Живущее лишь
памятью
о дне,
В котором
получило
зарожденье.
Так и в том свете,
что избрал
себе удел,
Противный свету,
изначальная
его природа
Осталась тою же
безгрешной
и плодоносящей,
Готовая облечь собою все,
во что желает
превратиться он,
Хотя бы это
была бы
даже тьма ночная,
Слепящий мрак
бессветья,
слепота.
Материей
из блеска
обличась
Свободные
умы
торжествовали,
Надеясь в новом
месте
обрести покой.
Однако в той природе
новой,
невещественной еще,
Не ведающей
слова
и числа,
Фантазии
плодиться
начали,
Чудовищами
смутными
роясь,
А каждый
из умов
был принужден
Своей фантазией
одеться,
словно платьем,
И в ней существовать,
меняя
облик свой
Вслед за движеньем
воли
своего ума.
В ночи, когда
спит разум,
миражи
Являются
ужасные
порой,
Но ни один
из них
