Иван Гончаров – Проклятые. Книга 2. Притязания на раба (страница 3)

– Не посмею с этим спорить.

– Я уже спрашивала, и спрошу ещё раз: неужели не нашлось никакого другого места, чтобы защитить меня?

Это правда. Девушка каждый раз задавалась этим вопросом. Но каждый раз, это была истерика, не желающая слушать. Сейчас всё иначе.

– Магия способна на многое, и только критические решения способны с ней тягаться.

– Хватит! Не делай из меня дуру!

– Судя по всему, вы до сих пор обозлены, – он слегка скривился. – Загляну вечером, принесу вам еды и тёплых вещей.

– Стой! – властный голос Лиссианы ненароком заставил напрячься барона.

– Я же сказала, не делай из мена дуру! В этих стенах у меня было много времени, чтобы всё обдумать. Мой муж, вероятнее всего мёртв. Ты пытаешься меня укрыть от гильдии магов.

Девушка прильнула к решётке, и впилась в своего собеседника самым милостивым взглядом:

– Прошу тебя, отведи меня в купальню, дай мне вновь почувствовать себя человеком.

Мужчина выдохнул, напрягая свои ноздри, что-то обдумал. После, вернулся к шкафу, и достал оттуда кувшин с водой на верхней полке. Налил в стакан, поднёс узнице.

Королева, не отворачивая своего взгляда от глаз барона сделала жадный глоток. Затем схватила его за край куртки и потянула на себя.

– Ты ведь хочешь вновь увидеть меня доброй?

Дапалрат усердно перебирал в мыслях, что заставило девушку так сильно поменяться. Она нынешняя, разительно отличалась, от себя прошлой. Он задумчиво прищёлкнул пальцами.

– Я не глупая… – грустно сказала она, – позволь мне быть доброй.

Говорят, девушки умеют разговаривать глазами. Подобно хорошему актёру, они могут вызвать внутри мужчины жалость и восхищение. Умело играя на мужском достоинстве и мальчишеской гордости. Предубеждая влечение и страсть, защиту и покорность. Схожее чувство в её глазах больно ущипнуло и его.

Если бы не его влюблённость в эту девушку, подобный фокус возможно не сработал на его меркантильной натуре. Однако, всё было совсем наоборот. Если добавить его утомлённое терпение, результат не заставил себя ждать.

– Я постараюсь всё устроить.

Она протянула свою ладонь и ласково притронулась к его пухлой щеке.

В этот раз, её взгляд был совсем другим, но не менее сильным, её милая улыбка, взгляд полный доверия. Перед которым ни один мужчина не устоит.

Стоит ли удивляться тому, с какой щепетильностью мужчина выполнил просьбу? Как только Руэс покинул зенит, Дапалрат явился в темницу, в сопровождении четырёх человек в балахонах, на головы которых были накинуты синие капюшоны. Король Рандонара подошёл к решетке, всунул ключ, но провернуть его не смог. Замок был сломан, а дверь открыта. Он с прищуром посмотрел на удивлённое лицо Лиссианы, но смолчал.

Некоторое время они так и смотрели друг на друга, но затем Оттер улыбнулся, сделал вид проворачиваемого по кругу ключа, подалбливая им стенки замка и открыл дверь.

– Прошу тебя, одень это, – протянул балахон идентичный тем, что были надеты на его сопровождающих.

Большую часть пути они шли молча. Лиссиана довольствовалась свежим ночным воздухом, о котором она так мечтала, и смотрела на звёздное небо.

– Как же давно я его не видела? – сама у себя спросила шепотом. – Они отобрали у меня всё!

– Что говоришь? – спросил барон.

– А-а? Нет, ничего! Мысли вслух. Небо мне кажется, стало красивее, с тех самых пор как я оказалась погребённой во тьме казематов.

– Тебе кажется, дорогая моя. Разве что погода нас радует. Ни единого облачка.

Оттер посмотрел вверх, затем огляделся на Лиссиану, высматривая эмоции на лице.

– Погода? – на мгновение задумалась, – может, ты и прав.

Вскоре, шестеро достигли дворцовых бань, что находились на первом этаже замка. Дапалрат предусмотрительно оставил своих подчинённых за дверью, а сам вместе с девушкой зашёл внутрь. В лицо сразу ударил тёплый воздух, ароматы цветов и запах вкусных блюд.

– Я приказал накрыть пышный стол. Сегодня можешь довольствоваться всеми изысками, которые пожелаешь.

Слуги, копошащиеся над приготовлениями понурив головы, выбежали. Остались только две смуглые девушки, в накинутых простынях.

– Ты очень добр ко мне, – произнесла Лисси, вскользь притронувшись ладонью к его локтю. – Я только заметила: в замке стало безлюдно. Нам никто не попался на пути.

– Я об этом позаботился. Здесь только наиближайшие слуги.

– Понятно, – она скинула капюшон, плечи халата скатились с её тощих, похудевших рук.

– Ты так и останешься наблюдать?

– Прошу меня простить, с вами останутся слуги. На этом я вас покидаю, – неохотно отводя взгляд бросил барон.

– Оттер… останься. Я слишком долго была одна в заточении. Мне не хватает общения. Желательно с теми, кого я знаю. А с ними, мне будет сложно найти общий язык. Зная тебя, они не проронят ни слова. – Она слегка изогнутой чёрточкой губ посмотрела из-за спины.

– Пожалуй, я должен убедиться лично, что с вами будет всё в порядке… – подобного он не ожидал. Сглотнув внезапно ставший ком в горле, из-за чего его ответ звучал не твёрдо.

Бывший барон щёлкнул пальцами и махнул головой оставшимся слугам, приказал покинуть купальню.

– Как поживает твоя жена? – спросила королева, до конца скидывая с себя тряпки вслед за балахоном, оставляя худое, грязное тело обнажённым.

– Боюсь, что она не смогла пережить те ужасы, что пришли в наш дом. Вскоре после нападения на Горанд, Уллария покончила с собой.

– Какой ужас… – толика наигранности затесалась в голосе девушки, и в который раз это смог заметить Дапалрат.

Взамен, весьма понятной злости и ненависти, она вела себя совершенно по-другому. Так, словно они были близкими друзьями с самого, и ничего пред рассудительного между ними никогда и ничего не было. Данный факт, заставлял его нервничать.

– Мой муж и сын тоже мертвы, – Лиссиана склонила голову останавливаясь перед широкой гранитной ванной.

Барон не совсем понял, спрашивала ли она, или утверждала. Его взгляд зацепился на наливном синяке на пояснице. Затем пришло воспоминание, о небольшой луже возле камеры, и открытой решётке. По всей видимости она смогла отворить калитку, но магическая печать на двери в саму комнату остановила девушку. И тогда она решила попробовать выбраться из темницы другим способом.

Словно прочитав его мысли, королева закинула сначала одну ногу в ванную, затем вторую, и погрузилась в обжигающую кожу водицу.

– Я уже говорила, у меня было достаточно времени, чтобы подумать о многом, – окунула голову в воду, пригладила свои волосы, аккуратно положила их через плечо. – Как же хорошо…

Девушка, словно намеренно играла с ним. То, не договаривала, то, лукавила. Будто, старалась вывести его из себя.

Дапалрат молчал. Стараясь не сболтнуть лишнего, предоставляя право голоса своей узнице.

– Я кое-что поняла, – простецки сказала девушка, натирая себя мочалкой.

– И что же?

– Ты… не хочешь, ко мне присоединится?

От услышанного барон едва не подпрыгнул. Скосил голову на бок, и пристально всмотрелся на Лиссиану, мирно натирающую себя тёплой пеной и мылом.

– Ты, у-у-уверенна? – заикаясь, спросил бывший барон.

– Мы с детства с тобой знакомы. Я помню, как заглядывался на меня, и всё время пытался с нами играть. Но твой отец это запрещал. Он приходил в ярость от того, что ты игрался с людьми низких сословий. И всё же, тебя это не останавливало. Ты раз за разом, вопреки своему отцу, приходил к нам. Это ведь было, потому что ты хотел меня видеть? Я права?

– Верно, – чувствуя, как становиться душно, ответил Оттер.

Лиссиана улыбчиво повернулась, поманила указательным пальчиком. Полного телосложения мужчина, откидывая пуговицу на воротнике двумя пальцами расправил свою куртку.

Молнией проскользнула мысль, что в таком возрасте она по-прежнему привлекательна и весьма хороша собой. Словно и не стареет. Мысленно отмахнулся, быстро собираясь с самим собой, стараясь держать голову трезвой.

– Не думаю, что это будет хорошая идея.

– Как хочешь. Может такого момента и не быть больше, – она занырнула в ванную, чтобы спустя мгновение-другое, вынырнуть с блаженствующим выдохом. – Так, где я там остановилась?

Лиссиана провела подушечками пальцев по губам, задумчиво поглядывая в потолок.

– О детстве, – подсказал мужчина.

– Ах-х-х. Да-да. Точно! О том, как я размышляла, сидя в темнице. Ты не мог бы сесть рядом, вместе с той аппетитной курочкой, – Указала на жареную курицу с картошкой, стоявшую на столе, посреди прочих блюд.