Иван Приморский – Родовая травма. Как события рождения влияют на всю жизнь (страница 4)

Как запоминает младенец?

Давайте проведем мысленный эксперимент. Представьте, что вы впервые попробовали лимон. Ваш мозг не запомнит это событие как «15 марта, 10:23 утра, кухня, желтый цитрус». Он запишет комплекс ощущений: резкая кислота, скрип зубов, непроизвольная гримаса, общее впечатление «ой, это что-то непривычное и яркое». Примерно так же работает память новорожденного. Он не помнит лица акушера или узор на обоях в родзале. Но он может «запомнить» на уровне тела и нервной системы чувство внезапного сжатия, ощущение тесноты, затем резкий переход в холодный, громкий, яркий мир. Это память-ощущение, память-состояние.

Такая память тесно связана с понятиями, о которых мы уже говорили: с внутриутробной вселенной, биомеханикой рождения и тем самым импринтом перехода. Всё это складывается в единый опыт, который не осознаётся, но влияет. Это как фоновая музыка, под которую вы живете. Вы можете её не замечать, но ваше настроение и даже ритм движений будут под неё подстраиваться.

Доказательства или домыслы?

Наука до сих пор ведет споры на эту тему. С одной стороны, нейробиологи справедливо указывают, что гиппокамп – структура мозга, критически важная для формирования эпизодической памяти, – у новорожденного ещё незрела. Формально «вспомнить» событие рождения как историю он не может. Это главный аргумент скептиков.

Но с другой стороны, есть целый пласт исследований и терапевтической практики, который говорит об обратном. Речь идет не о сознательном воспоминании, а о неявной, имплицитной памяти. Это память навыков, реакций и эмоциональных шаблонов. Например, человек, рожденный с обвитием пуповины, во взрослой жизни может бессознательно избегать тесных воротников, шарфов, ситуаций, где «перекрывают кислород» в метафорическом смысле. Его тело «помнит» тот ранний опыт недостатка воздуха, и эта память проявляется в избегающем поведении, панических атаках в толпе или клаустрофобии.

Работа Станислава Грофа с холотропным дыханием и его теория базовых перинатальных матриц как раз и строится на идее, что эти ранние, дородовые и родовые паттерны опыта сохраняются в нашей психике и могут быть реактивированы и перепрожиты в измененных состояниях сознания. Люди в таких сессиях часто переживают не конкретные картинки, а мощные соматические и эмоциональные состояния, которые идеально ложатся на схему прохождения через родовой канал: чувство удушья, борьбы, затем прорыва и облегчения.

Так миф или реальность?

Если под памятью понимать сознательный рассказ «как я родился», то это, скорее, миф. Такие «воспоминания» часто являются конструкциями более позднего возраста, навеянными рассказами родителей или собственными фантазиями.

Но если говорить о памяти как о глубинном телесно-эмоциональном отпечатке, который формирует наши бессознательные реакции, страхи, способы справляться со стрессом и выстраивать отношения – то это вполне себе реальность. Это не память разума, это память клеток, память нервной системы, память всего организма о своем первом и самом драматичном опыте перехода из одного мира в другой.

Задумайтесь на минутку. Бывают ли у вас необъяснимые, иррациональные реакции на что-то? Может, неожиданная паника в ситуации, когда вы физически не контролируете процесс? Или, наоборот, странное чувство уюта и безопасности в тесноте? А как вы реагируете на внезапные изменения – как на захватывающее приключение или как на угрожающий вашему спокойствию хаос? Возможно, в этих мелочах и проявляются отголоски той самой перинатальной памяти.

Не нужно искать в себе видеокассету с записью своих родов. Гораздо полезнее обратить внимание на язык своего тела и эмоций. Именно они могут стать проводниками к пониманию тех самых ранних сценариев, которые, возможно, до сих пор тихо направляют вашу жизнь.

Часть 2. Отпечаток на судьбе

Сценарий, написанный в родах

Представьте, что наша жизнь – это кино. Есть главный герой, то есть мы, есть сюжет, есть драмы и комедии. А теперь самое интересное: представьте, что сценарий к этому фильму начали писать не в детском саду и не в школе, а гораздо раньше. В тот самый момент, когда вы делали свой первый вдох. Или даже ещё раньше – пока пробивались на свет через родовые пути. Да, звучит как сюжет для фантастического романа, но, если верить теориям перинатальной психологии, в этом есть большая доля правды. То, как мы появились на свет, может задать тон многим сценам нашей дальнейшей жизни.

Мы с вами уже разговаривали о внутриутробной вселенной, биомеханике рождения, импринте перехода и Матрицах Грофа. Это наш багаж, наш контекст. Теперь давайте посмотрим, как из этого багажа складывается тот самый первичный сценарий. Он не высечен на камне, но написан карандашом – жирным, хорошо заметным, и иногда кажется, что стереть его невозможно. Этот сценарий – не приговор, а скорее первая версия пьесы, которую впоследствии можно и нужно редактировать.

Что такое родовой сценарий?

Попросту говоря, это бессознательная программа, которая формируется у младенца в процессе рождения. Вспомните, о чём мы говорили: ребёнок всё чувствует и запоминает на телесном и эмоциональном уровне. Опыт прохождения через родовые пути – это его первое большое приключение, первый вызов, первая победа или первое испытание. И мозг, как хороший режиссёр, делает из этого выводы: «Мир тесен и давит», «Придётся долго и мучительно пробиваться к цели», «Всё происходит слишком быстро, я не успеваю», «Меня вытащили, я не справился сам». Эти выводы, эти первичные ощущения и становятся фундаментом для будущих жизненных стратегий.

Например, человек, рождённый в результате стремительных родов, может во взрослой жизни постоянно куда-то бежать, опаздывать, делать всё в последний момент, ощущая, что время сжимается. А тот, кто родился после долгих и трудных родов, может подсознательно ожидать, что любая цель достигается только изнурительным, многочасовым трудом, и расслабляться нельзя ни на секунду. Это не значит, что все люди со стремительными родами становятся торопыгами, а с затяжными – трудоголиками. Но некий отпечаток, некий паттерн поведения, может накладываться. Это как мелодия, которая звучит фоном в вашей голове, иногда едва слышно, а иногда так громко, что заглушает всё остальное.

Как сценарий проявляется в жизни?

Он может проявляться в самых разных сферах. Возьмём, к примеру, отношения. Представьте человека, который в родах испытал сильное сдавливание, возможно, даже обвитие пуповиной (о чём мы поговорим подробнее позже). Подсознательный вывод: «Близость опасна, она ограничивает и лишает воздуха». Во взрослой жизни такой человек может бессознательно саботировать близкие отношения, чувствовать панику, когда партнёр хочет большего контакта, или выбирать таких людей, которые эмоционально холодны и далеки. Он будто воссоздаёт ту самую тесноту, но уже на психологическом уровне, и одновременно отчаянно пытается из неё вырваться.

Или взять работу и карьеру. Родовой сценарий «я застрял» может приводить к тому, что человек годами топчется на одной и той же должности, боится двигаться вперёд, ощущает невидимую стену между собой и успехом. Он прикладывает титанические усилия, но сдвинуться с мёртвой точки не получается – точь-в-точь как в затяжных родах, когда потуги есть, а прогресса нет.

А теперь остановитесь на минуту. Вспомните какие-то свои повторяющиеся сюжеты. Может, вы раз за разом попадаете в ситуации, где чувствуете себя «в ловушке»? Или, наоборот, постоянно «срываетесь с места» и не можете нигде укорениться? Не спешите ставить на себе диагноз. Просто присмотритесь к этим сюжетам как к интересной загадке. Возможно, в их основе лежит не ваш характер, а тот самый древний, написанный при рождении, черновик.

Можно ли переписать сценарий?

Самый главный вопрос. Если сценарий написан, значит ли это, что мы обречены его проживать? Абсолютно нет. Осознание – это уже половина дела. Когда вы понимаете, откуда «растут ноги» у вашего страха перед узкими помещениями или почему вы панически боитесь дедлайнов, вы перестаёте быть марионеткой в руках бессознательного. Вы начинаете видеть ниточки, за которые дёргают.

Перинатальная память, о которой мы уже говорили, – это не архив с жёсткими дисками, а скорее пластичная глина. Да, отпечаток остался, но форму можно менять. Представьте, что вы нашли старую детскую сказку, написанную для вас кем-то другим. Вы можете её перечитать, ужаснуться мрачному финалу и… дописать свою версию. Со счастливым концом. Или, по крайней мере, с таким концом, который выбираете вы.

Работа с этим сценарием – не про то, чтобы винить врачей или родителей, не про то, чтобы копаться в прошлом с чувством обиды. Это про то, чтобы с уважением признать: да, мой старт был таким. Да, это было трудно, страшно, больно. А теперь, с позиции взрослого, мудрого и сильного человека, я могу посмотреть на того малыша и дать ему то, чего ему не хватило тогда: поддержку, уверенность, ощущение безопасности. Вы можете мысленно «перепрожить» свои роды, но уже с новым, ресурсным опытом. Это один из мощнейших методов мягкой коррекции, к которым мы позже обязательно вернёмся.

Сценарий, написанный в родах, – это не окончательный вердикт вашей судьбы. Это всего лишь первая глава. А увлекательная особенность жизни в том, что следующие главы пишет уже сам автор. И этим автором становитесь вы.