Иван Ильин – Проект X (страница 7)
Формально у него в запасе почти час – он легко успеет заскочить в столовую на линии B и позавтракать. Только зачем? Аппетит пропал еще вчера. Сейчас самое важное – запуск проекта, а потом можно и поесть. Столовая же никуда не исчезнет. А завтра… Завтра ему исполнится двадцать семь.
– Старею, – шепнул себе под нос Андрей и тоскливо усмехнулся.
.
В глубине тоннеля показался свет. Андрей поднялся и подошел к краю платформы. Белый с оранжевыми полосами вагончик остановился, негромко урча. Из колонок по всей станции разнеслось синтезированное сообщение: «Начата посадка на прибывший поезд по направлению C. Убедительная просьба: производить посадку и высадку, не создавая давки».
Как Андрей и надеялся, в вагоне было пусто. Он занял место в конце салона. Через минуту двери с тихим клацаньем закрылись и поезд тронулся, медленно набирая скорость.
ГЛАВА 2: ПОДГОТОВКА К ЗАПУСКУ
I
Дима стоял посреди пустой лаборатории. Все куда-то пропали, только тихо гудела машина в центре зала. Тусклый золотой свет портала мирно падал на стены, однако в инженере стремительно нарастала необъяснимая тревога. Кто-то следил за ним, и с каждой секундой ощущение чужого взгляда становилось все более гнетущим. Он принялся суматошно озираться и вдруг заметил, что с постамента машины к нему медленно движется нечто трудно различимое. Это нечто не имело какой-либо внятной формы и было почти полностью прозрачным, но отчего-то казалось живым и разумным. Дима, скованный страхом и любопытством, продолжал вглядываться в странную субстанцию, в которой возникали все новые причудливые образы. Он почувствовал мертвенный холод и, посмотрев вниз, с ужасом обнаружил, что вещество затопило весь пол лаборатории.
Внезапно, эфир потерял прозрачность. Теперь вокруг его ног гигантскими червями вились холодные сине-зеленые щупальца. Некий объект, возвышающийся перед Димой, полностью закрыл собой свет портала. Подняв голову, инженер почти сразу впал в спасительное забвение. Единственная деталь крепко засела в его голове – бесчисленное множество сияющих голубых глаз.
II
Сидя в кабинете врача, Дима чувствовал себя абсолютно разбитым. Случившееся лишило его веры в лучшее будущее и смысла к существованию.
Доктор выглядел спокойным. Его лицо выражало соболезнование, однако казалось, что ему совершенно все равно. Он был лишен эмоций. Действовал как машина.
– Возможно, мне не стоит такое вам говорить, но… Смерть – достаточно милосердная вещь. Она теплая.
– О чем вы?
– Ваша жена не мучилась. Последние две недели мы регулярно давали ей опиоиды. Случай очень запущенный. Было лишь вопросом времени, когда метастазы возьмут свое.
Дима ощутил накатывающий ужас.
Внезапно кабинет и врач пропали. Он очнулся посреди бескрайней черной пустоты, окруженный тысячами циановых ламп.
От громкого удара по металлу Дмитрий вскочил со стула и, тяжело дыша, оперся о холодную столешницу. Ему приснился кошмар. Тот же самый кошмар. На самом деле он у себя в подсобке, на столе перед ним робот «Спот», который нужно модифицировать к завтрашнему испытанию.
Шок проходил. Рациональная часть сознания быстро прокрутила сон заново. Что-то в нем изменилось, но что?
Глаза! Глаза лечащего врача стали ярко-голубыми! Дима видел его каждый день на протяжении года, навещая жену. Глаза доктора были карими. Но что было после кабинета? Бездонная тьма? Голубые огни? Неужели тоже глаза?
В подсобку заглянул Петров. Поинтересовался:
– Вы в порядке?
Дима посмотрел на часы – три часа утра.
– Да! Да, со мной все хорошо, но что вы тут делаете? Разве вы не должны были уйти после десяти?
– То же, что и вы. Боюсь, нам обоим не спится.
IIi
Взбежав по ступенькам и миновав КПП, Виталий стремительно шагал к лаборатории. Времени было полно, но он обещал Петрову и самому себе, что придет пораньше. Оборудование неоднократно проверено, но лучше спокойно осмотреть все еще раз и собраться с мыслями, чем суетиться перед надзирателем, случайно выбранным начальством.
Через десять минут он стоял у блокпоста перед гидроворотами.
– Серый, скажи, пожалуйста, кто-то уже пришел?
– Только Дмитрий Георгиевич.
– А Петров?
– А Петров вчера не уходил!
– О как…
– Ага, ты поговори с ним. Дед наверняка на изжоге. – Виталий ответил знаком «ок». – У вас же сегодня этот! Как его… День Хэ!
– Да ну тебя! Вот если полезет что-нибудь большое и с зубами, я специально вырубать ничего не буду.
– Ладно, удачи вам!
– Спасибо.
Он прошмыгнул под поехавшей вверх створкой.
Лаборатория выглядела тесноватой из-за гигантской машины в центре. Положив сумку на один из металлических столов, Виталий пошел искать Петрова.
Из-за двери в мастерскую инженеров доносился быстрый стук пальцев по клавиатуре, периодически сменявшийся скрежетом чего-то железного. Техник перечитал полюбившуюся надпись на табличке: «Высокое интеллектуальное напряжение! Не влезай! Убью!»
Пройдя чуть дальше, он увидел Петрова. Тот сидел за стеклом гермокамеры и, похоже, так глубоко погрузился в раздумья, что не обратил внимания на лаборанта.
Виталий поднялся по лестнице. Дверь оказалась открыта.
– Здравствуйте, Игорь Павлович. Как вы?
– Здравствуй, Виталий. Все хорошо. Садись, нам нужно поговорить.
– Ребята на дверях сказали, что вы тут всю ночь были. Волнуетесь по поводу надзирателя?
– Ха! Надзирателя? Да нет конечно. Пришлют какого-нибудь стажера с бумагами. Покажем ему, что мы тут делаем, у него челюсть отвиснет. Глядишь, загорится работой. Еще охрана нас на камеры запишет для протокола, и все.
– А что не так? Все проверено на сто раз. Техника исправна. Все должно быть безопасно.
– Я волнуюсь не за процесс проведения эксперимента, а за возможные последствия удачного опыта. Нет, немного переживаю, конечно, за детище, но мы же не просто так столько над ним трудились. Смотри, какая штука… Все начиналось с образца меньше мизинца и совковых документов шестидесятилетней давности. Причем подозрительно скудных. Как будто умышленно урезанных. Тогда мы не знали и не могли знать, чем это все закончится. Сейчас у нас на руках новейшая технология. Это настоящий прорыв. Что-то такое, что может изменить наше понимание вселенной и параллельных миров как концепта. Проблема в том, что очень многие технологические достижения человечество использует не так, как задумывалось изначально. А зачастую ученые даже предположить не могли, как будут применять их открытия. Вот Беккерель открыл радиоактивность урана. Случайно, правда, но кого это волнует? Что получили люди: бум в технологиях, ядерную энергетику. Думали: сейчас заживем! Но на торий мы так и не перешли. Реактор в комплексе с советских времен остался. А почему? Да потому что чисто мирный атом никому не нужен. А теперь представь: что, если портальная технология окажется работоспособной? Что, если есть что-то вовне? Как тогда изменится наша жизнь? Можно только гадать. А что случится, если эта технология попадет не в те руки и на ее основе сделают какое-нибудь оружие? Когда я был ребенком, все боялись ядерных бомб. Что произойдет дальше, я не знаю. Но я знаю, что ты очень перспективный. За будущее всех людей нести ответственность будешь ты и такие, как ты. И мне очень важно, чтобы ты не повторил мою ошибку.
– Какую ошибку?
– Я не люблю догматизм, но, думаю, тебе стоит запомнить то, что я скажу, и принять как прописную истину. Тот факт, что ты способен что-то сделать, не означает, что это делать следует. Возможно, мои слова звучат лицемерно, тем более сегодня. Но ты… Смотри. Изобрести ядерную бомбу может и умный, и разумный человек. Умный отдаст чертежи правительству, а разумный сожжет, как только поймет, что создал. Стремись вперед, двигай прогресс, но не наступай на старые грабли! Я могу на тебя положиться?
– Конечно!
– Вот так! Ладно. Сегодня помимо наблюдателя к нам пришлют эволюционного биолога. Пробы атмосферы показывают значения, идентичные земным, так что с ним, возможно, сотрудничество продолжим. Начини, пожалуйста, без меня. Что делать, ты знаешь. Дима с ночи робота готовит, поэтому ты сам. Мне нужно еще тут посидеть.
IV
– Сегодня утром обрабатываем каллусную ткань гормонами, буду подручной. А дальше все как всегда. Подготовить питательные среды, получить результаты от научвода и обработать. Потом сяду заполнять бумаги. Потом буду записывать все что только можно – от показателей роста до концентрации солей в почве. Потом проверю систему полива. А потом… А потом я опять сяду за компьютер и буду заполнять бумаги.
– Нет-нет. Я имею в виду… Когда ты примерно освободишься? Можно будет… пойти в зимний сад.
– Можно! После пяти. А что у тебя сегодня?
– Я… Я сегодня наблюдатель, – по неясной для самого себя причине Аркадий смутился еще сильней. На покрытой веснушками коже проступил румянец.
– У-у… И где будешь наблюдать?
Аркадий поднес планшетку ближе, пытаясь разглядеть мелкие печатные буквы через запотевшие линзы очков.
– Станция «Лаборатория аномальных материалов», проект «Врата», ведущий ученый Петров Игорь Павлович.