Иван Лагунин – Железный Орден (страница 24)
Затем увиделся с Сенкой. Наглая девица выпросила пятерых кобов в услужение и выдала аж 200 единиц маны Хаоса за выполнение квеста по убиению Маракеша. Табло счетчика этого вида Маны вновь перевалило за шесть сотен.
Кажется, что это много и можно начать тариться Бесами «по-взрослому», но не стоило забывать, что прокорм каждой сотни юнитов обходился в два десятка Рабов (и 60 единиц Маны Хаоса соответственно) ежедневно. Да, доход от двух крепостей составлял более 300 единиц в сутки, да и квесты периодически накидывали неплохие «суммы», но содержать более 350–400 юнитов сейчас вряд ли целесообразно. На данный момент в составе армии и так числилось 434 бойца.
Вот такие расклады…
Некоторое время мозговал, раздумывая, что тут можно предпринять, но додумался только до двух вещей: нужно налегать на квесты и вербовать союзные контингенты, типа ребят Зухара, кои, как успел поведать Сидрах, в сражения показывают себя отлично!
Махнув рукой на рассчеты, я «прикупил» еще полсотни Бесов. Ими был пополнен легион «Слава Дутура», чья численность возросла до восьми десятков Воителей и двух — Лучников. Кроме того призвал Кузнеца, коего по какой-то причине в Гахагане не было, а, меж тем, бездоспешными оставалось еще огромное количество воинов. Ночью Сидрах успел закинуть мне несколько десятков созданных нашим Кузнецом доспехов, среди которых оказалась и новая разновидность: «Легкая броня Сцилохора». Визуально она слега отличалась от харахуфовой, но в целом была выдержана в том же стиле: легкий панцирь из плотного хитина, поножи, наручи, шлем со жвалами и небольшой прямоугольный щит.
Интересно, будет ли вновь призванный Кузнец обычным юнитом или таким же странным сумрачным существом как Кузнец Дыры?
Выйдя из Убежища, я уткнулся в медленно тянущуюся цепочку Бесов-новобранцев. Удивительно, насколько только прибывшие отличались от ветеранов! Если мои легионеры были на полпути к мыслящим существам: болтали на примитивном языке, носили одежду, кривили мордочки в эмоциональных гримасах, соперничали за лучшие куски Рабов и выясняли, кто из них главный перец, то новенькие походили скорее на стадо бабуинов, коим для чего-то вручили копья!
Я пинками разогнал толпу и продрался к Чану, где и узрел новоприбывшего Кузнеца…
Признаться, когда я увидел среднего роста лупоглазого демона, в предельно странно смотревшимся на нем кожаном переднике, то испытал даже некое разочарование. Да, наш Кузнец был сумрачной загадочной тварью, но он был хотя бы разумен! У этого же в глазах отражалось вся наивность мира.
Он что-то обожающе тявкнул, но я разочарованно махнул рукой.
— Иди уж… Кузня там… Хотя, постой! — Кузнец, было дернувшийся вслед за спускающимися на площадь Бесами, остановился и вопросительно-обожающе на меня уставился, активно почесывая зад. — У меня проблема с броней, сможешь помочь?
Перемазанный грязью юнит по очереди поскреб пузо, шею и промежность и неожиданно, шепеляво, но довольно внятно, произнес:
— Думаю, я смогу приспособить под доспехи панцири местных животных, Вождь. Например, Харахуфов…
Ха! Если мне не изменяет память, наш Кузнец выдал мне это задание с точно таким же текстом, хе-хе… Ну что ж, неплохо!
Я принял квест и тут же перекинул его на Барбоссу.
Крепость, меж тем, постепенно принимала обжитой вид. Трупы убрали, разрушенные хижины кобов подремонтировали (свои же поврежденные строения система «Отбора» сама привела в божеский вид), улочки освободили от хлама и подмели.
Новобранцев я вручил Быру, который обнаружил в себе некий талант к преподаванию. Хотя, возможно, это было несколько умозрительное заключение, но его рвение в раздачи пинков подчиненным, что посмели оставить караул (чрезвычайно редкое для Бесов явление) или не исполнить приказ (также), что называется, внушало. Своих парней он водил исключительно строем, и любую свободную минуту использовал для бешенной муштры.
И кстати, о воинской учебе.
Уже не раз я задумывался о том, как побыстрее наполнять головы новобранцев воинской наукой (это относилось и к моим Капитанам). Да, прибывающие на Рран Бесы уже неплохо владели копьем и соответственно луком, но имели самое смутное понятие о тактике и строевой подготовке. Урывками между постоянными кризисами, я смог донести до Капитанов понятия «строя», «шеренги», «флангов». Это позволяло легионерам выполнять некие базовые тактические приемы, но и только. Для серьезной армии этого конечно было мало.
У меня в голове постепенно начал складываться прообраз будущего Устава, коий нехило должен был облегчить включение новобранцев во все разрастающуюся машину моего воинства, а также и существенную прокачку ее умения.
Я уделил почти полтора часа передаче Быру ценнейших знаний, полученных в российской армейке и лично от сержанта Дятлова. На время это ввело рвение командира «Славы Дутура» в нужное русло.
Полюбовавшись на дело своих рук, а точнее на забавно печатающих шаг на пыльном граните, Бесов, я занялся другим, чрезвычайно важным делом. В последних вояжах Сидрах выбил аж три Метки 1-го уровня, из которых две я прихватил с собой в Гахаган и теперь собирался пополнить мой ком. состав.
Отряд Барбоссы нынче оказался без командира. Сейчас бОльшая часть этих песиков была в разведке. Три десятка «Гончих-новобранцев» буквально растворили горсть ветеранов, но в этом не было ничего страшного. Песикам нет нужды ходить строем и держать стену щитов, потому освоятся они значительно быстрее.
Первую Метку я применил на одной из Гончих. Я давно приметил эту более приземистую, нежели другие, псину, что бросалась на врага не жалея собственного пуза. Теперь это пузо я намеревался забронировать.
Уже через несколько минут предо мной высилась вороненая, слегка ошарашенная произошедшим, туша, под именем «Цербер».
А вот произведенный в Капитаны Бес, оказался уже наименован и звался Фыхом. Его и еще двоих сообразительных малых, коим я выделил троих Гончих под седло, я решил сделать своей личной курьерской службой. Короче говоря, мальчиками на побегушках, хе-хе…
В этот день Гончие продолжили обшаривать обширный кусок равнины, что, как оказалась, называлась Малым Суром (это название показала карта интерфейса, когда бобики углубились дальше на запад). Барбосса наладил системную разведку этих огромных территории и теперь, каждая заглядывающая в Гахаган Гончая добавляла свой кусочек мозаики.
Огромный Провал, начинающийся в тридцати километрах на юго-запад от Гахагана, все тянулся и тянулся, и конца и края ему не было видно, а по его краю шла полуразрушенная дорога. Пробежав по ней два десятка километров, Гончие поворотили назад.
На севере, миновав Долину Волн, разведка достигла места, где, рыцари Ордена, похоже, и спустились на раскаленный гранит Жженой Равнины. Карта показала в этом месте незатейливое название: «Горная Тропа», но саму тропу бобики Хаоса не нашли. Видимо, она скрывалась где-то среди бесчисленных ущельев и перевалов Черных Гор.
Появившиеся ближе к полудню ведшие розыск рыцарей Ордена Гончие порадовали известием, что некоторые их следы они обнаружили… Но на этом и все.
Суржарик и его бро, также будто канули в воду. Что, впрочем, учитывая расстояния, малый радиус обзора и горы, было вполне объяснимо. По Малому Суру незамеченными могли ходить целые многотысячные армии. Чтобы всерьез прочесать сотни квадратных километров равнины, нужны были не жалкие два десятка псов, а сотни профессиональных разведчиков!
Отпустив очередную Гончую, я задумался, глядя на карту. По-хорошему в относительно узком десятиколометровом промежутке меж Провалом и Дугар-Аданом надо было поставить Заставу, чтобы держать под наблюдением южные подходы к Гахагану… Возможно, это и сделаю в ближайшие дни.
Взобравшись на надвратную площадку, я задумчиво почесывал макушку, прикидывая, нужно ли здесь возводить дополнительные стены, когда сзади раздалось приглушенное чертыхание и вскоре рядом объявилась Сенка, собственной персоной.
— Вождь! Вот ты скажи мне, че за хрень? — неожиданно выдала она, по-мужицки сплюнув тягучую слюну за стену.
— А?
— Какой-то «Отбор», чудища вокруг, голос в башке, затерянная на краю мира крепость… Что, траханный Какор, все это значит?
«Траханный Какор»… Эка загнула! Но, вопрос, меж тем, не праздный.
Я внимательно посмотрел на несколько взъерошенную девицу. Густые брови гневно, но в то же время озадаченно хмурились, а из больших карих глаз пропала озорная искорка, сменившись растерянностью. Блин, что-то там в этой хорошенькой головке поехало ко всем чертям.
Я вздохнул и вновь отвернулся к багровому горизонту. Честно говоря, вникать в переживание очередного недоНеПиСя не было никакого желания. Но она все пялилась и пялилась, настойчиво сверля напряженным взглядом, и что-то, что еще оставалось Славиком с Земли, среди этих «чудищ вокруг», сжалилось.
— Ты хорошо себя помнишь, Сенка? Детство, дом…
— Конечно!.. — буркнула она и тут же запнулась, как видно, поймав себя на мысли, что на самом деле, не столь уж и хорошо.
— А что ты помнишь?
Она еще больше нахмурилась и в задумчивости запустила руку в шевелюру.
— Акрис… Его голубые купола… Множество народу, что заполонили подобно муравьям мощеные черным гранитом мостовые… Фонтаны… — она начала громко и ясно, но к концу фразы забормотала словно бы не своим голосом.