Иван Пономарев – Легенды Нифлвара. Книга I. Повелитель драконов (страница 3)

– Да, я видел. Скорее, нужно помочь уцелевшим! – я проскочил вперед и ринулся вниз. – Что могло сотрясти город? – спросил я, когда Эолина догнала меня внизу.

– Не… не знаю… – Эолина все еще глотала воздух. – Может землетрясение в море. Но такого сильного еще не было в этих местах… – размышляла она вслух, по-видимому.

– А князь? Что он сейчас предпринял? – спросил я обеспокоенно.

– Не знаю, архимаг, – отвечала она робко. – Я сразу бросилась за вами.

– Хоть бы Магнус снова не сделал поспешных выводов! – я не заметил как произнес свои опасения вслух.

Мы продолжали спускаться по лестнице, пока не достигли вестибюля. Сейчас он был пуст. Только завывание сильного ветра и говор толпы нарушал спокойствие и тишину зала. Из больших высоких окон, тянувшихся вдоль вестибюля, было видно, как ученики и учителя собрались подле главных ворот коллегии.

Спешно пройдя по длинному вестибюлю, мы подошли к дверям во двор коллегии. Эолина открыла двери, и тут позади меня послышался молодой голос:

– Архимаг! Архимаг! Подождите!

Я повернулся. Это был Силезирен – учитель алхимии, который пришел на замену покинувшему коллегию старому алхимику. Он был одет в черный меховой балахон, на поясе которого болтались разные мешочки и склянки, которые звенели, когда тот шел. Его козлиная бородка черного цвета прикрывала блестящий медальон.

– Что за ужас там произошел? Вы не знаете, архимаг? – спросил он, подойдя к нам.

– Катастрофа, Силезирен. Скорее, надо помочь людям! – ответил я и отвернулся от него побыстрее, пока он в силу своей привычки не стал болтать.

Эолина вышла на улицу. Я и Силезирен выбежали за ней.

По обеим сторонам от булыжной дороги, которая соединяла разные постройки двора, стояли горящие огни. Прямо перед нами выросла высокая обращенная к нам спиной статуя императора и драконьего повелителя Тарсана Залдера, на деньги которого и была выстроенная основная часть коллегии. Мы ринулись к ней. Сильный ветер и снег, валящий крупными хлопьями, мешали идти. Очертания высокой стены, окружающей коллегию от города, едва были видны.

– Сопроводи учеников во внутренний зал, – обратился я к Эолине пока мы бежали.

– Архимаг, смотрите! – крикнула она и указала в сторону стены, что выходила на море. Сквозь метель там просматривалась дыра: стена, похоже, обвалилась в море.

– О, боги! – ахнул Силезирен. – Там же никого не могло быть?

– Надеюсь, – ужаснулся я. – Там, к счастью, нет жилых корпусов.

Понимая, чего могут стоить минуты промедления, я изо всех сил бросился к воротам. Эолина двинулась за мной, а Силезирен, видимо, остался подле статуи.

Толпа, собравшаяся у ворот, расступилась, когда мы с Эолиной приблизились. Гомон утих. Огибая взглядом столпившихся преподавателей и учеников, я пытался найти Альборна – моего верного соратника и старейшего учителя в коллегии. Он был управителем всех дел коллегии, пока меня не бывало на месте, что происходило очень часто. Но в толпе я не смог его найти: мешал валящий снег. Пока я тщетно пытался отыскать Альборна, кто-то взял меня за руку. Я вздрогнул и моментально взглянул на того, кто это сделал. Это была Каролина – преподаватель иллюзии, она как раз выбралась из толпы. Ее выражение лица было мрачным, впрочем, как и у всех, кто стоял тут.

– Вы вовремя! – сказала она. – Альборн уже собрал нескольких старших учеников и отправился на подмогу. Нам он сказал оставаться тут.

– Хорошо! – я обвел взглядом собравшися их обратился к ним: – Кадир, Кармиллион, Алора, Мира, Анэрол, Кальнор и Менестерион! Берите старших учеников и за мной! Надо помочь расчистить завалы, попытаться найти уцелевших и помочь раненым. Остальные, следуйте за Эолиной и старайтесь не приближаться к стенам со стороны моря, там все еще может быть опасно.

Все стали собираться, толпа зашевелилась. Я же пока направился к воротам.

С ужасом я взглянул на место, где когда-то стояло целых пятнадцать домов, среди которых были и простенькие деревянные избы, и приличный особняк купца торговой гильдии и почитаемого горожанина – Балдрсона. Стояла ночь. И горожане сидели по домам в тепле очага, когда произошла катастрофа. От осознания произошедшего бросало в дрожь.

– Архимаг! – окликнул меня грубый на слух голос Кадира с остатками южного акцента. Смуглая его кожа казалась чем-то удивительным тут, на далеком севере. – Мы готовы, но…

– Мы не нашли Миру, – взволнованно продолжил Менестерион.

– Она могла пойти с Альборном? – поинтересовался я и уже стал переживать. Мне вспомнилась обвалившаяся стена.

– Нет, – ответила Алора. – Мне кажется, она уходила в город после вечерней трапезы.

– Тогда вперед! – скомандовал я. – Будем надеяться, что она не пострадала.

Я отворил кованые ворота, и мы побежали по главной и единственной улице Колдрамма к тому месту, где произошла катастрофа.

В городе царила суматоха и паника. Старушонки и женщины с детишками, стоя на коленях и смотря в сторону обвала, рыдали навзрыд и стонали. Мужики и стражи собирались подле спуска в низину, видимо для того, чтобы разгребать завалы. Я оставил нескольких учеников подле детей, женщин и старушек, а остальных повел к спуску, где собирались отряды. Но на половине пути, прямо возле княжьего чертога, нам повстречалась группа дружинников, окруживших кого-то или что-то. Рядом же стояло еще трое дружинников, и держали троих моих учеников, заломив им руки. Я отдал командование Менестериону, а сам бросился к схваченным ученикам.

– По какому праву вы держите этих юношей? – грубо закричал я на дружинников. – Все они под моей протекцией!

– Архимаг, – стал лепетать один из чародеев, – скорее, Альборн и Мира… – он не смог договорить. Дружинник, видимо сильнее заломил ему руки и поэтому тот издал вопль боли.

– Молчать! – добавил вояка после. – Эй! Тут архимаг заявился!

Дружинники, стоявшие до этого ко мне спиной, повернулись и немного расступились так, что, наконец, стало видно, происходящее тут.

В центре этого действа на холодной земле лежала Мира. К ее горлу был приставлен клинок. Приставлен он был, на первый взгляд, дряхлым стариком, еле державшимся на ногах. То был князь Магнус, облаченный в меховую шубу поверх кирасы. Его седая борода доходила бы до середины груди, если бы не развивалась на ветру, в лысине отражались колышущиеся языки пламени факелов, что держали дружинники. Магнус смерил меня своим грозным властным взглядом.

– Ага, – прозвучал его грубый голос. – Вот и явился сюда виновник всех бед!

– Магнус, одумайся! – завопил Альборн, который также был тут. – Там же люди. Надо им помочь!

– Конечно там люди! – заревел князь. – А из-за кого они там оказались? А? Из-за вас, проклятые маги! И из-за этой твари, дерасово пекло! – он помахал мечом возле Миры. Она в истерике плакала.

– Князь, я ничего не делала! – завопила она сквозь слезы. – Архимаг, ну хоть вы! Я пыталась… только помочь.

– Кому ты помогла, дрянная ведьма, уничтожив половину города?! – взревел Магнус и наступил сапогом на Миру, она истошно завопила от боли.

– Довольно, князь! – не стерпел я и спихнул Магнуса с Миры. – Прекратите этот балаган! Пострадали люди, прежде нужно подумать о них, не время искать виновных.

– Ты заступаешься за нее? Тоже причастен к этому? Все вы дерасовы маги заодно! Схватите его немедленно! – скомандовал князь, и мне тотчас заломили руки двое дружинников. Он просто покраснел от ярости. Она затуманила ему рассудок.

Магнус поднес клинок к моему лицу.

– Проклятый эльф! Маги с башни не дали мне избавиться от коллегии и твоих прихвостней, что досаждают городу. Но сегодня у меня появился повод!

Магию применять было нельзя, это только бы подлило масла в огонь. Поэтому я решил достучаться до разума старика:

– Чего вы добиваетесь, князь?

– Справедливости. Мне, как и всем в городе, надоело жить в страхе из-за криворуких магов!

– Князь, вы стоите тут, пока гибнут под завалами ваши люди, вы понимаете это? – добивался я. – Отпустите Миру, Альборна, моих учеников и меня! Мы поможем спасти хоть кого-то.

Князь опустил клинок. Он тяжело дышал, изо рта вырывались клубы пара. В этот момент мимо нас Менестерион провел процессию из женщин с детьми. Дети плакали, скорее всего, из-за страха, матери держали слезы, надеясь на лучшее. Пока князь был в замешательстве, из процессии к нам вылетела растрепанная женщина, наскоро укутанная не то шубенкой, не то одеялом. Она подбежала к Мире и обняла ее.

– Ты чего это баба? Совсем ополоумела? – пришел в себя князь и стал кричать. – А ну! Поди прочь!

– Княже, да ты чаво?! – залепетала женщина осипшим, видимо от рыданий, голосом. – Чаровница эта спасла меня и дитятко мое. Мы же в избе сидели, кода вся эта чертовщина началася. Думалось мне помрем мы, да слава Десяти, чаровница избу то удержала и я с дитятком выпрыгнуть успела.

Князь поник. Рука с мечом опустилась, сам он несколько сгорбился.

– Отпустите их! – скомандовал он после минуты молчания. – Воевода, веди дружинников вниз! Помогите остальным расчистить завалы.

Дружинники разжали свою хватку, и я смог высвободить руки. Сам Магнус убрал клинок в ножны и, развернувшись ко мне, добавил:

– Я с тобой еще не закончил! – глаза его грозно сверкнули, хотя по голосу чувствовалось, что из князя выбили всю спесь. Не проронив боле ни слова, он отправился к чертогам.