Иван Лагунин – Железный Орден (страница 30)
Он пожал плечами и уселся в него, не заботясь об одежде.
— Что рассказал пленник? — спросил он. После побоища, что Высший учинил незваным гостям, он забрал то, что осталось от синерожего ублюдка по имени Снатлев и раненную Хильде, и ушел по Тропам в свою резиденцию. Саня не сомневался в способности отца разговорить даже камни египетских пирамид.
— Почти все.
— Почти?
— Я оставил ему уверенность, что он сумел обмануть меня.
Саня внутренне содрогнулся. За одну только попытку это сделать отец запросто мог содрать с него живьем кожу. То, что сейчас он так спокойно об этом говорит, не значит, что через полвека злопамятный Высший об этом не вспомнит.
— Ты думаешь, нам стоит принять предложение Ледяного?
Отец некоторое время смотрел на горизонт со странным выражением на морде, а потом медленно кивнул.
— Рано или поздно, но это должно было случиться. Кауры, и те, кто за ними стоит, медленно, но верно взламывают Границу. И вскоре они будут здесь… Если мы сами не нанесем удар.
— Ты сам говорил, что Ледяной плохой союзник. Коварный и ненадежный.
— Он будет достаточно надежен, пока его цели совпадают с нашими.
— А они совпадают?
И это был совсем не праздный вопрос. Даже о целях отца Саня имел лишь самые смутные представления, не говоря уже о самом Ледяном.
— Пока. Да.
На некоторое время воцарилась тишина. Демон разглядывал горизонт, а Саня серные бульки в его ванне. Саня знал, что отец любил помариновать собеседника в собственных рассуждениях, но сейчас' будто бы, и сам собирался с мыслями.
— А теперь слушай внимательно, сын. У тебя есть два дня, чтобы уладить собственные дела, прежде чем я отправлю тебя в Сар. Ты пойдешь во всеоружии, запасшись всем, чем я только смогу тебя нагрузить. Ты поможешь Ледяному, но… Ты не сможешь вернуться. По крайней мере, в ближайшее время.
Саня лишь кивнул.
— И там я уже не смогу тебе помочь, сын.
Саня вновь содрогнулся, но на этот раз от внезапной сентиментальности, кою нечасто можно было услышать от Высшего Демона. И это… пугало.
— Мне не потребуется помощь…
— Потребуется. И ты ее получишь.
—?
— Я вижу это. Но пока это все, что я пока могу сказать.
Отец замолк. Видимо, у него вновь сработал один из Высших Даров. Облака времени на мгновение разошлись, и будущее слегка прояснилось.
— А теперь оставь меня. Мне нужно подготовиться. Чтобы пробиться через Границу с той стороны потребовались силы целой расы. Я же, хе-хе… думаю справиться в одиночку.
И Высший Демон Субурбадан, фыркнув, скрылся в серной кислоте с головой.
Глава 11
Почесывая Шарика меж рогов, я стоял на небольшом пригорке, наблюдая за цепочкой воинов, гуськом топающих на север. После облаченных в доспехи Бесов, шла гурьба Скоржей отряда «Скорж-2», а замыкали колонну несколько чудовищ Зухара и десяток навьюченных припасами Гончих. Остальные следовали впереди и на флангах, как разведка и боевое охранение.
— Во-первых, это красиво… — улыбнулся я, обращаясь к Шулевику, вальяжно рассевшемуся на Мертвой Гончей.
— О да, вождь! — поддакнул тот. И вдруг добавил на неожиданную тему. — Кузнец говорит, что пора поднимать стяги нашего Покровителя, рядом с твоими.
*ля. Надо же так испортить настроение одной лишь фразой.
— Р-р-р… А почему он не говорит это мне? — рыкнул я на Шамана, но тот лишь пожал плечами. — Как только этот самый «наш Покровитель» решит вылезти на свет Божий, тогда и обсудим эту тему… Тем более, разве у него есть какие-то стяги?
Шулевик хмыкнул, и я поскорее выкинул сраное божество из головы.
Впереди, на пути к горам, было еще двадцать километров однообразной равнины. Солнце жарило на всю катушку, а войска, чертыхаясь, продвигались вперед.
Несмотря ни на что, армия шла довольно ходко. Мы выступили с рассветом, а к полудню треть пути была уже позади. Казавшаяся гладкой как стол равнина на деле была полна ущелий, выбоин, ям и каньонов. Если Гончие летели как на крыльях ветра, просто перепрыгивая через половину из них, то пехота была вынуждена выписывать знатные кренделя, наматывая лишние километры.
Вчера вечером я пополнил гарнизон крепости еще двумя десятками Бесов, а сегодня переправил Гарея в Гахаган и выдал последние ЦУ Сидраху. В мое отсутствие он пока прервет зачистку местности, сосредоточившись на охране подступов к Дыре и разведке.
В груди все равно сидело мерзкое надоедливое беспокойство, но сверх уже сделанного ничего поделать было нельзя.
Еще с минуту гордо полюбовавшись на собственные войска, я с Шулевиком спустился с холмика и вместе с троицей ординарцев присоединились к колонне рядом с наемниками, вернувшись к прерванному разговору с Зухаром.
— Так вот. Стоянка Тугуара, Вождь, скажу я тебе, сказочное место для таких парней как мы! — продолжил тот, будто и не заметив моего отсутствие. — За звонкую монету там можно добыть сколь угодно девок для непотребства и черных бубусинов! А также загнать или купить все, что душе угодно!
— Так чего же ты не остался в столь прекрасном месте?
— Ты бьешь, Вождь, в самое сердце, ах, в самое сердце! На стоянке Тугуара монеты утекают сквозь пальцы, что каменная пыль! Вот — ты словно падишах, разбрасываешь золото направо и налево, а вот как последний нищий просишь вчерашнего собутыльника купить тебе глоток воды!
Признаться, разговорившись с Зухаром, я даже пожалел, что в предыдущие дни так мало обращал внимания на разговорчивого, как выяснилось, наемника. Он заливался соловьем, расписывая бытие Жженой равнине и травя байки о своих, неизменно блестящих, похождениях.
Сколько поросят рожает самка гавака? Кто кует самые лучшие клинки во всем Хасуке? Сколько кенийцев надо, чтобы обуздать дикого молодого гавака? Почему Соляных людей называют «Длинные хрены» и действительно ли у них длинные хрены?
В полезности последней инфы я не был уверен, но все остальное было чрезвычайно интересно!
— На Большой Равнине монеты чеканит только Хугад и далекий Шамор. Это хугадский дирх, — он перекинул мне небольшую затертую монетку. На аверсе едва угадывалось схематично отрисованное женское лицо, а на реверсе скрещенные топоры. Я попробовал монету на зуб и щелчком вернул ее наемнику.