Иван Петров – Огненный меч судьбы (страница 4)
Сильра взмахнула рукой, и костёр погас. Тьма сомкнулась вокруг них, и только меч Аррина светился красным светом.
– Ты думаешь, сила в скорости? – Её голос прозвучал уже с другой стороны. – Ошибаешься. Сила – в намерении. Вейнар и его гончихи ищут тебя не потому, что ты быстр. А потому, что ты светишься, как маяк.
Аррин вскочил, но Сильра появилась прямо перед ним. Её пальцы коснулись его лба.
– Закрой глаза. Дай огню войти в тебя.
Боль пронзила виски. Аррин увидел себя со стороны: мальчишку с перепачканным сажей лицом, который колотил молотом по раскалённому металлу. Потом – вспышку: дракон, печати, Лора…
– Сосредоточься! – Сильра ударила его посохом по спине. – Твои воспоминания – мусор. Очисти разум.
Аррин зарычал от ярости. Меч вспыхнул, и пламя взметнулось к небу, выжигая на скале символ – спираль, закрученную вокруг меча.
– Лучше, – Сильра кивнула. – Но это лишь искра. Чтобы разжечь пламя, тебе нужно отпустить страх.
– Как?! – Аррин выдохнул, чувствуя, как пот стекает по спине. – Эти твари… Вейнар… Они убьют всех, если я…
– Если ты позволишь им себя сломать, – перебила она. – Ты носишь Игнисар. Ты уже не подмастерье.
Шейд, серебристый волк, внезапно поднял голову и зарычал. Внизу, в ущелье, завыл ветер – слишком мелодично, чтобы быть естественным.
– Они близко, – Сильра повернулась к тропе. – Гончихи Вейнара.
Аррин выхватил меч:
– Я готов.
– Нет, – Сильра схватила его за запястье. – Ты будешь наблюдать.
Она шагнула вперёд, и земля под её ногами озарилась рунами. Из теней вышли три гончихи, но на этот раз их сопровождал человек в чёрных доспехах – его лицо скрывал шлем с рогами, а в руках он сжимал цепь с шипами.
– Предатель ордена, – Сильра скривила губы. – Вейнар прислал не только псов.
– Отдай мальчика, – прохрипел воин. – И умри быстро.
Сильра рассмеялась.
– Учись, Аррин. Вот как говорит огонь.
Она щёлкнула пальцами, и руны на земле взорвались голубым пламенем. Цепь раскалилась докрасна и упала, расплавившись в луже металла. Воин закричал, но Сильра уже была рядом с ним. Её ладонь легла на его грудь:
– Кальдра.
Руна вспыхнула, и доспехи воина превратились в печь. Он рухнул, крича, пока не смолк навсегда. Гончихи бросились бежать, но Шейд настиг их, разрывая глотки клыками.
Аррин стоял, онемев. Сильра повернулась к нему, её платье даже не запачкалось.
– Твоя очередь.
– Что? – он не понял.
Из-за скалы выползла ещё одна гончиха – раненная, с переломанной лапой. Её зелёные глаза слезились от боли.
– Убей её, – сказала Сильра.
– Она же…
– Убей.
Аррин поднял меч. Гончиха заскулила. Ему вспомнилась старая собака кузнеца – та тоже скулила, когда умерла.
– Я… не могу.
Сильра вздохнула:
– Тогда ты умрёшь первым.
Гончиха прыгнула. Аррин зажмурился и ударил. Тепло разлилось по рукам, а когда он открыл глаза, от чудовища остался лишь пепел.
– Эмоции – слабость, – Сильра повернулась к тропе. – Но иногда… полезная.
Она ушла, оставив Аррина дрожать от ярости и стыда. Шейд ткнулся мордой ему в ладонь, словно говоря: «Идём».
Внизу, в долине, уже ползли тени.
Глава 3.
Аррин следовал за Сильрой по узкой горной тропинке, крепко сжимая в ладони амулет ордена. Холодный камень постепенно начал согреваться, словно пытаясь передать какое-то послание. Впереди бесшумно скользил Шейд, чья серебристая шкура почти растворялась в клубящемся тумане.
– Почему ты не сказала мне заранее? – окликнул он хранительницу, устремив взгляд ей вслед. – О том, что этот меч…
Сильра резко остановилась и оглянулась через плечо, её тёмные глаза сверкнули.
– Что он «питается»? – усмехнулась она. – Всё равно ведь взял бы.
И правда… В голове Аррина вновь возникла фигура старой Лоры: её иссушенные временем руки вручают ему Игнисар. «Ты обязан». Как ни крути, даже осознавая цену, он выбрал бы именно так.
– И что же конкретно он отнимает? – тихо проговорил он, ощущая, как внутри нарастает тревога.
– То, что делает тебя человеком, – жёстко ответила Сильра, небрежно ткнув своим посохом ему в грудь. – Твои воспоминания, чувства, привязанности к этому миру. Игнисар – это не оружие, это сделка.
Она снова двинулась вперёд, оставляя его стоять неподвижно, впившись пальцами в гладкую поверхность амулета до белизны костяшек.
К вечеру путники достигли руин – древней святыни Ордена, погребённой под густым покровом дикого плюща. Сильра приказала Аррину развести огонь силой мысли.
– Ощути тепло, – наставляла она строго. – Думай о созидании, а не разрушении!
Закрыв глаза, парень попытался вызвать перед мысленным взором образ мягкого огня: тёплого щита, рассеянного света… Но внезапно среди воспоминаний возник облик зеленоглазой зверюги, испуганный визг которой эхом отдавался в ушах. Его меч вспыхнул ярким заревом, и огромный столб пламени мгновенно охватил остатки древних колонн.
Сильра зло прошипела:
– Дурак несчастный!
Мощным движением руки она погасила огненную стихию, окутав пеплом полуразрушенные стены.
Оба долго стояли молча, глядя друг на друга сквозь дым и полумрак.
– Ну? – тихо пробормотал наконец растерявшийся ученик.
Наставница внимательно изучала выражение лица юноши.
– Скажи-ка мне, ты точно помнишь дорогу сюда?
Аррин хмуро покачал головой, осознавая странность происходящего. Память будто туманом заволокло: воспоминания утра постепенно тускнели, теряя чёткость очертаний. Лицо девушки-оруженосца начало казаться смутным пятном, словно чья-то злая воля стирала образы прошлого.
***
Когда Аррин выдернул Игнисар из груди каменного идола, пламя мгновенно погасло. Обрушивающийся храм застыл, словно время остановилось навсегда. Вокруг лишь чёрный пепел да тишина… Но среди серого мрака он заметил фигуру ребёнка примерно семи лет – того самого мальчишки, чей взгляд преследовал его во сне всю жизнь.
Мальчик неподвижно стоял перед алтарём, облачённый в белоснежную ризу, украшенную знаками древних ритуалов. Руки его сковывали цепи из чёрного камня, а глаза мерцали адским светом.
– Опоздал, – тихо прошептал ребёнок голосом, похожим на шорох старых страниц и треск полыхающего костра. – Меня избрали взамен тебе.
Страх сковал тело Аррина. Из глубин памяти всплыло давнее воспоминание, много лет скрытое от сознания:
Произошло это ровно десять лет назад. Тёплой летней ночью в родное село Аррина явились таинственные жрецы Безмолвия. Старейшины молча стояли вокруг, дрожа от страха, пока один из пришлых сурово спросил:
Маленький Элид покорно пошёл вслед за ними, даже не вскрикнув. А уходя, спокойно взглянул через плечо прямо туда, где в темноте подполья скрывался юный Аррин.