Иван Неклютин – Виконт. Том 1 (страница 22)

Начались многочисленные хлопоты по обустройству моего первого производства. Я наивно полагал, что новые работники разгрузят меня, но жестоко ошибся. Я уже забыл, как долго сам учился ставить настолько маленькие печати, и ещё дольше учился их сопрягать. Правда, со мной никто не возился, не объяснял и не поправлял. Мне до всего приходилось доходить самому. Преимущество моих изделий кроется именно в плотности и компактности, насыщенности и очень хорошем сопряжении печатей друг с другом. Без этих особенностей мои работы не выделялись бы из представленного на рынке.

В итоге всё свободное время я проводил с моими первыми артефакторами, обучая их хитростям моего метода. Именно в просторной комнате на мансарде доходного дома, где мы организовали временную мастерскую, меня и нашёл Дмитрий, когда мой караван наконец прибыл в столицу. Я настолько завяз в обучении, что совсем позабыл о моих дружинниках.

— Марк, ну и вид у тебя! Даже после обретения талиара ты лучше выглядел, — сказал Дмитрий, похлопав меня по спине.

— И не говори, лучше иметь дело с гарпиями, чем обучать… Ах да, познакомься, это маги-артефакторы, которые теперь работают на наш род: это Розан, — указал я на старшего из них, а это Зоран, кивнул я на юношу. А этих прекрасных сударынь зовут Джули и Нэнси. Судари и сударыни, позвольте представить вам моего друга и, по совместительству, будущего воеводу виконства Мейс — Дмитрия.

Дмитрий пожал мужчинам руки, а девушкам подмигнул и сказал: «Привет, девчонки!»

Меня удивило такое фамильярное приветствие незнакомых девушек, ведь Дмитрий всегда вёл себя очень корректно. Я посмотрел на своих подчинённых и всё понял, Джули и Ненси «поплыли», высоченный, широкоплечий и, что немаловажно, приятной внешности мужчина разбил девичьи сердца. Я громко хлопнул в ладоши и сказал:

— Так, обеденный перерыв. Через час продолжим. Дим, пойдём, тут рядом есть хорошее место, поедим, и ты мне всё расскажешь.

Когда мы вышли на улицу, я сказал:

— Знаешь, я очень рад, что ты приехал. Джули меня уже утомила своими томными взглядами. Когда Софи увидела это в первый раз, я даже испугался, что от моей сотрудницы сейчас останется только горстка пепла. А теперь она будет на тебя смотреть.

— Пусть смотрит, от меня не убудет, — с улыбкой сказал Дмитрий.

— Ладно, рассказывай, как доехали, что с караваном сейчас.

— Рыбой уже Андрей занимается, лошадей и телеги определили на постой. Парни уже поселились в таверне «Хромой пони» и отдыхают, они очень хотят поскорее попасть на процедуры к Лидии. Ты даже не представляешь, насколько лучше становится после каждого сеанса лечения.

Мы вошли в небольшой ресторан и сделали заказ, уселись за стол, и Дмитрий продолжил:

— В дороге у нас был один инцидент: в тот день, когда вы к нам прилетели ради лечения, мы из-за этого выбились из графика движения, и нам пришлось остановиться на ночлег в лесу. Нашли неплохую стоянку и поставили лагерь, вот только это оказалась не просто удобная случайная стоянка для припозднившихся путников, а ловушка. Когда мы уже готовились ко сну, стоянку обходил Тит, и благодаря усиленному талиаром зрению и слуху он заметил подозрительное шевеление на подступах к нашему лагерю. А дальше всё просто: мы заняли удобное для обороны место и затихли, имитируя сон. Для пятерых мужчин, умеющих обращаться с оружием, тем более с таким мощным, как стреломёт, нет проблем перебить полтора десятка плохо экипированных разбойников. К тому же очень помогли твои артефакты: за мгновение до нападения мы активировали все твои светляки и фонари. Это помогло нам стрелять, а разбойники оказались дезориентированы.

Меня очень порадовало, что набранные мной люди не сплоховали и достойно себя проявили. А ещё провели боевое испытание стреломётов.

— Ну что ж, всё хорошо, что хорошо кончается. Как показали себя стреломёты?

— В целом хорошо, нам на руку сыграло, что за время пути все успели немного привыкнуть к оружию и пострелять, но есть и моменты, которые было бы здорово исправить. Например: рычаг взвода пружины расположен неудобно, особенно это мешает, когда нужно стрелять в высоком темпе, думаю, эту проблему можно решить, изменив форму рычага. Ещё магазин на пять стрелок слишком маленький, мы чуть за это не поплатились, его надо увеличить минимум вдвое. И было бы здорово добавить в артефакт прицеливания возможность видеть в темноте, не у всех же есть талиар-рысь.

— Хорошо, через пять дней у меня запланирована встреча с механиком, нужно, чтобы ты присутствовал и высказал все пожелания к стреломёту, подумай, что можно улучшить ещё.

Этим же вечером я встретился со своими дружинниками и узнал, как у них дела. В целом все были довольны, особенно лечением. Хотя порой это выглядело жутковато, особенно у Джоуи Майно, который радостно помахивал в воздухе рукой с одним нормальным пальцем и четырьмя крошечными.

— Смотрите, они отрастают! — возбужденно говорил он.

А Эрик Дамс сипел уже не так ужасно, его можно было понять без проблем. Он даже что-то пропел про то, что они рождены, чтобы побеждать.

Я выдал всем небольшую премию за выполненное первое задание и дал пару дней на отдых. Затем объявил, что все начинают тренироваться по методике охотников на монстров под руководством Дмитрия.

— Но зачем нам это? — удивился Джоуи.

— Потому что пригодится, — лаконично ответил я.

Поздним вечером, наконец-то, я смог уединиться в комнате со своими жёнами, чтобы отдохнуть от назойливых вопросов моих подчиненных. Без сил рухнул на кровать и просто лежал, не имея сил переодеться или поужинать.

— Я вот смотрю на тебя и не понимаю, зачем все эти хлопоты с дворянством. Ты ещё не стал виконтом, но устаёшь так, как будто ты каторжанин, — сказала Софи.

— Это точно, мы бы и так за тебя замуж вышли, и без титула, — добавила Лидия.

Я приподнялся на локтях и ответил:

— Мне непросто это логически объяснить. У меня такое чувство, что я обязан это делать. Это примерно как с драконом, внутри меня есть уверенность, что это мой путь, который мне предначертан.

— Кем это ещё тебе может быть что-то предначертано? — фыркнула Лидия.

— Даже не знаю, может Волей мира...

— То есть ты считаешь, что кто-то решает за тебя, что делать и как жить?

Я видел, что Лидия категорически не приемлет идею какой-то предрешённости, и она не понимала, почему я так спокойно об этом рассуждаю. Она всегда хотела сама принимать решения и часто шла на конфликт с близкими и родными, если они навязывали ей что-то, чего она не хотела. Удивительно, как в ней сочетаются эти качества с добротой и незлобивостью.

— Нет, я так не думаю. Как бы это объяснить? — я задумался, подбирая слова. — Вот представь, стоишь ты на перекрёстке дорог. Если пойдёшь по первой, то будешь сыт и здоров, а пойдёшь по второй — поймёшь, зачем родился в этом мире, в чём смысл жизни, и, возможно, сможешь выполнить своё предназначение. Выбирая второй путь, ты точно понимаешь: он будет сложнее, и ждут тебя испытания, но и награда за это будет больше, чем просто тихая и сытая жизнь.

Я думал, мне ответит Лидия что-нибудь резкое, она была расположена спорить. Но заговорила Софи:

— Марк, а может, бросим всю эту затею с виконством, извинимся перед всеми, если надо — заплатим неустойки. Зачем нам все эти испытания, зачем борьба? Купим хороший дом и будем наслаждаться уютом и любовью друг друга. Помнишь, тогда осенью мы помогали стражникам захватить банду, потом стояли на веранде особняка и мечтали, как купим свой дом и будем читать книги и пить вкусный чай у камина?

— Софи, это очень серьёзное искушение. И всё было бы хорошо, если бы мы не были магами. Я знаю, вам больно говорить об этом, но у нас, скорее всего, не будет детей. Зачем тогда мы живём, в чём смысл наших жизней? Наслаждаться вкусным чаем с вареньем? Я уверен, что живу не для того, чтобы просто наслаждаться. Я должен, понимаете, должен сделать что-то большое, значимое, это сидит во мне, и никуда мне от этого не деться. Мысль о том, что после меня ничего не останется, всё чаще и чаще начинает посещать меня. Ещё совсем недавно я не переживал об этом, думал, всё само как-то образуется, теперь появляется понимание: ничего само по себе не происходит.

Я оборвал свой монолог, мне подумалось, что зря всё это я говорю, всё как-то сумбурно и путано. Но Софи и Лидия смотрели на меня и ждали от меня развития мысли. И я продолжил:

— Я не боюсь физической смерти, я прошёл через кое-что пострашнее простого небытия, меня страшит бессмысленность существования... После ловушки лича я несколько иначе стал понимать жизнь. Она перестала быть для меня просто процессом, тем, что происходит изо дня в день, я осознал, что после смерти от меня ничего тут не останется. Часть меня не продолжит жить в моих детях, потому что их не будет, и от меня останутся только результаты моих трудов... И вот ещё, я не сразу это понял в полной мере, когда я блуждал по ментальному лабиринту лича, мне очень помогла ваша забота, любовь и тепло, и я благодарен вам за то, что не просто спасли мою жизнь, но и не дали сойти с ума. Но там присутствовало ещё нечто разумное, что вело меня, задавая направление, и определяло смысл моего существования, необъяснимый свет в небе был целью моего путешествия. Не будь вас, я бы умер, не будь этого нечто, и я бы потерял свою личность.