Иван Неклютин – Виконт. Том 2 (страница 7)

– Это находка очень кстати, – сказал Луис, поглаживая нос ближайшего коня.

В моей голове тут же заработал мой внутренний «хозяйственник», который начал нашёптывать советы. Эти лошади и прочее добро могли бы стать неплохой компенсацией за всё, через что мы прошли. Ведь, насколько я понимал, никакого вознаграждения от Тайной канцелярии ждать не стоит.

Мы собрали всё ценное, что смогли найти: оружие, книги, записи. Тут были не только трофеи, но и важные улики, которые могли пролить свет на планы наших врагов. «Вот и правильно, трофеи нам, а улики Раннеру», – прокомментировал находки мой Хомяк. Время поджимало, а нам предстояло ещё много дел. Мы должны были увезти с собой Грайна, неспособного к перелёту, нашего раненого товарища и пленника, не забыв при этом сохранить свои жизни.

Мы втроем собрались у кучи добра. И я взял слово, стараясь быть убедительным:

– Друзья, раз уж нам не получится скрыться по воздуху и придётся тащить Грайна, Джеки, пленного и улики на повозке, предлагаю не терять возможность. Запряжем ещё две фуры и загрузим их всем, что имеет ценность. А бросать всё это тут, – я указал на кучи добра, – глупо и просто жалко.

Дагоберт нахмурился, оглядывая разномастное имущество.

– Ты серьёзно предлагаешь тащить всё это? – спросил он с сомнением.

– Именно, – ответил я, скрестив руки на груди. – Мы заслужили хоть какую-то компенсацию за все пережитые трудности. Ты посмотри на Джеки – он едва не погиб, выполняя это задание.

– Да проще всё сжечь, – пробормотал Луис, качая головой. – Это же такая морока – грузить, тащить, а потом ещё и продавать.

– Зачем продавать? – возразил я. – Лошадей, повозки, оружие и инструменты заберу я. А деньги – на вас троих. Или вы хотите и деньги сжечь?

– Ты что, с ума сошёл? Там же почти пятьсот золотых! – возмутился Луис.

– Вот и я о том же. Деньги разделим между вами. А вся рухлядь пойдёт в моё хозяйство. В таком случае ваша доля вырастет со ста двадцати одного до ста шестидесяти двух золотых.

Дагоберт посмотрел на меня с ухмылкой, явно осознавая, что в конечном счёте моя доля окажется больше. Но спорить не стал.

– Ладно, попробовать можно. В конце концов, нам всё равно тащить дракона. Если что, лишний груз всегда можно бросить.

Мы приступили к погрузке. Две повозки удалось забить под завязку, но, к моему глубокому огорчению, пришлось оставить большую часть библиотеки, мебель и другие мелочи. Сердце моего внутреннего «хозяйственника» обливалось кровью, пока я наблюдал, как огонь пожирает оставленные сокровища.

Самым сложным оказалось запрячь лошадей в телегу, куда мы погрузили Грайна. Животные нервничали, чувствуя близость дракона, отказывались подходить к повозке. Однако Дагоберт сумел их успокоить с помощью магии, наложив на них какое-то странное заклинание.

– Терпеть не могу это плетение, – пожаловался он, потирая виски. – После него у меня потом несколько часов голова раскалывается.

К трём часам дня наш караван выехал на дорогу. Позади нас полыхала база демонопоклонников, а впереди лежал долгий путь. Джеки пришёл в сознание, но передвигался с большим трудом. Грайн еле шевелился, его тело было настолько измождено, что я невольно порадовался что он был самым маленьким из драконов. Если бы он был размером с Драя, то ни одна бы телега не выдержала.

Мы двигались по узкой лесной дороге. Судя по всему, место было настолько глухим, что люди появлялись здесь крайне редко. Часа через два мы вышли на перекрёсток и свернули направо, на дорогу, казавшуюся чуть более хоженой.

– Дагоберт, ты разведал маршрут до границы? – спросил я, поворачиваясь к коллеге.

– Неа, – беззаботно ответил он. – Но дорога точно должна быть.

– А если её не будет?

– Мы же маги, – усмехнулся он. – Найдём выход.

Я решил не вдаваться в подробности. После победы над таким количеством противников моя самооценка значительно выросла, и мне казалось, что теперь нам всё по плечу и выход точно найдется. К тому же моё внимание привлекли Бриан и Драй. Они шли позади каравана и о чем-то общались, это было заметно по их эмоциональному поведению. Казалось бы, какие могут быть эмоции на морде у огромного ящера? Но пообщавшись с драконами близко, начинаешь подмечать всякие мелкие детали. Наблюдения натолкнули меня на интересную мысль.

– Дагоберт, а ведь получается, что драконы могут общаться друг с другом на расстоянии?

– Судя по всему, да. Ведь как-то они узнали, что Грайн попал в беду.

– А что, если научить их передавать наши сообщения? Это могло бы стать идеальным способом связи, хотя бы, между нами.

Мы начали обсуждать эту идею, рассматривая её со всех сторон. Но чем больше мы говорили, тем яснее становилось, что есть множество сложностей. Даже если драконы и смогут передавать наши мысли, двойная интерпретация образа, состоящего из ощущений и эмоций, будет очень сильно искажать смысл послания.

Мы решили попробовать провести эксперимент. Часами пытались объяснить драконам, что нужно передать сообщение Томасу Раннеру через Брайну. Однако ничего не выходило. Драконы смотрели на нас с таким выражением, словно ничего не понимали.

Когда солнце начало опускаться за горизонт, мы остановились на ночлег на небольшой полянке. Поставив последнее защитное заклинание, я облегчённо выдохнул.

– У меня такое ощущение, – резюмировал Дагоберт, потягиваясь, – что они давно поняли, чего мы от них хотим, но упрямятся ради забавы.

– Вполне возможно, – согласился я, устраиваясь на свежей травке рядом с повозкой.

Эта мысль почему-то казалась мне до обидного правдоподобной.

Три дня пути через лес, холмы, мелкие речушки и просто топкие места стали для нашего каравана настоящим испытанием. Лесные дороги, узкие, извилистые, но первое время вполне проезжие, быстро показали свой коварный нрав: то и дело нас встречали завалы из упавших деревьев, заболоченные участки и разбитые колеи. Если бы я не наложил печати укрепления на телеги, то они бы развалились в первый же день. Иногда на нашем пути возникали препятствия, которые мы устраняли с помощью магии. В других случаях нам помогали драконы: они разбрасывали завалы своими лапами, сушили дыханием сырые, непроезжие участки дороги или утрамбовывали рыхлый грунт. Хоть Грайн оставался ещё очень слаб, едва шевелился и почти не ел, но его жизни сейчас ничего не угрожало, и Бриан с Драем приободрились. Мне стало казаться, что это путешествие воспринимается ими как развлечение: они часто отправлялись на охоту в лес, обязательно принося немного еды Грайну или нам. А ещё они играли, устраивая дружеские потасовки, создавая при этом целые просеки в зарослях, при этом их массивные бронированные тела сгибали некрупные деревца как траву.

– Резвятся как дети, – однажды заметил Луис после особенно бурной игры.

Мы с Дагобертом лишь улыбнулись в ответ.

У Дагоберта особенно ловко получалось маскировать себя иллюзией, поэтому он регулярно поднимался в воздух на Грайе, чтобы разведать дорогу впереди. Каждый раз он возвращался с новостями: то о новом броде, то о ближайшей деревне, которую нам приходилось обходить, но в большинстве случаев нас ждала лишь дикая природа.

– Этот лес просто бесконечный, – проворчал он после очередного возвращения. – Такое ощущение, что мы идём через дремучую глушь, где люди не живут столетиями.

Между тем мы не оставляли наших попыток научить драконов передавать сообщения на расстоянии. Мы старались объяснить Бриану и Драю, как важно, чтобы они могли передавать мысли другим магам с драконами. Казалось, идея была проста, но каждый раз, когда мы доходили до практики, драконы транслировали нам недоумение и непонимание.

– Мне кажется, они просто не хотят этого делать, – сказал Дагоберт, задумчиво глядя на Драя.

– Но почему? Это же в их интересах, – ответил я, прислушиваясь к эмоциям Бриана через ментальную связь.

И наконец уловил нечто большее, чем непонимание: «Нам этого не надо».

– Потрясающе, – сказал я, уставившись на дракона. – Мы тут пытаемся улучшить коммуникацию… Ведь совсем недавно вашего собрата спасали, а им не надо.

Дагоберт рассмеялся:

– Может, они знают что-то, чего мы не понимаем.

Наконец нам удалось выбраться из плена дикой природы, лес остался позади, а впереди простирались поля. Захотелось подстегнуть лошадок, чтобы они на просторе пустились вскачь, но несчастные животные очень устали продираться сквозь препятствия. Тем не менее настроение у всех улучшилось, за исключением нашего пленника. Стефанийский палач несколько раз пытался сбежать за время нашего путешествия, поскольку хорошо понимал, что его ждёт впереди. Но, к его несчастью, ему достался не обычный конвой и шансов у него не было.

Мы двигались по широкой дороге, когда вдруг Луис, ехавший впереди, резко поднял руку, останавливая караван.

– Там, впереди, кто-то приближается, и их много! – крикнул он.

Бриан, отреагировав на встревоженный голос оперативника, мгновенно взлетел, а я, настроившись на зрение фамильяра, попытался понять, кто же это нас встречает. По дороге спешным маршем двигался большой воинский отряд, усиленный магами. Присмотревшись внимательнее, я заметил знакомые лица.

– Всё в порядке, это наши, – с облегчением сказал я своим спутникам.

Уже через пять минут мы встретились. Во главе отряда на крупном жеребце скакал незнакомый мне армейский офицер, а рядом с ним ехал Пако. Оперативник Тайной канцелярии выдвинулся вперёд и слегка улыбнулся.