Иван Афанасьев – Тринадцать с половиной шагов (страница 3)

Борис Федорович

– Меня зовут Борис Федорович. Мне 62 года, доктор химических наук, профессор, преподаю. Сейчас я буду долго говорить, а вы не перебивайте, пожалуйста. Просто слушайте. Перебьете – я потеряю нить и могу уже ее никогда не отыскать. Говорить об этом сложно, но сказать надо. Монолог будет сбивчивым, предупреждаю. Никакой философии в нем вы не увидите, там будет одна сплошная голая трагедия моей жизни.

Утро мое началось с ежедневного ритуала, с порнографии, но не извращённой, вы не подумайте. В этом плане мне близка классика. Один мужчина, одна женщина, и они вместе любят друг друга до изнеможения.

Если я с утра не прибегну к этому традиционному для себя ритуалу, то начну мысленно раздевать всех встречных женщин прямо с порога. В метро буду искать самые переполненные вагоны, чтобы потереться там о дам. Несколько раз из-за этого был на волосок от избиения. Поэтому сменил тактику. Потерся – потерялся в новой точке, где опять ищу, о кого потереться. Но это уже совсем другая история.

Так вот, чтобы не навлекать на себя беды с самого утра, и нужен этот ежедневный ритуал. «Разрядился» перед самым выходом и час времени можешь спокойно просто любоваться дамами, прекрасными и не очень. Живу я сам, поэтому могу себе легко позволить порнографию по утрам.

Значит, позавчера доехал я в университет без происшествий – на сорок минут меня хватило. Лишь в самом конце кое-кого раздел глазами и стал представлять всякое.

Началась пара, а у меня третьекурсники. Знали бы вы, какие там девушки. Красавицами их назвать нельзя, но большинство совершенно в моем вкусе. В том самом пошлом вкусе.

Видите ли, эта напасть превращает меня моментами в совершенно низкого человека. В насекомое, самое отвратительное, которое только можно встретить. Весь загораюсь, фантазия бушует и толкает на бездумные, похотливые и опасные для репутации и карьеры шаги.

Пробовал ходить к путанам, не помогло. У меня сразу вся похоть куда-то из штанов улетучивалась. Давно понял, что меня возбуждает все запретное. А проститутки у нас сегодня сродни полуофициальному сервису. Заплатил – получил. Никаких грязных фантазий и больных мечтаний ночные бабочки мне подарить не могли.

Так вот, сижу я на этой самой первой паре и уже не могу. Среди студенток у одной девушки, которая совершенно в моем вкусе, проблемы с успеваемостью были такие, что могли привести и до отчисления. Кое-как дотерпел до конца пары и попросил ее остаться для разговора. Когда все вышли, предложил присесть, а стул перед этим специально придвинул к себе на безобразно интимное расстояние.

Студентка оказалась девушкой бойкой, глаза у нее всегда были дерзкими, а в этот раз еще с каким-то вызовом смотрели. Я даже на несколько секунд растерялся. Смалодушничал. Глазенки свои пошлые в сторону убрал, так она на меня посмотрела.

А потом кое-как выдавил из себя, мол, Ирина, у вас большие проблемы, нужно что-то делать, как-то решать вопрос. Студентка смотрела на меня, не мигая, прямо в глаза, в душу глядела. На лице ее в этот момент появилась какая-то едва заметная усмешка. Я продолжал запугивать, а потом намекнул, что могу помочь, но от нее тоже нужны определенные шаги.

Ирина продолжила сверлить меня своим взглядом, в котором вдруг явно высветился расчет, смешанный с презрением и цинизмом. Я замолчал, а она ошарашила: «Вы мне предлагаете зачеты и экзамены через постель сдавать?»

Я аж подавился от такой неожиданности. Закашлялся, начал дрожащей рукой в стакан воду наливать, половину расплескал. Ирина снисходительно улыбнулась: «А что на это скажет ваша жена?» Ответил, что трижды разведен, сейчас холост и совершенно никаких обязательств перед дамами не имею.

Потом она начала расспрашивать про мое финансовое положение. Наличие квартиры в престижном жилом комплексе, машина, сбережения – всю информацию выудила. Я как под гипнозом находился. Не таким сильным, как у вас ко мне применили, но все же под гипнозом. Выложил ей много лишнего, как наивный дурачок.

Ирина, по-видимому, удовлетворилась такими развернутыми и подробными ответами, придвинула свой стул так, чтобы ее нога касалась моей, рукой погладила там, где у меня под брюками прятался… Ну вы поняли. Я только в мыслях и в действиях пошлый, на словах же не могу…

Значит, проделала она все эти манипуляции и говорит: «Трахаться с вами я должна в каком-то официальном статусе. Вам же самим будет лучше. А так получится, что совращаете своих студенток. Сначала похожу в содержанках, а потом жениться придется. В этом случае с работой тоже проблемы будут, но ее всегда можно поменять. Зато репутация не так сильно пострадает. Согласны?»

Я сидел и кивал, как дурак. Говорю же, словно под гипнозом находился. Потом она встала, засунула руку под юбку, сняла трусики, бросила их мне в лицо и сказала, что вечером будет продолжение. Оставила свой номер и попросила прислать адрес. Условились на девять вечера. Ирина упорхнула, пошло и наигранно виляя задом. Специально для меня так сделала.

А я продолжил сидеть, кажется, с открытым ртом. Потом опомнился и спрятал трусики в карман пиджака. Работать в этот день больше не оставалось никаких сил. Отменил три пары по причине недомогания и уехал домой.

Меня мучили большие терзания, буквально разрывали. Того, кто сидит сейчас перед вами, нельзя назвать подлым человеком. По крайней мере, никто так не называл.

С одной стороны меня шокировала такая циничная прямота двадцатилетней девушки, а с другой – уничтожало понимание того, что подобные мне извращенцы, похотливые животные, сладострастники делают из таких девочек расчетливых шлюх.

Не было бы спроса, не осталось бы и предложения. А спрос в наше время на подобную грязь только лишь растет. Поэтому и такие девочки тут как тут в любых нужных «рынку» количествах.

Мне было сложно ждать. Маялся страшно и от похоти, и от тянущегося куда-то не в ту сторону времени. Даже выпил коньяка, но после этого еще и тревога появилась. Вот же старый извращенец, в какую пропасть ты летишь и тянешь за собой ту, которая только начинает жить.

Не выдержал, взял дрожащими руками телефон. Решил ей написать, что все отменяется. Долго печатал, а потом стирал. Печатал и стирал. Не мог подобрать слов для такой простой фразы. Откладывал телефон и снова брал. Страшно потел от таких переживаний. В итоге все же решился. Написал: «Ирина, извините, сегодня не смогу». Потом быстро отложил телефон на столик экраном вниз. Так быстро, будто он сейчас взорвется.

Примерно через пять минут зазвучало оповещение. Видели бы вы, как я вздрогнул. Меня кинуло в жар. Еще две или три минуты не решался взять телефон, но поборол собственное малодушие. Схватил и ошалел. Она прислала мне свою голую грудь с подписью: «Жаль. Многое теряете. Ладно, тогда побалуйтесь пока этим, а мне пришлите тоже что-то интересное и интимное, чем смогу себя побаловать».

Там была такая грудь! Кому-то она могла бы показаться неидеальной или даже не очень красивой, но эта грудь была совершенно в моем вкусе, как и вся Ирина.

Я еще минут пять сидел и смотрел на фотографию. Потом отправил ей сообщение, в котором благодарил и спрашивал, что именно ей прислать? Снова отбросил телефон. На этот раз ответное сообщение пришло через секунд сорок. Читаю: «Что, что, член». Ох же ты маленькая похотливая…

Тут старый дурак совсем потерял голову. Час мучился, фотографировал, удалял, выпил еще коньяка, тревога только усилилась. Появилось какое-то нехорошее предчувствие, но нарастающая похоть не дала ему оказать на меня решающего влияния. А толкнуло меня на следующий идиотский шаг еще одно сообщение от нее: «Я лежу голая и жду твоего члена».

Сфотографировал, выбрал ту фотографию, которая получше, и отправил. Потом засомневался, что это лучший снимок. Картинка мне резко разонравилась, поэтому отправил еще два варианта. В ответ – тишина. Прошел час – тишина. И вот этот старый придурок, который сейчас сидит перед вами, представляете, что сделал? Написал Ирине: «Такой подойдет?», но опять наткнулся на полное игнорирование.

Вдруг зазвонил телефон, мой стресс в этот момент забрался на такой уровень, словно сейчас помру от страха. Номер – неизвестный. Ответил. Раздался незнакомый, явно измененный мужской голос, который объяснил всю тяжесть теперешнего моего положения. У звонившего были доказательства, что я отправляю студенткам свой… своего «дружка» и грязно пристаю на парах.

Тогда только я понял, что меня развели и теперь шантажировали. Они просили три миллиона рублей единовременно или по 300 тысяч ежемесячно в течение полутора лет.

Я согласился платить ежемесячно и отправил 300 тысяч, потом выпил от стресса больше полбутылки коньяка, признался себе, что нахожусь на дне, и самостоятельно не смогу выбраться. Нашел в интернете вас. Увидел огромное количество положительных отзывов и обратился за помощью. Что было дальше, вы знаете.

Я полностью согласен с вашими методами работы, меня не пугает, что совершенно не помню вчерашнего дня. Готов пойти на все лишь бы избавиться от своей зависимости.

– А теперь самое главное, – раздался голос, похожий на голос известного ведущего. – Кем вы себя признаете?

– Я сексоголик и совершенно не в силах сам справиться с этой напастью.