Иван Шаман – Граф Суворов. Книга 13 (страница 5)

– Вы уже обращались с просьбой о помощи к обществу? Это ведь их зона ответственности и прямая обязанность – следить за распространением диссонанса, – проговорила одна из дам. – Не будет ли странным, если мы займёмся их обязанностями?

– Как вам должно быть известно, я не являюсь верховным правителем Российской империи. В данный момент это место по праву занимает её императорское величество Екатерина, моя мать. Но после недавних трагических событий она не в состоянии выполнять свои обязанности, – ответил я. – Мы уже обратились в Лигу Наций и поручили нашим послам проинформировать общество Теслы по произошедшем, но от меня они официальные запросы не принимают. По крайней мере, пока.

– Вначале нам придётся признать её недееспособность перед Думой и Собранием, затем провести официальную церемонию коронации и лишь затем… а это год, может быть, два или даже три, – ответил я. – У нашей страны просто нет столько времени. К тому же даже если общество соблаговолит вмешаться в ситуацию с Польской зоной, на территории России останется Тунгусская, которая существует уже более ста лет и с которой общество и не собиралось ничего делать.

– И всё же создание оружия массового поражения – это перебор, – покачал головой второй учёный. – Тем более вы хотите создать сверхдальнобойную версию. Может, она и будет бесполезна против воздушного флота или армейских подразделений, но мирные города сбежать от удара не смогут.

– С оружием как раз всё просто, – сказал один из инженеров, разработчиков артиллерийских систем. – Можно создать крылатый снаряд, который будет запускаться из пушки, поднявшегося на максимальную высоту судна. Взять калибр побольше, рассчитать баллистическую траекторию, подняться километров на двадцать…

– Будут проблемы с точностью, – возразил другой. – Мы на двадцать то километров не всегда попадаем, а тут пять сотен. Даже если оно долетит…

– Точность тут не так важна, главное – радиус поражения и возможность нейтрализации поля диссонанса, – заверил я. – Площадь прошлого монстра, добравшегося до Днепропетровских укреплений, составила семь квадратных километров. По такому промазать довольно проблематично.

– Да уж… – невесело усмехнулся инженер-конструктор. – И всё же, расстояние огромное. Придётся брать за основу японские самолеты-камикадзе, или даже целые корабли… к слову, а почему не использовать отважных добровольцев, самоубийц? Или приговорённых к смертной казни одарённых? Одно грузовое судно, до отказа заполненное фосфором или горючей смесью, и проблема будет решена.

– Потому что в зоне диссонанса, ближе к эпицентру, не работают высокоточные устройства, а двигатели такого судна откажут ещё на подлёте, километрах в ста, – ответил я. – Не говоря уже о том, что люди получат несовместимые с жизнью искажения организма, и вряд ли выполнят свою миссию.

– Если мы сумеем создать капсулу для людей, в которой они смогут выжить, и экранирование для устройств… – поделился идеями Глушко. – У меня были наработки по доспеху для экстремальных условий зоны. Но его забраковали, ведь пилоту невозможно использовать атакующие и защитные конструкты.

– В данный момент для нас это не критично, – согласился я. – Да, возможно, к центру придётся пробиваться с боем, твари диссонанса никуда не денутся, но в стране не так много одарённых, которые способны пересилить их конструктами. Скорее, вопрос в использовании надёжных орудийных систем. И в том насколько будут меняться свойства материалов вблизи с центром зоны.

– Вы же понимаете, ваше высочество, что все обозначенные вами проекты – это очень-очень дорого? – подняв на меня глаза, спросил Глушко. – Выдержит ли страна такое напряжение? Выдержит ли экономика?

– Прекрасно понимаю, но, если мы не сумеем справиться с поставленными задачами, очень возможно, что и страны вскоре не станет, – ответил я. – За три месяца человечество потеряло пятьдесят миллионов человек, это по самым оптимистичным прикидкам. Территория Российской империи сократилась на тысячи километров, территория Германской империи урезана почти вдвое. Таких стран, как Чехия, Венгрия и Словакия больше не существует. Австрия и Румыния под постоянным ударом, как и мы…

– Но всё это лишь доказывает, что общество обязано вмешаться, – проговорила та же женщина, что возразила в прошлый раз. – Это его обязанность!

– Увы, пока оно не предпринимает никаких активных шагов, – разведя руками, ответил я. – Если вдруг проблема решится сама собой – отлично, мы свернём недоделанные проекты или приспособим их для работы с Тунгусом. Но вот если окажется, что общество не в состоянии или не желает принимать участие в решении нашей глобальной проблемы, мы будем обязаны справиться с ней самостоятельно. Надеюсь, все понимают степень ответственности перед нашими согражданами? От ваших разработок будут зависеть миллионы жизней.

– А что, если показавшиеся перспективными разработки окажутся бесполезны? – спросил один из учёных. – Выход в космос, искусственный спутник, устройство по закрытию зон… простите, ваше высочество, но это звучит скорее, как фантазии незрелого подростка, а не реальный план. Ещё раз прошу меня простить.

– Если бы я знал, как осуществить требуемое, и обладал знаниями всех вас, вы бы были мне не нужны, – усмехнувшись, ответил я. – Возможно, я слишком молод, но у меня хватает ума не лезть в области, в которых я ничего не понимаю. К тому же возраст – это проходящий недостаток.

– Что до проектов… скажем так, если ваше исследование не окончится успехом, то вам ничего не будет, – развёл я руками, но тут же добавил: – А вот если в процессе выяснится, что за время исследования у вас появилось несколько гектаров земли, золотой запас или пара лишних бриллиантов, траты на которые не были согласованы бюджетом, то вы пойдёте под трибунал. Зато если получится, вы приобретёте не только богатство, но и титулы. А особо отличившиеся… скажем так, у меня есть возможности, которые позволят вам жить дольше, помолодеть, завести детей, даже если вы считаете себя бесплодными…

С каждым сказанным мною словом глаза учёных лезли на лбы, и я вполне мог их понять. Всё же не каждый день тебе обещают чудеса, достойные упоминаний в древних сказаниях. Впрочем, одного мне удивить не удалось – Максима, всё так же сидящего в дальнем углу. И когда остальные изобретатели и учёные начали расходиться, по пути сбиваясь в команды по интересам и обсуждая необходимые для работы ресурсы, привлекаемые коллективы или исследовательские базы, он подошёл ко мне.

– Могу я с вами поговорить, ваше высочество? – спросил он.

– Конечно, – кивнул я, показав на стул рядом с собой. – Мы с тобой давно не разговаривали по душам. Да и на флот ты возвращаться не спешишь. «Черепаха» без тебя совсем не та.

– Я… я не понимаю, зачем я здесь, – проговорил Максим, окинув кабинет взглядом. – Все, кого вы собрали – великолепные учёные, с некоторыми из них я и не мечтал увидеться, только читал об их работах. А я простой техник.

– Техник, который перестроил транспортный сухогруз в летающий авианосец, – усмехнулся я. – У тебя есть тяга к знаниям, так что я подумал, что тебе будет интересно присоединиться к одной из команд, чтобы попробовать привнести в них нестандартные мысли. Например, разработку судна, защищённого от диссонанса, или разведчика.

– Или закрытия врат, – усмехнулся Максим. – Я не понимаю, ваше высочество, вы же хотели увеличивать количество одарённых. Стремились в Тунгусскую диссонансную зону с её ресурсами. А теперь хотите лишить страну новых источников прибыли и одарённых?

– Ты прав, стране нужны одарённые, – кивнул я. – Разумные, собранные и способные управлять собой и резонансными конструктами, а не безумные искажённые монстры. Кроме того, закрытие врат – это наша первоочередная цель. Понимаю, возможно, для тебя это звучит не слишком логично, но если в один прекрасный момент резонанс полностью исчезнет из нашей жизни, вместе с конструктами и зонами, я расстраиваться не буду. Пока же это просто данность, с которой нам приходится жить.

– Спасибо, – поклонившись, сказал Максим. – Я обязательно подумаю, где можно применить мои невеликие навыки.

Кивнув, я проводил Краснова взглядом. С прошлой встречи он изменился ещё больше. Стал более спокойным и собранным, можно даже сказать, отрешённым. Резонанс рядом с ним действовал, это я проверил в ходе беседы, но что-то меня в нём всё же смущало. К сожалению, я никак не мог понять, что… поведение вполне можно было списать на травму, тем более что внутренние органы и мозг товарища не пострадал…

Покачав головой, я отдал приказ тщательней наблюдать за каждым из пришедших добровольцев и выбросил глупые мысли из головы. Кристаллы и инициация одарённых – мне было чем заняться.

Глава 3

– Что с обществом Теслы? – спросил я во время очередного заседания малого совета. Уничтожение крупного отростка у Днепропетровска позволило разгрузить войска, а появление регулярного добровольческого корпуса из последователей ордена Александра, дать возможность для ротации на передовой. Поэтому сегодня в переговорной со мной сидела почти половина генштаба.

Сейчас после объявления болезни Екатерины, я формально являлся главнокомандующим, а уничтожение синим пламенем тварей дало мне существенный карт-бланш не только в церковных, но и в армейских кругах. Хотя я и понимал, что генералы, министры и советники будут проводить собственную политику, но обозначить свой интерес и позицию, которую они не смогут игнорировать, было необходимо.