становясь
лишь призраком ночным,
Бесплодной мыслью,
тьмой,
разметавшейся
над глубиною бездны.
Так явно не приемлет
Света
только Тьма,
А то, что
отказалося
от Слова
Не может быть
ни счислено,
ни именем владеть,
Являясь знаком
лишь дурного
бессловесья,
Звенящей нотою
звериною
в созданиях ночи.
Но вот куда
бежать
Безмолью Тьмы,
Коль все вокруг —
Творенье
Бога,
Прозрачное для Света
и наполненное
Словом Бытия?
Как быть, коль Вечность —
Место
Блага,
Нетленное
владенье
Первобытия?
Противник Слова
и Начальник
Мрака
Избрал Себе
немедля
мир иной,
Противно-ложный
Свету,
поместив себя
И воинство свое
в небытие
пространства,
Которое зовется так
за то,
что в нем простерлась
Бесконечность разрушенья
и самовластье
мыслей и желаний.
Там, в полной тишине,
укрывшись
облаками миражей,
Тягуче-жидких
и обманных
снов,
Сонмы отпавших
ангелов
предались
Иной природе
Самобытия,
