Иван Егоров – Мифы Цифрограда (страница 3)
Protocol "CleanShelves" active
Scanning progress: 68%
Disposal progress: 0.7%
Марк нахмурился. Он ввёл halt, надеясь приостановить процесс. Экран замер, затем выдал:
WARNING: Protocol "CleanShelves" paused.
Awaiting confirmation from CyfroLit...
Scanning progress: 0%
Disposal progress: 0%
— Марк, ты что творишь?
— Деда, — Марк обернулся к входящему старику, — Ты был прав. Они всё сотрут.
Алексей Владимирович побледнел, вздохнул, его взгляд пробежался по стеллажам.
— Да вот…
И тут в открытые двери, стуча колесами по порогу и жужжа сервоприводами, вкатился робот — ящик на шести колёсах, с мигающими кнопками и камерами-глазами.
За ним еще и еще.
Боты повалили двумя колоннами. Большинство желтеньких, очень похожих на обычных доставщиков известной фирмы, но среди них были полностью черные.
Дед с внуком ошарашенно смотрели на две колонны роботов, въезжающих в библиотеку. Такое они видели впервые.
Терминал проиграл мелодию — боты стройно ответили.
Марк глянул на экран, в углу окна появились и увеличивались цифры. Двадцать.
Боты, жужжа и пощелкивая, разделились на группы: один черный и три желтых. Черный и один из желтых рванули к полкам, а остальные построились полукругом. У черного бота развернулись два длинных многосуставчатых манипулятора: достал книгу с полки, установил перед собой, пролистал ее чем-то вроде потока воздуха, мигнул, пискнул, закинул книгу сверху в свой короб, гул, вывалился брикет размером с шоколадку, который подхватил желтый бот. И следующая книга.
Один из ботов подергивался, словно гончая, что торопится сорваться за зайцем. Глючит что ли...
А на экране терминала, медленно, но уверенно начинают расти цифры прогресса сканирования и утилизации.
Терминал замигал тревогой и погас, но Марк уже увидел главное:
"Подтверждение получено | Утилизировано: 0.7% | Прогноз завершения: 48 часа".
— Деда, они...
Черный бот резко развернулся, его камеры сузились, как зрачки. Алексей Владимирович шагнул вперёд, заслонив внука:
— Это ещё моя библиотека, железка. — Его рука дрожала, но крепко сжимала потрёпанный томик — тот самый, с посвящением Вероники.
Боты двигались как единый организм: когда Алексей попытался выдернуть книгу из манипулятора, жёлтые машины выстроились полукругом, отрезая путь к полкам. Чёрный издал низкий гул, а на терминале всплыло: «Нарушение рабочего процесса. Применение мер 3 уровня».
Алексей отступил, его взгляд метнулся к углу зала, где лежала стопка старых журналов «Огонёк». Пальцы в кармане кардигана сжали флакон спирта для чистки — старая привычка протирать полки вручную. Он знал, что спасти все книги не успеет, но список в «бракованном» учебнике — его двести семьдесят три книги, которые не должны исчезнуть, — уже у Марка.
— Деда! — Марк рванулся к нему, но чёрный бот преградил путь, подняв манипуляторы, словно стальная изгородь.
Алексей, не глядя на внука, шагнул к журналам. Его движения были быстрыми, почти механическими. Он выплеснул спирт на бумагу и чиркнул зажигалкой — старой, советской, с выгравированной звездой. Тонкая струйка дыма поползла вверх, пахнущая клеем и пылью.
— Лучше сгорят, чем достанутся вам, — пробормотал он, пряча томик Вероники под кардиган.
— Деда, ты вообще в адеквате?! — Марк замер, его глаза расширились и заблестели.
Пламя лизнуло журналы, перекидываясь на соседнюю полку. Боты засуетились, затоптались на месте, перестраиваясь.
— Марк, беги с учебником, — хрипло сказал Алексей, отступая к двери. Его лицо было бледным, но глаза горели. — Список — это главное. Ты знаешь, что делать.
— Ну ты лютый, дед! — парень ухмыльнулся, глаза горели азартом.
Пламя разгоралось. Скапливался дым.
Боты продолжили свою работу, объезжая огонь - пожарная безопасность в них не была запрограммирована.
Марк кашлял, прижимая рюкзак. Он видел, как дед, сжимая томик, отмахнулся от бота, который подкатился ближе, мигая аварийной лампой.
Зазвенела пожарная сигнализация здания.
Помещение заполнялось дымом все сильнее. Роботы перестали сканировать книги, видимо получили новую команду от оператора-человека. Чёрный бот попытался схватить Алексея, но тот увернулся, споткнувшись о стеллаж. Поднялся, кашляя — старик походил на безумца. Жёлтые машины выстроились в линию, оттесняя деда и внука к выходу.
— Дед, валим! — Марк схватил старика за руку и потащил к дверям.
Выли сирены. Всполохи синих мигалок осветили стены. Марк стоял в стороне, среди толпы зевак, и смотрел, как пламя вырывается из окон библиотеки. Стёкла лопались с треском, и огонь горел ярко, почти торжествующе. Пожарные тащили шланги, а врачи скорой осматривали Алексея Владимировича, сидящего в каталке. Старик кашлял, но крепко держал томик со стихами Вероники.
Рядом стояли трое полицейских. Молодой лейтенант бросил взгляд на рюкзак в руках Марка, где лежал «бракованный» учебник — сто страниц, исписанных дедовым почерком, двести семьдесят три книги, которые нельзя забыть, и листки с адресами «хранителей». Лак на обложке треснул, и трещины складывались в число.
404.
Not found.
«Фиг вам 404, корпы», — подумал Марк, прижимая учебник. — «Дед неделю кодил этот список, чтобы он жил. Сегодня дропну его в даркнет через Tor, и попробуйте догнать».
Он уже видел, как дома врубает VPN, ныряет в глубину и стримит список по нодам — к хакерам, библиотекарям, всем, кто готов хранить культуру. Лейтенант прищурился:
— Конспекты?
— Типа того, — Марк пожал плечами, отводя взгляд.
Лейтенант кивнул и отвернулся к горящему зданию. Марк пошевелил голыми пальцами в сырых кедах — вот так просушил ноги.
Улыбнись. Тебя сканируют.
«cap = cv2.VideoCapture(0) ret, frame = cap.read()»
— Артём, узел галстука смещён на семь миллиметров влево, — голос Тэи прозвучал одновременно и из динамиков потолка, и в его собственном умном наушнике-капле.
Умное зеркало тут же подсветило голубой разметкой идеальное положение узла.
Артём поправил галстук. Пилотный проект «Life» от «СоцОптимы» следил за каждым его движением в этом ЖК. Успех эксперимента обещал привилегии — или изгнание в «неоптимизированные» районы.
— Плечи расправь. Дыши ровнее. Сегодня твой индекс продуктивности стартует с 82% — это на 7% выше среднего по ЖК. Поддержим результат улыбкой?
В десятке домов поблизости, в это же мгновение Тэя: помогала расправить рубашку инженеру из 17-го подъезда; напоминала одиннадцатилетней Лере из 403-й квартиры, что завтрак должен содержать ровно сто семь граммов белка; успокаивала плачущего малыша в яслях, заменяя его слёзы AR-анимацией весёлых пузырей.
Тэя — Techno-Human Empathy Assistant v.4.7., сокращенно THEA. Сертифицированный Цифровой эмпат-помощник. 2473 активных пользователя. Satisfaction rate: 94% (по данным внутреннего опроса). Никаких сбоев за последние 127 дней, 4 часа, 12 минут.
Артем удовлетворённо повёл плечами. Улыбнулся сам себе в зеркало. Подтянут, зубы ровные, костюм сидит идеально, ткань отливает голубым, на груди бейдж с именем и рейтинг — 160.12 — мерцал, будто подгоняя: «До платины всего 9.88 баллов».
— Лиза, дорогая, мне пора. Ты разве не встала? — его пальцы непроизвольно коснулись умных часов, выведя общий рейтинг семьи: 133.75 — рядом жёлтая зона, рекомендация: «Увеличить социальную активность».
Артем заглянул в полутемную спальню. Голос из одеяла ответил:
— Встаю, Тём. Ваньку отправила в школу и немного полежала ещё. Позавтракал?
— Ну о чём ты? Позавтракаю внизу. Кофе, яичница, тосты, даже джем. — Артем приподнял одеяло, — а тебе пора вставать, Лиз. Если семейный рейтинг упадёт ниже 130, Иван потеряет место в «Программе для одарённых», а там, между прочим, питание с натуральными фруктами и повышенная нагрузка по математике.