хрипло ответил Стефан, понимая, что, по сути, жрецы были его хозяевами, а он полностью во власти Рюта Тарвита, а значит — раб. — Не уверен, что на юге слышали о ревнителях лика.

Ринны переглянулись.

— Когда-то давно они иногда выкупали у нас магов, — Эльсвер был заинтересован историей. — Вижу, что ты знаешь, зачем им это. Я бы хотел знать.

— Чтобы стоять перед Древом, — маг намеренно сказал полуправду, ни о чем не говорящую, но важную для него сейчас. — Ты видел Древо, Ринн?

Лицо Эльсвера как-то сразу потеряло лоск, сделавшись обеспокоенным и гневным. Вероятно, он думал о своих людях, и о том, что кто-то из них проболтался. Маг понимает, о чём говорит. И Стефан заметил эту перемену. Южане знают о Древе и есть что-то важное с ним связанное.

— Займись им, брат, — жёстко и с силой выкрикнул Эльсвер.

Стефан успел вдохнуть побольше воздуха, войти в нужный ритм дыхания, прежде чем рассекающий удар плетью судорогой прошёл по спине. Он принял его молча, втянув губу, которая снова кровоточила, рот наполнился солью. Память вернулась ко временам Рюта Тарвита и жертве в крипте. Пожалуй, южанам не удастся причинить ему страдания той же силы. Прошло много времени, многое забылось, но оказалось, что тело хранило ощущения. Два новых удара были чувствительными, но терпимыми.

— Где прячется раб и твоя дочь, маг? — в Эльсвере словно погасли все эмоции, он занимался рутиной, скучной, но необходимой, и единственное, что продолжало злить — упрямство допрашиваемого и внезапные препятствия для его планов.

Он дождался, когда родич от души прошёлся по спине Фолганда новыми ударами, которые должны были заставить мага говорить. Никто бы не выдержал столько боли.

— Где твой сын? Они точно сказали тебе, куда бегут.

Стефан дышал, пропуская вопросы мимо сознания, наблюдая как шевелятся полные губы Ринна. А лицо Эльсвера, становилось злее, и плеть его брата терзала без устали. Неосознанно Стефан искал стихии, понимая, что в подземелье голо и пусто. Нечто вычистило пространство от энергии. Всё бесполезно, даже найди он нужные силы, изгнание не дало бы их забрать. Осталась ментальная магия. Свист плети и удары, пусть терпимые в сравнении с прошлыми муками, но болезненные, мешали сосредоточиться. Маг вспоминал схемы и методику Ская. Сын опередил его в искусстве не стихийной магии. Работа над сетью квадратов, помогла отключиться от всего, а потом, Стефана увидел камеру, пронизанную тонкими цветными линиями. Множество пересечений создавали поля квадратов, уходящих вниз и вверх, простирающихся много дальше стен подвала. Все они сливались с основанием настолько мощным и сложным, что маг не мог не догадаться — перед ним земли Хриллингура, сотканные много веков назад волей и разумом его предка. Показалось, что он стал видеть всё здание особняка наместника сразу, различая уровни этажей и их расположение. И самое главное, Стефан увидел, как далеко простирается подземелье, связывая различные здания города. Это напомнило ему о тайных ходах жрецов. Он понял, что план можно рассматривать с разных сторон, разворачивать его мысленно под нужным углом, но на это нужны силы. Последнее, что маг смог заметить — странный сгусток линий на подземном уровне близко от его собственной камеры. Особенно сильный удар родича Ринна вывел Стефана из транса.

Не выдержав, родич отбросил плеть, рывком потянул за волосы мага. Заставляя наклоняться назад, к себе, прорычал в лицо:

— Хорошо, что ты сильный. Дольше будешь мучиться.

— Я требую законного правосудия, — Стефан говорил твёрдо, раздельно каждое слово.

Родич отпустил голову мага, расслабившись.

— Ты его получишь, но только после всех признаний и выполнения наших условий.

У Стефана шумело в ушах. Он начал проваливаться в чёрную яму беспамятства. Тело, измученное физической болью, напряжением и ментальными усилиями не выдержало без стихий. Кажется, его сняли с цепей и поволокли, а он пытался улыбаться разбитыми губами. Сегодня он победил знать Хриллингура. Хотя бы на время.

Восстановив все события прошедших дней в памяти, Стефан осторожно сел у стены, привалившись боком. Когда он пришёл в себя, то увидел, что ему в камеру поставили бочку с водой и бросили чистую рубаху. Видимо, пытки временно откладывались. Несколько дней маг занимался только восстановлением тела. Сил на ментальную работу не находилось, много раз пытался, но боль не позволяла расслабиться и отрешиться от всего. И энергетически выпито было до дна. Последние стихии использовал для поддержки себя. О многом предстояло подумать, только прояснится разум.

Фолганд поднял голову. Кто-то приближался к его камере по галерее. Даже двое. Для обычного посещения охраной с обедом было не время, и это заинтересовало мага. Он заранее начал подниматься на ноги опираясь на сырую стену подземелья.

Мало, что могло удивить Стефана, но увидев ту, что подходила к решётке, он не смог сдержать возгласа.

— Госпожа Ридена?!

52

С утра Скай проверил сработает ли оборот. Ментально схема была безупречна, но его беспокоило время разрушения магии. Обдумав, он решил не переживать раньше времени. Как только поймёт, что схема истаивает, долетит до укрытия и повторит заклинание снова.

Он подробно расспросил Верею о ближайшей кроне с замком, сверился с картой. Выходило, что вороном он быстро доберётся до нужного места.

— Постарайся продержаться пока меня не будет, — он занял подходящее место во дворе для оборота и прощался с ведающей.

— Сам не попадись, — она недоверчиво и беспокойно смотрела на него, не понимая, какой магией он собирается пользоваться.

— Не попадусь. Если только на юге не пекут пироги с воронами, — Скай иронично скосил глаза на Верею, внимательно ли смотрит, в груди сладко заискрилось радостью.

Он сосредоточился, сложил руки и начал оборот, успевая разглядеть изумлённое лицо новой знакомой. Уже вороном он облетел вокруг Вереи, а она кружила на месте не могла оторвать взгляда от крупной, иссиня-чёрной птицы. Сделав последний вираж, он скрылся среди крон деревьев, а Верея долго пыталась проследить за полётом, шепча:

— Скай…Скайгард Фолганд. Вернись, ледяной лорд.

В полете Фолганд внимательно проверял схему, чтобы избежать неожиданностей. Немного ныло плечо, и один раз он сел отдохнуть на огромном валуне, которых оказалось много в лесах Хриллингура. Сверху Скай рассмотрел лес в надежде увидеть болото или одинокие дома, но такого не встретилось на его пути. Ничего кроме камней и замкнутых каменных полян, отделённых от остального леса. Многое заинтересовало молодого мага, но времени на исследования тратить он не стал.

Когда впереди появились каменные стены замка, Скай вспорхнул на дерево и укрепил сеть ментального оборота, помня о неприятности в особняке Эльсвера. Он был полностью готов.

Замки в южной провинции строились из тех же огромных блоков, что и сама древняя столица. Они походили на многоярусные плато без привычных остроконечных крыш. Серые каменные тюрьмы, одинаковые и в верхней и в подземной своей части. Скай только теперь задумался, а не вызовет ли интереса странная птица. Он не знал, водятся ли вороны в Хриллингуре. Осторожно летал вдоль верхней части строений и ярусов, часто сидел в укромных местах, прислушиваясь к разговорам и наблюдая.