Иван Петров – Когда проснется город (страница 6)
– Ворота… Юго-Запад… Саркофаг… – прошептала она. – Демьян… он вернётся…
– Юго-Запад? – Кирилл посмотрел на Арсения. – Мы думали, что всё здесь, у Южных Ворот.
– Она сказала, что Ворот семь, – напомнил Арсений. – Александрову нужно активировать их все.
Вдруг Анна резко схватила Арсения за руку. Её янтарные глаза широко распахнулись, и на мгновение бред ушёл.
– Ты, – её голос был слаб, но ясен. – Ты оставил Печать там. Это правильно. Звук… он задержит их. Но ненадолго.
– Что нам делать? Александров хочет пробудить Город.
– Он не может. Только часть. Печать Демьяна – это ключ к Первым Вратам. К самому сильному. Он откроет его на рассвете.
Арсений посмотрел на свет, проникающий через щели в стене. Солнце должно было взойти через несколько минут.
– Где эти Первые Врата?
– Не здесь. На Севере. В тоннелях под Химками. Он поедет туда. Там, где город только начинается. – Анна закашлялась, кровь выступила на губах. – Ты должен остановить его. Должен…
– Остановить его Печатью? Но она же у него.
– Нет, – Анна с трудом вытянула руку и прикоснулась к серебряному амулету на груди Арсения. – Этот амулет… это Противопечать. Её сделал первый Хранитель, чтобы заглушать резонанс Демьяна. Ты должен найти Камень. Камень в центре Города. Только он…
Она снова потеряла сознание, её рука ослабла.
– Противопечать, Камень, Саркофаг… – Кирилл покачал головой. – Это всё очень похоже на мифологию.
– Но это работает, – Арсений сжал амулет. – Удар свинцовой Печатью по трубам сработал. Мы должны следовать её указаниям. Нам нужно на Север. И нужно уходить, пока они не прорвались из подземелья.
***
Арсений и Кирилл вытащили Анну из гаража и нашли старую, заброшенную "Газель" с заколоченными окнами. С помощью монтировки из чемодана Арсений быстро взломал дверь. Удивительно, но провода под приборной панелью оказались целы. Спустя пару минут, провозившись с зажиганием, им удалось завести машину. Двигатель чихнул, но заработал.
Они положили Анну на задние сиденья.
– На Север, – сказал Арсений, трогаясь с места. – По МКАДу. Это единственный быстрый путь.
Они выехали из промзоны. Дорога была уже не пуста, но и не забита. Москва просыпалась.
Арсений гнал "Газель" по внешней стороне кольцевой, стараясь слиться с потоком первых грузовиков. Они успели проехать всего несколько километров, когда Арсений увидел это.
Это было не преследование, а нечто иное.
На обочине, ровно через каждый километр, стояли люди. Не случайные прохожие, а мужчины и женщины в обычной одежде: дворники, официанты, грузчики, просто рабочие, спешащие на завод. Но все они стояли лицом к МКАДу, спиной к городу, и смотрели на дорогу с одинаково пустыми, невидящими глазами. И все они держали в руках какие-то предметы: лопаты, подносы, пустые бутылки, куски арматуры.
– Смотри, – прошептал Кирилл, показывая на обочину.
– Я вижу. Они что, ищут нас?
– Нет, Арсений. Они ждут.
Вдруг, ровно в 6:00, когда солнце вырвалось из-за горизонта и залило улицы слабым, оранжевым светом, это началось.
На уровне 22-го километра МКАДа, над лесополосой, внезапно вспыхнул и погас яркий, синевато-зеленый свет. Это был тот же цвет, что и вода в подземной ротонде.
В ту же секунду все люди, стоявшие на обочине, повернулись. Их движения были резкими, механическими, как будто их запустили одним рубильником.
Арсений почувствовал, как по спине пробежал ледяной холод.
– Они смотрят на нас, – проговорил Кирилл.
– Нет, – Арсений сжал амулет на своей груди. Он был горячим. – Они смотрят на него.
Внедорожник, который они видели раньше, резко выехал на дорогу впереди "Газели", перекрывая им полосу. Из него выскочили трое в чёрном.
– Ловушка, – констатировал Кирилл. – Что теперь?
– Резонанс, – Арсений вспомнил, как сработала Печать в трубах. – Нужно найти, что резонирует.
Он резко затормозил, уходя вправо, и свернул на эстакаду. В этот момент, на крыше ближайшего жилого дома, показался человек. Он был одет в форму электрика и держал в руках кусок антенного кабеля. Этот электрик не целился в них. Он целился в линии электропередач, проходившие над их головами.
– Они пытаются перекрыть электричество, – понял Арсений. – Чтобы заглушить городской шум и усилить резонанс Печати!
«Газель» была слишком медленной. Внедорожник настигал их.
Внутри "Газели" раздался стон. Анна открыла глаза.
– Глушитель, – прохрипела она. – Используй шум.
Арсений мгновенно понял. Печать Александрова использовала тишину и старые структуры для резонанса. Противопечать Анны работала через хаос и современный шум.
– Музыка! – крикнул Арсений, резко врубая старую магнитолу "Газели".
В динамиках затрещал и тут же взревел русский поп-рок начала нулевых. Громкость была оглушительной.
Эффект был мгновенным, хотя и нелогичным. Двое в чёрном, выскочивших из внедорожника, вздрогнули и на мгновение замедлились, закрывая руками уши.
– Не помогает, но мешает! – Кирилл высунулся в окно и начал отчаянно кричать, пытаясь перебить музыку.
Арсений свернул с эстакады на узкую, жилую улицу, где движение было плотнее. Теперь его спасение заключалось в том, чтобы затеряться среди обычных людей.
Но обычных людей уже не было.
Они проехали мимо продуктового магазина. Продавец, стоявший на ступеньках с коробками, резко повернулся, бросил коробки и медленно пошёл к проезжей части, его глаза были пустыми. Он не пытался их остановить, он просто двигался, чтобы загородить дорогу.
– Они контролируют людей, – понял Арсений. – Не всех. Тех, кто находится близко к резонансным точкам.
– На Север! – Анна снова подняла голову, её глаза сверкали. – В Лабиринт!
Арсений знал, о каком Лабиринте идёт речь: о старых, запутанных улочках, которые окружают северный, исторический центр Москвы, где дороги меняются каждый квартал.
Он резко свернул. Внедорожник последовал за ними, но теперь, окружённый со всех сторон сонной, но уже подозрительной толпой, двигающейся как сомнамбулы, он потерял скорость.
Арсений гнал "Газель", чувствуя, как его тело покрывается липким потом. Он был на грани.
Он проехал мимо светофора. Светофор, который только что горел зелёным, внезапно погас. Аварийный сигнал? Нет.
Одновременно с этим, в каждом окне домов, мимо которых они проезжали, Арсений увидел движение. Сотни людей, вставших у окон, с той же пустотой в глазах, уставились на "Газель".
– Город смотрит на нас! – крикнул Кирилл.
– Мы его разбудили, – ответил Арсений. – И теперь он нас преследует.
Он выехал на широкую, шестиполосную дорогу, ведущую к центру. Там движение было уже оживленным. И тут он увидел то, что заставило его замереть от ужаса.
На всех шести полосах, прямо перед ними, медленно, синхронно, как по команде, остановились все машины. Водители выходили из салонов, оставляя двигатели работающими, и вставали рядом со своими машинами. Они тоже смотрели на "Газель".
Дорога была перекрыта живым, автомобильным заслоном.
– Лабиринт! – прохрипела Анна, пытаясь встать. – Сворачивай в Лабиринт!
Арсений не стал думать. Он резко вывернул руль, заезжая на тротуар, и протаранил столб с рекламным щитом. "Газель" затрясло, но она прошла. Они оказались в узком, старом переулке, где старые дома были построены хаотично и вплотную друг к другу.
В это время сзади, из-за угла, вылетел внедорожник, но его тут же блокировали брошенные машины.
– Мы оторвались! – выдохнул Кирилл.
– Не от них, – Арсений кивнул на здания.