Иван Кустовинов – Ужас Рокдейла. Парад мертвецов (страница 5)

Питер Фальконе как заведенный ходил взад-вперед по клочку земли, ставшим последним местом жительства тела его покойного друга. Вокруг него продолжал лить проливной дождь и заунывно выть ветер. Рокдейлское кладбище все быстрее и быстрее превращалось в некое подобие мертвецких болот, по которым однажды брели храбрые хоббиты из Шира.

– Но каков сукин сын этот Грин! Ему мало того, что он устроил эти свои паршивые экскурсии прямо перед носом у всех тех, кто потерял близких в этих страшных трагедиях, так он еще собирается водить этих ненормальных туристов по канализации! Он называет это главной изюминкой своей программы! Старый, жадный, тупой кретин! Он ведь прекрасно знает, что там обитало! И пусть уже прошло три года, но лично меня ничто на свете не заставит больше спуститься в это проклятое место! Я испробовал все возможное, чтобы помешать этому придурку Максу организовать свою задумку. Я исходил все инстанции, чтобы попытаться уговорить хоть кого-нибудь остановить это безумие, но везде мне твердили только одно: мистер Грин пытается хоть как-то остановить гибель этого города, запустив успешный бизнес и дав городу крайне необходимые сейчас рабочие места и налоговые поступления. Они еще считают его благодетелем и спасителем города, его, этого лживого высохшего сморчка! Нет, я, конечно, не могу отрицать, что наш город сейчас находится на грани вымирания. Почти половина его жителей продали свои дома и переехали жить в другие места, многие местные заведения, магазины и фирмы закрылись. Но не таким же способом нам спасать наш город! Не открывая ведь заводы по производству химической дряни и не привлекая сумасшедших любителей пощекотать себе нервишки и поглазеть на места трагедий! Эх, Дик, Дик, того города, в котором мы с тобой родились и выросли, увы, больше нет. И всему виной этот проклятый Билл Уотс! – При упоминании этого имени спину детектива вновь обдало жаром, а по телу пробежала волна мертвенного холодка. – Да, после твоих похорон все вроде бы начало приходить в норму. Люди начинали успокаиваться, жизнь в Рокдейле потихоньку снова становилась такой, какой была прежде. Но это длилось недолго. Вскоре люди незаметно начали покидать город. Они никому не говорили о причине своего отъезда, но всем и так все было понятно. Они боялись продолжать жить в своих домах, боялись ходить в туалет, принимать душ, мыть руки. Всем казалось, что сейчас вот-вот из раковины вылезет чудовище и свернет им шею. Твою мать, Дик, мне самому до сих пор иногда страшно подходить к туалету и высовывать перед ним из штанов свой причиндал. Порой ночью я терплю до последнего, чтобы не вставать и не ходить туда. Очень надеюсь, что у меня из-за этого не начнутся какие-нибудь проблемы с почками или, что еще хуже, с моим мужским достоинством. В общем, как ты, впрочем, уже и так знаешь, ведь я тебе это уже говорил, но повторю еще раз, в городе остались жить те, кто изначально не верил в призрака Уотса, да еще старожилы вместе с людьми, не успевшими продать свои дома вовремя, до того, как цены на недвижимости упали ниже плинтуса и за вырученные деньги уже невозможно было купить себе ничего приличного даже в какой-нибудь дыре в Западной Вирджинии. Это-то и привлекло этих стервятников из «Химикал Интернешинел Компани», они купили землю в городе почти что даром. Почти ничто больше не напоминает о старом добром Рокдейле, тихом и респектабельном месте, которым он когда-то был. Даже те старики, которые решили остаться, все равно уходят из Рокдейла, правда, уже не по своей воле. Пару дней назад умерла миссис Дауни, а уже с месяц назад нас покинула миссис Дарлинг. Дауни была уже совсем древней и умерла тихо и спокойно во сне, а вот старую кошатницу хватил удар, когда она бегала по городу и выискивала своих ненаглядных кошечек. Ее нашли рано утром возле фонтана. Бедняжка пролежала там всю ночь, врач сказал, что, возможно, даже она умерла не сразу и некоторое время была еще жива, но не могла пошевелиться и позвать на помощь, а рядом не оказалось никого, кто мог бы ей помочь и вызвать скорую. Разумеется, про ее кошек никто не забыл, так что она может спать спокойно в своей могиле и не волноваться за своих родненьких пушистиков. Уже через пару дней всех ее питомцев разобрали жители города. Ты не поверишь, но даже я взял себе одного. Как ты уже, наверное, догадался, это тот самый кот Дик, который гонял бедного Герцога, когда мы с тобой заходили к миссис Дарлинг в тот злополучный вечер. Чертов котяра зассал мне уже все углы в квартире и пометил каждую пару обуви. Ну ничего, вот я уеду в отпуск, тогда посмотрим, как он справится с моей бабулей, – Питер усмехнулся, а потом поежился и взглянул на небо. Простой осенний ливень грозился перерасти в настоящую бурю. Ветви деревьев угрожающе раскачивались под напором все крепчающего ветра, а на небе зловеще ухмылялись темные-претемные тучи.

– Кажется, мне пора сматываться отсюда, дружище. Иначе я рискую не выбраться сегодня из этой трясины. Увидимся в Италии. – И Фальконе помахал на прощание могиле Дика рукой и быстрым шагом направился к выходу из утопающего в грязи кладбища. Питер был немного расстроен из-за того, что не успел заглянуть к Фрэнку Дугласу, человеку, которому он был обязан своей жизнью, но делать было нечего, на Рокдейл действительно надвигался ураган.

У нехорошей квартиры появляются жильцы

С тех пор как Алису Уолш нашли мертвой в квартире номер двенадцать, хозяйке этих апартаментов так ни разу и не удалось за эти три года найти себе новых постояльцев. Что только не пыталась делать Бэтти Роуз для того, чтобы заманить в квартиру новых жильцов. Женщина полностью сделала внутри новый ремонт и заменила абсолютно все вещи, начиная от прикроватной тумбочки и туалетного столика до штор и карнизов вместе с заглушками. Но заселяться в квартиру все равно никто не спешил. Потом она вычитала в каком-то женском журнале про одну показавшуюся ей интересной даосскую практику, после чего мгновенно переставила все в своем собственном доме согласно описанным в статье правилам. Убедившись на себе в действенности этой чудесной методики, Бэтти просто не находила слов от того, как приятно она стала себя чувствовать после правильной расстановки вещей в своем двухэтажном коттедже, она решительно переставила все и в квартире номер двенадцать, не сомневаясь в том, что уж это точно быстро привлечет сюда хороших, а главное, чистоплотных и платежеспособных жильцов. Но даже всемогущая расстановка по фэншую не смогла помочь миссис Роуз найти для себя новых постояльцев. В отчаянии она месяц за месяцем снижала в объявлении требуемую за месяц арендную плату, но в квартиру все равно упорно никто не хотел заселяться. Тогда Бэтти попыталась хотя бы продать квартиру. Но, разумеется, покупателей на нее также не нашлось, пусть даже и продавалась она за смехотворно маленькую цену. Никто не хотел жить в квартире, с которой начались все эти необъяснимые убийства, и не важно, верил ли потенциальный жилец или покупатель в призрак Ужаса Рокдейла или нет. Бэтти Роуз уже совершенно смирилась с таким положением дел и не надеялась больше ни сдать, ни продать эту злополучную квартиру, когда одним осенним днем ей позвонила молодая женщина, представившаяся Лизой Бишоп.

Решительным, не терпящим возражения голосом дамочка отчеканила ей, что если все написанное о жилье в объявлении правда, то уже через неделю она вместе со своим маленьким сыном готова заселиться. «Вы говорите, в квартире произошло убийство? Почти все в городе уверены в том, что эта квартира теперь проклята? Нет, меня это совершенно не волнует. Никакого дела до мертвецов мне нет, на глупости вроде проклятых мест я не обращаю никакого внимания, а во всякую чепуху вроде жизни после смерти не верю. Меня интересует только внутреннее состояние квартиры и размер арендной платы. Всего хорошего, увидимся во вторник».

Наступил вторник. Следов от прошедшей над Рокдейлом бури почти что не осталось, только пара поваленных старых деревьев да несколько больших луж свидетельствовали о бушевавшей еще вчера стихии.

Ровно в полдень, когда детектив Фальконе изо всех сил пытался запихнуть свои плавки, несколько футболок и шорт вместе с одеждой подружки, среди которой был целый ворох платьев и пара килограммов косметики, в один-единственный чемодан, к дому номер двадцать три по Кипарисовой улице подъехал автомобиль. Из новенького серебристого «Шевроле» вышла высокая блондинка, одетая в строгий офисный костюм. Следом за ней из авто выскочил бойкий мальчуган лет пяти-шести от роду с выразительными карими глазами и кучерявыми светлыми волосами. Он был одет в новенький серый пиджачок с яркими, веселыми, пляшущими тигрятами. На ногах вместе с темными отглаженными брючками были начищенные до блеска черные ботиночки.

Мать обернулась назад и строго посмотрела на свое чадо, которое, по ее мнению, слишком уж бойко вылезло из автомобиля и теперь, не дай бог, еще может измазаться и испортить весь ее труд.

– Майкл, будь так любезен, постарайся двигаться немного помедленнее. И, пожалуйста, обходи стороной все эти лужи и грязь, не хватало еще, чтобы ты весь измазался и предстал перед хозяйкой квартиры этаким невоспитанным чертенком. Ты ведь помнишь, что я тебе говорю по этому поводу? Людей всегда…