Иванна Осипова – Роза в хрустале (страница 53)

В замке он увидел всё тоже, что на подворье Риннов. Блеклая тихая прислуга с опущенным взглядом, измождённые рабы в ошейниках и кандалах. Родичи клана в богатых одеждах, требующие полного подчинения и не знающие ограничений.

Крона Уинка мало отличалась от всех остальных таких же мест, где командовала родовая знать юга. Скаю сделалось мерзко и стыдно, что он Фолганд и ничего не знал об этом пока не встретил Дариона и ничего не сделал для того, чтобы люди на землях Фолгандов жили достойно. Но теперь они исправят несправедливость. Он подумал, как же был прав Люций, требуя справедливости и желая принести её в земли.

Скай продолжал осматривать двор. Найти магов и проникнуть в тюрьму они не смогут. Дарион предупреждал, что все подземелья начинаются прямо в нижней части дома, попасть туда со двора невозможно. Стража стоит и у ворот, и на некоторых крышах, и во дворе, словно замок в осаде.

Охрана у ворот и на крышах, как заметил Скай, добросовестно исполняла обязанности. Стражи во внутреннем дворе чувствовали себя расслаблено, пока никто из хозяев не видел, задирали прислугу, постоянно собирались вместе где-нибудь в тени, чтобы поговорить. Стоило рискнуть. Проверив схему, Скай перелетел ближе к одной из таких компаний в коричневых коротких куртках. Но стоило ему оказаться рядом, появился человек с сердитым лицом, накричал на охрану и велел проверить клетку.

— Мы же восьмерых не набрали, — отозвался один из стражи.

— Велено везти кто есть. Стало трудно быстро это зверье отлавливать. Долго собирать, а Ринны требуют новых поступлений.

Скайгард слушал внимательно, стараясь не упустить ни слова.

— Когда готовить-то?

— Через два дня повезёте, после полудня, — точно пролаял родич Уинков, узкое костистое лицо оставалось злым.

Если бы вороны могли улыбаться, то младший маг точно бы это сделал, но он лишь взмахнул крыльями и направился назад к дому Вереи. Скай прилетел к вечеру, а ведающая словно и не уходила с того места, где он простился с ней. Она смотрела в небо, закрывшись ладошкой от заходящего солнца, уголки губ немного приподнялись, когда заметила птицу. Скай не стал сразу обращаться в человека, кружил по двору, пока Верея не вытянула вперёд руку, и тогда он сел, хитро поглядывая на девушку.

— Теперь понятно, почему ты такой гордый ходишь, — она засмеялась, осторожно касаясь оперения пальцем, поглаживая голову птицы, прикрывшей глаза от удовольствия. — Хрустальный лорд-маг.

Скай взлетел, обращаясь прямо в воздухе, пружинисто приземлился на ноги. Его взгляд охватил всю фигурку Вереи разом, точно присвоил себе, с какой-то жадной радостью. Не сказав ни слова, маг затянул её в тесные объятия, целуя просто, как мужчина целует женщину, без ментального изучения или анализа. Казалось, Скай хочет утолить жаркую жажду, а Верея единственная, кто может дать ему прохладу и покой. И Верея с готовностью отдавала ему желаемое, принимая незримое пламя. Её пальцы снова легли на шею Фолганда, касаясь заветной чувствительной ямки сзади.

Зарычав, он с трудом оторвался от губ ведающей.

— О, нет! Эя! Лучше не надо, — было видно, как постепенно уходит страсть, с каким усилием он пытается вернуть холодное равновесие. — Достаточно того, что получил ворон.

Они сразу отступили друг от друга с непонятной самим неловкостью. Скай окончательно закрылся, укоряя себя за мальчишество и несдержанность. Всё дело в ласке, которая досталась птице — острой, поглотившей Ская мгновенно. Он не имеет права давать Верее ложные надежды. И теперь она знает, что он Фолганд.

— Хрустальный лорд? — его брови иронично изогнулись, но глаза остались холодным осколками льда.

— В Хриллингуре все знают, что только Фолганды владели оборотом, — она пожала плечами, невольно коснулась пальцами собственных губ, словно не веря в то, что происходило только что. — И только я знаю, что один из Фолгандов не человек — ледяной хрусталь севера, — она опустила руки и отвернулась.

Верея сказала это так, что у Ская заболело сердце, точно почувствовал тот осколок льда, которым пронзил сердце ведающей. Он понимал, что его бесстрастность может причинять боль, но впервые ощутил сам, насколько это неприятно. Но это была его плата за ментальную магию. Люций мог уравновесить её стихиями. Отец только начал обучаться и так же уравновешивал ментальные силы стихией. У Ская не было ничего кроме ментальных схем. Он вспомнил рассказ отца о мёртвом боге — змее Хоггоре. Похоже, существуя со Стефаном в одном теле, тот пробрался и во чрево Вельды, коснувшись одного из детей. Скай понимал, что это глупость и он всё выдумал, но имея дело с магией и богами Фолганда ни в чём нельзя быть уверенным.

— Магов повезут в город через два дня, — он поспешно бросил слова в спину Вереи, которая уходила от него в дом, вначале с печально опущенными плечами, а затем гордо подняла голову, желая доказать ледяному лорду, что его отношение ей так же безразлично.

Остановившись, Верея обхватила себя руками, развернулась к Скаю. Тонкие брови хмурились, губы сжались, но глаза горели надеждой.

— Нам нужно всё продумать, — она была очень серьёзна.

— Нам? — теперь нахмурился Скай.

— Я иду с тобой, — и стало ясно, что никакими силами он не сможет удержать её дома.

Умом Скай понимал, что магия Вереи им очень нужна, но тревожился. Дело предстояло опасное. Магов повезут под охраной. Сами маги скорее всего изгнаны и помочь не смогут.

— Мало времени на сборы, — Скай подошёл к ней, заглядывая в глаза, где обнаружил решимость и злость.

— Успеем, — Верея привычным движением начала скручивать волосы, чтобы снова закрыть их платком.

Вместе они готовились к походу, носясь по двору, иногда натыкаясь друг на друга, переглядываясь, спрашивая о разных нужных мелочах. Оказалось, что мысли их довольно часто сходились, и каждый уже подумал о необходимом, прежде чем прозвучал вопрос. Кроме стихий Верея владела кинжалами, как многие маги. При хорошем магическом контроле стражи они смогут уничтожить их по одному и освободить пленников. Ментальные схемы Скай решил заготовить в дороге, когда они заночуют у костра. Всё-таки пешком идти до кроны выходило дольше, чем лететь вороном. Перед походом они поели в молчании, оба сосредоточенные и суровые. Скай впервые видел Верею настолько собранной и серьёзной, точно юный воин перед битвой, и почувствовал, как тепло в груди, когда видит её и как беспокойно. А Верея снова стала похожа на большеглазого мальчишку с тщательно убранными под платок волосами, в мужской походной одежде. Она не забывала об осторожности, и Скай с болью представил, насколько тяжело живётся таким как она в Хриллингуре.

Завершив сборы, маг и ведающая отправились в своё опасное путешествие. Им предстояло добраться до кроны Уинка, дождаться клетки с рабами и освободить магов. Тогда Скай сможет идти дальше, не беспокоясь о том, что оставил Верею одну. Фолганд принял твёрдое решение навсегда забыть об этой встрече.

53

В первую ночь на острове Маргарита ушла спать с тяжестью на душе, загнав страх и чувства в самый тёмный угол. Возможно, Дарион прав и палачи тени часто ходят мимо болота. Случайный дозор не мог их увидеть. Только спокойная уверенность, которую испытала Ри в первые минуты встречи с убежищем, испарилась. Она снова жила в тревоге и ожидании беды.

Несколько дней прошли размеренно. С удивлением Маргарита наблюдала, как Дарион со знанием дела приводит в порядок дом и хозяйственные постройки, что-то приколачивает, поправляет. В тайне она любовалась его ловкими и уверенными руками, размеренными точными движениями. Для неё стало открытием, как много он умел не как маг, а обычный человек. И лицо Люция становилось безмятежным пока он был занят делом. Много времени Дарион занимался ментальными схемами. Сидя во дворе, смотря в сторону леса, он полностью отключался от реальности.

Сама Маргарита готовила, следила за домом и одеждой, своей и мага. И ей удалось уговорить его полечить ногу. Собирая травы, она улыбалась, срывала каждый росток с мыслью об исцелении любимого. В убежище они нашли запасы настоев. У незнакомых магов многое оказалось предусмотрено. Когда всё было готово, Ри усадила упирающегося Дариона и заново втёрла мазь в искривлённую в щиколотке ступню, где кожа навсегда осталась слишком сухой и покрытой шрамами, туго перевязала. С довольным видом она подняла голову и встретилась с лихорадочным взглядом Дариона — благодарным, горьким и невероятно нежным. Он осторожно взял её за руки и несколько минут целовал ладони, пальцы, остро пахнущие зельями. Маг словно боялся отпустить Маргариту, сам оставаясь на расстоянии. Тёмная бездна между ними никуда не исчезла, но Ри слышала, как зовёт её мальчик Дарион из самой глубины, как тянется, теряя силы. И она обещала себе, что однажды сможет спасти его. Маргарита не знала, что очень скоро ей придётся встретиться с бездной один на один, и мальчик Дарион Люций не сможет помочь ей.

Спокойные дни закончились, когда однажды днём Маргарита услышал голоса. Казалось, они звучат совсем рядом, то приближаясь, то удаляясь от дома. Среди слов, летящих к острову вместе с ветром, она различила «искать», «здесь лагерь» и «Ринн». Прикусив ладошку, чтобы сдержать эмоции, она побежала по двору, сходу врезалась в Дариона, который успел не дать ей упасть.