Иван Лагунин – Град немертвых (страница 38)
— Я все еще не вижу связи между твоим рассказом и мной.
— О, сейчас увидишь. Видишь ли. Черные — это тоже, своего рода, ошибка. Ошибка Системы, что укрывает этот мир своей пеленой. Коей подчиняются все, что ты здесь видишь. Среди таких, как я никогда еще не было Черных. У них свои пути. Но… увидев тебя, я решил рискнуть. У меня осталась лишь одна смерть. Закон гласит, что я должен подыскать себе приемника. Того, кто пойдет дальше. И я решил, почему бы приемником не стать молодому Черному? Тому, кого еще не поглотила Темная Сила? Кто еще помнит, как это — чувствовать? Такового еще не бывало. Вдруг, тебе удастся?
Ох… Мои мысли окончательно спутались. Черный, Темная сила, преемник? Голова трещала от новой информации. Она, то возникала в памяти, то вновь исчезала в пучине небытия. По вискам вдруг ударили молоты, и я со стоном завалился на пол.
— Ах, ты ж… — выругался склонившийся надо мной старик. — Слишком рано… Слишком рано… Я не успел рассказать тебе всего… Отвечай, Теодор, ты Вступаешь в Братство?
— К-куда-а?.. — промычал я, корчась от боли. Она заполонила меня всего, проникла в каждую клетку и жалила, жалила, жалила!
— Будем считать это за «да».
Сург положил мне руку на лоб. Вспышка… И тьма.
Спасительная холодная тьма.
Я проснулся, когда солнце уже стояло высоко в зените. Проникая сквозь окошко сияющим водопадом, оно заливало комнатку ярким светом.
Я лежал на диване. Поморщившись, принял сидячее положение. Левое плечо почему-то ужасно чесалось. Я взглянул на него…
Твою мать!
На нем угнездилась затейливая, но абсолютно непонятная татуировка. Какие-то змейки, квадратики, кружочки, палочки… Они сливались в сложный рисунок, суть которого я никак не мог уловить.
— С добрый утром!
Обернувшись, я увидел…
Юра? Нет. Зеленокожий был лишь отдаленно похож на Юру.
Зеленокожий весело лыбился, явно наслаждаясь произведенным эффектом.
— Это я, Сург.
И тут же по моей черепушке прошлась жаркая болезненная волна. Против воли я застонал, но она быстро прошла. После чего я вспомнил наш вчерашний разговор.
— Сколько же у тебя масок, Аур?
— Это мое имя? О… красивое… Немного. Сейчас четыре. Утром я отослал Щачлу и твою женщину в Чаграк. Не беспокойся за нее. Я передал записку старейшинам орчей. За ней присмотрят.
— Со Щачлой? Да ты рехнулся!
— Может быть, чуть-чуть, ха-ха! — усмехнулся Сург, но потом посерьезнел. — Не беспокойся. Теперь, когда он изгнал из нее Силу Нижних, Бугру она не интересна.
— Да ладно? Я же только что серьезно отдавил ему несколько мозолей! Еле замял!
— Тем более. Нужно быть совсем идиотом, чтобы снова лезть в только что законченное дело. А Бугор кто угодно, но только не идиот.
Не нравилось мне, ой как не нравилось, что этот хрен взялся за меня решать, что для меня лучше, а что хуже.
Я вновь посмотрел на татуировку. Было в ней что-то… не неприятное… но нестандартное. Попытался даже рассмотреть в ней магию, но ничего не увидел.
— Хватит рассиживаться. Собирайся. Нам предстоит дальняя дорога.
— Наши хроники уходят в прошлое примерно на семьдесят лет. Скорее всего, Братство было и до этого, но Первые по какой-то причине решили не рассказывать нам о его зарождении. Наша цель — выбраться отсюда. А для этого нам нужно понять, что есть Город, кто построил Город и зачем этот Город. Укутавшая его Система подавляет крамольные мысли, Знак, что я тебе нанес, слегка ослабляет это влияние. Год за годом, десятилетие за десятилетием, мы накапливаем знания. Ищем лазейки, дыры в коде, чтобы однажды…
Сург замолк. Мы спустились на первый, заполненный зомбарями этаж.
—…Чтобы однажды достичь своей цели. Ну что, за работу?
К этому времени мочить медляков я уже мог, наверное, десятками. Странно было вспоминать, что эти неповоротливые увальни когда-то казались мне шустрыми. Было такое ощущение, что и без полуактивного Черного Меча мои рефлекса стали заметно бодрее. Должно быть, дело в возросшем уровне.
Расчистив себе проход, мы вышли на улицу. Она была практически пуста. Лишь вдалеке виднелась пара пригорюневшихся у стены зомбарей.
— Откуда они вообще берутся? — спросил я, кивнув на трупаков.
— Они появляются ночью. Обязательно вдали от людских глаз. Щель в этом слое реальности или прореха в мирозданье… не знаю. Вот ничего не было, а вот уже появился немертвый.
Мы не торопясь шли на восток, а Сург все говорил и говорил. Иногда сбиваясь и повторяясь (я и сам ощущал некоторую путаницу в мыслях — Знак все же не мог полностью блокировать воздействие Системы), снова возвращаясь к уже рассказанному и постепенно, шаг за шагом, продвигаясь дальше.
На самом деле, не столь много он и знал… Хотя, конечно, смотря с чем сравнивать. Братство собирало эту информацию по крупицам.
Более разговорчивые, «взломанные» Хранители, тайные Храмы, система иных Знаков, Места Силы, особые Умения и где их искать.
Но чем дальше он говорил, тем я все более четко осознавал, что на деле за эти десятилетия Братство практически не продвинулось к цели. Да, они отлично научились находить лазейки в Системе, использовать ее ошибки и ее механику. Но те вопросы, что Сург озвучил мне утром… на них ответа, как не было, так и нет.
От этого осознания защемило сердце. Черт подери, вчера, без этих «крамольных» мыслей, мне жилось здесь намного лучше.
Но интереснее всего была, конечно, информация о Черных.
— Таких, как ты, мало. Очень мало. До тебя я видел лишь четверых. В Братстве считают вас ошибкой. Непрогнозируемой флуктуацией. Вы очень сильны, чудовищные по силе Умения валятся к вам в руки на зависть всем, кто желает обрести мощь и власть… Но у этого есть и оборотная сторона. Ее не могло не быть. Постепенно Черным становится плевать на все и всех. С одной стороны это хорошо, коли Черные желали бы власти, трудно было бы кому-либо им противостоять. Но и помощи от них дождаться невозможно. Сострадание им чуждо. Темная Сила выжигает их изнутри, подчиняя лишь ей ведомым целям. От того я и оборотился в этого тупого обормота, Остара, чтобы понять, не успела ли она выжечь и тебя.
Черт подери, уж не из-за этого ли я в последнее время больше похож на черствый сухарь? Или то воздействие Системы? Я представил перед собой образ Айны, какой я застал ее вчера.
Нет. Я все еще чувствовал.
Знать бы еще что?
Отмахав километров пятнадцать, мы углубись в доселе мне совершенно неведомые места. Город здесь был будто бы древнее и старше, чем в других местах. Бесконечные кварталы двухэтажных кирпичных домиков растянулись на многие километры. Населены они были по большей части совершенно разложившимися зомбарями под неоригинальныи прозвищем «скелеты». Они атаковали нас большими массами в десяток-другой рыл, поблескивая желтыми черепушки на солнце и клацая костями с остатками гнилого мяса. Были не очень сильными, но количество перевешивало качество. На иных улицах приходилось рубиться по десять минут кряду, дабы расчистить себе дорогу вперед.
Я заметил, что Сург неохотно пользуется своими Умениями, предпочитая всему старый добрый меч.
— Чем меньше обо мне Система знает, тем лучше, — буркнул он на прямо заданный вопрос.
Я же рубился молча, размышляя о том, куда все это приведет. Цель Братства была понятна, хотя, но не факт, что достижима. Но главное, это была цель. Цель, а не прозябание. Но вот путь, которым они хотели ее достичь… вызывал вопросы. Путь скрывающихся одиночек. Нагруженных знаниями отщепенцев.
— Местные владетели знают о Братстве? — спросил я, когда мы закончили чистить очередной перекресток.
— Иные да, иные нет… Мы стараемся себя не афишировать. Слишком велик риск, что ради наших знаний нечистые духом причинят нам и нашему пути зло.
— Почему же вы никогда не пытались возвыситься при помощи ваших знаний? Если обратить на решение проблемы ресурсы целого города… это будет уж точно куда эффективнее поиски разрозненных одиночек.
— Никогда не используй то, что узнаешь в Братстве для достижения власти, — остановившись и заглянув мне в глаза, строго сказал Сург. — Чем больше Система знает о нас, тем сильнее она противодействует. Наши силы и знания следует использовать предельно дозировано и аккуратно, так. Чтобы они не выбивались из фоновой волны событий.
Гм… немного путано, но в целом понятно.
Заночевали в большом пропахшем мазутом ангаре, предварительно зачистив его от гигантской толпы скелетов. Огненный Клинок и Туман работали без устали, оставив под конец сражения меня просто без сил. Однако следовало признать, что еще пару дней назад я бы рухнул бы без оных много ранее. Умения и силы росли, как на дрожжах.
Утром выступили в путь ни свет ни заря. Холод стоял собачий. Но почему-то в это время активность зомбарей была зримо ниже.
Когда же солнце забралось в зенит, Сург снова объявил привал.
— Почти пришли, — сказал он, показывая на ничем не примечательную девятиэтажку в километре от места привала. Она одиноко торчала посреди моря двухэтажных домов.
За время похода я не раз пытался выведать у него нашу цель. Но он лишь твердил, что нас ждет некое Место Силы, где я вспомню свое имя. Вообще, чем ближе мы к нему подбирались, тем менее словоохотливым становился Сург. На зеленой роже (он все так и носил обличье орча) поселилось мрачное выражение. Он постоянно оглядывался, словно ожидая чего-то.