Иван Константинов – Стальная бабочка, острые крылья (страница 3)

— Нет, я сама их встречу.

Рейдеры приближались быстро. На этот раз их было больше, Мириам разглядела шесть машин. Незнакомка, ехавшая немного впереди, действительно притормозила и начала отставать.

— Осторожнее, — сказала Мириам и прикусила язык.

Эта… женщина явно лучше знала, что делать. В зеркале девушка наблюдала, как кар ее спутницы замедлился еще больше. Преследователи заметили ее, их машины выстроились в линию, и на одной, самой быстрой, открылись орудийные порты.

Затем женщина в маске затормозила.

Облако пыли вылетело из-под колес ее кара, который завертелся, продолжая мчаться вперед по инерции. Один оборот, второй, третий… И знакомый фиолетовый свет в зеркале едва не ослепил Мириам.

Незнакомка включила лазер всего на долю секунды, пока нос ее машины разворачивался к рейдерам.

Зеркало полыхнуло огнем. Луч прошел горизонтально через передние кары, превратив их в пылающие факелы, оплавленные куски брони брызнули в разные стороны. Две машины, не попавшие под лазер, врезались в обломки, и одна из них прочертила длинную дугу в воздухе. Другая, тоже не успевшая затормозить, ударилась в кар маски, перегородивший дорогу.

Облако пыли мгновенно скрыло место столкновения, Мириам не выдержала, остановила грузовик и выскочила наружу.

На дороге было тихо и очень жарко, на небо больно смотреть. Мириам, щурясь, несколько секунд вглядывалась в облако, пока не уловила движение.

Знакомая фигурка и блеск лезвия. Женщина в маске выпрыгнула из кабины прямо на машину, стоящую рядом. В переговорнике слышалось ее дыхание, такое же спокойное, как и раньше. Кто-то пытался выбраться из машины, и мачете незнакомки поднималось и падало, напоминая крыло бабочки. Покончив с экипажем одного кара, она пошла к другому, перевернувшемуся, и ее дыхание оставалось таким же ровным.

Мириам стало страшно.

— Тебе не нужны батареи? — послышалось в переговорнике. — У этих двоих уцелели топливные элементы.

— Наверное, нужны, — выдавила из себя девушка.

— Хорошо.

— Я вернусь в машину.

— Хорошо.

— Слушай!.. — Мириам остановилась, уже открыв дверь кабины. — А как тебя зовут?

Дыхание в переговорнике сбилось. Женщина в маске не отвечала долго, словно вспоминала что-то.

— Называй меня Би.

III

На ночлег они остановились у края заброшенного городка — Мириам не знала его названия, большая часть невысоких зданий была наполовину занесена песком, заросла низенькими кривыми деревьями и диким виноградом. В остатках домов, все еще возвышающихся над пустыней, свободно гулял ветер, но Мириам помнила, что ближе к осени все изменится. После нескольких дождей виноград зазеленеет снова, и тогда развалины будет не узнать. Они превратятся в зеленые холмы странной формы, ничем не напоминающие творение рук человека.

За весь день они остановились всего два раза, по настоянию Мириам — похоже, что Би не было нужно ни есть ни пить. Также Би не проявила никакого интереса к вопросу о приготовлении ужина, поэтому девушка занялась этим сама, ей было не привыкать.

Она развела костер из сухих веток под стеной низкого строения, которое когда-то могло быть магазином или кинотеатром, теперь оно защищало их от ветра, не более того. Машины стояли рядом, и со стороны хайвея огня видно не было. Повесив над костром котелок с водой, Мириам уселась возле него. Би открыла кабину, но из машины так и не вышла.

— Ты будешь кашу? — спросила Мириам, когда молчание стало совсем невыносимым.

В кабине кара звякнуло, видимо, Би что-то уронила.

— Что? — переспросила она через несколько секунд.

— Кашу с мясом.

— С мясом?

— С говядиной. Она сушеная, в специях, и не то чтобы очень вкусная, зато горячая. Будешь?

— Не знаю. — Би выпрыгнула из кабины одним легким движением, уже знакомым Мириам.

Держа сложенное мачете под мышкой, она подошла к костру и остановилась в нерешительности. Маску женщина так и не сняла.

— Я очень давно не ела… ничего такого.

Мириам, сидящая на сложенном вдвое одеяле, подвинулась, но Би просто молча стояла и смотрела в огонь.

— А что же ты ела? — спросила девушка.

— Сухой бульон, галеты, концентраты… у меня еще остался кофе. — Би наконец-то обратила внимание на одеяло и присела на самом краешке, скрестив ноги, с очень прямой спиной.

Мачете она положила под левую руку, между собой и Мириам.

— Так ты поешь каши?

— Да, наверное.

— Вот и хорошо. А почему ты не снимешь маску?

— Маску?

— Ну, шлем.

— Я к нему привыкла.

— Но ты же не сможешь в нем есть.

Би промолчала, потом нерешительно подняла руки к лицу. Мириам смотрела, как она осторожно, ощупью, отсоединяет бронированные трубки, ведущие к воротнику, затем расстегивает горловой клапан комбинезона. Под ним оказался черный нашейный платок, и Би сдвинула его вниз, чтобы нажать что-то под подбородком маски.

Та лопнула пополам, разделяясь на две мягких половинки, и Би отбросила их за спину вместе со шлемом, как капюшон.

Мириам глубоко вздохнула.

Рядом с ней сидела молодая женщина и, сильно сощурившись, смотрела на огонь. Глубокие отметины от воздушных трубок пересекали ее лицо, а длинные черные волосы были скручены в большой неаккуратный узел на затылке.

— Воздух. — Би повернулась к Мириам, миндалевидные глаза были полны слез. — Такой холодный!.. Ничего не вижу.

— Подожди. — Мириам подтащила к себе один из своих узлов и принялась в нем рыться. — Одну секунду…

Би наблюдала за ней, все так же щурясь, по ее щекам, оставляя грязные дорожки, текли слезы.

— Дезинфектант. — Мириам протянула Би кусок чистой марли, смоченный дезинфицирующим раствором. — У меня тут его целая бутылка. Давай я вытру тебе лицо.

— Я сама. — Би забрала марлю и осторожно приложила ее к щеке. — Холодная.

— Тебе не мешают перчатки?

— Нет, я привыкла. — Марля оставляла грязные разводы, но Би продолжала втирать раствор в кожу, словно стараясь лучше узнать свое лицо на ощупь.

— Еще есть много воды. Может, хочешь умыться?

— Да. — Би бросила марлю в огонь и посмотрела на Мириам.

Ее странной формы глаза были не просто черными, как девушке показалось вначале. Белки покрывала сеть лопнувших сосудов, словно Би не спала много дней.

— Да, я хочу умыться. Что у меня с лицом? Все очень плохо?

— Нет, вовсе не плохо. — Мириам снова заглянула в мешок. — Держи зеркало.

Спустя полчаса в котелке булькала каша с кусочками мяса, а умытая Би сидела у костра, рядом с Мириам, и смотрела в сторону хайвея, в темноту. Зеркало лежало рядом с ней. От предложения Мириам расчесать ей волосы она отказалась. Девушка помогла ей смазать губы и ссадины от трубок защитной мазью и уговорила снять шейный платок, но потом Би просто перестала реагировать на ее вопросы и молча рассматривала себя в зеркало, все так же щурясь. Что она могла увидеть там при свете костра, оставалось загадкой для Мириам.

Разложив кашу в две жестяные миски, она отдала Би ее порцию, и та молча взяла ее. Женщина ела очень медленно, словно пробуя каждую ложку заново, но одолела все, до последней крошки.

— Вкусно? — спросила Мириам. — Обычно я готовлю лучше, но сегодня просто не из чего.

— Вкусно, — ответила Би и встала. — Спасибо тебе… и за зеркало тоже.

Она ушла в темноту, к своей машине. Мириам сложила миски, завернулась в запасное одеяло и улеглась у огня. Почему-то она была уверена, что Би позаботится о том, чтобы в темноте к их лагерю никто не подошел.