Иван Афанасьев – Тринадцать с половиной шагов (страница 2)
– Ничего я не буду принимать! – он с трудом дошел до кровати и буквально грохнулся на нее.
– Вынужден на время вас покинуть, меня ждут другие участники. Через час я обязательно вернусь и расскажу про очень простой и одновременно сложный шаг, который позволит вам выйти из этой комнаты к остальным.
Анна
– Я тебя не пойму, – подруга Катя прильнула к трубочке, которая торчала из стакана с латте, ее губы уточкой сделали несколько едва заметных движений. – Ты красивая, умная, стильная, добрая. Что ты с ним до сих пор живешь?
– Мне кажется, что я без него не смогу, – Анна смотрела куда-то в стол, за которым они сидели, и старалась не пересекаться с подругой взглядом.
– Он же тебя не только не уважает, но и бьет!
– Это было всего три раза. И то – давно уже.
– Мне ты можешь врать, но себе не ври. Три месяца назад в солнцезащитных очках ходила, потому что «не заметила в темноте открытую дверцу шкафа». Он же тебя натурально избивает. Его посадить надо!
– Он уже исправился и все понял. Да и я там тоже была виновата…
– Что ты несешь? Почему ты шьешь себе вину там, где ее нет? – перебила Катя. – Вы живете в твоей квартире, фактически на твои деньги. Сколько он уже работу ищет? Три месяца?
– Почти полгода, – произнеся это, Анна почувствовала, что ей стыдно, но не за него, а за себя. Накрыло какое-то сильнейшее чувство стыда, поэтому она еще больше потупилась в стол и всячески старалась не пересекаться с подругой взглядом. Щеки покраснели.
– Вот! Полгода ищет работу. Он же не топ-менеджер, а обычный линейный клерк. Сидит на чужой шее и еще унижает тебя, а потом бьет. Как можно так себя не любить? Или ты его боишься?
– Ты чего… Нет, конечно, – Анна пыталась возражать, но выглядела категорически неубедительно. – У нас уже давно все хорошо. Давай сменим тему, пожалуйста, или я пойду сейчас домой.
– Обратись к ментам, я тебе это уже сто раз советовала…
– Зачем?
– Пусть выселяют его, а следователи дело возбудят за побои… – Катя запнулась, будто вспомнила что-то важное. – Только не говори, что ты его прописала?
– Еще год назад, как только съехались, – извиняющимся тоном ответила Анна. – У него там какие-то проблемы были. Попросил помочь, чтобы на работу хорошую устроиться…
– Дура, ты Анька!
– Катя, прекращай. Я сейчас действительно обижусь и уйду, – казалось, что Анна набирается храбрости для какого-то решительного ответа. – Вот ты сама… Ты, например…
– Что я?
– Ты одна…
– Одна, потому что с козлами жить не могу, – в глазах Кати отразились одновременно обида и вызов. Опытный наблюдатель сразу бы понял, что ее задели за очень больное. – Ты предлагаешь мне тоже раз в месяц ходить в темных очках. Особенно забавно это смотрится в декабре, когда на весь месяц несколько солнечных часов, – Катя ответила так громко, что на них обернулись несколько человек, сидящих за соседними столиками фудкорта.
– Слушай, ты извини, но я пойду, – Анна встала и взяла со спинки стула свой легкий бирюзовый плащ. – Я думала, что мы посидим и по душам поговорим, а вместо разговора у нас получается… Не хочу… А то еще поссоримся.
В этот момент ее смартфон просигнализировал о входящем сообщении.
– Что? Потерял тебя уже? А ведь мы даже сорока минут не посидели, – Катя явно обиделась.
– Это не он, – соврала Анна, потому что сообщение: «Ты где? Купи пива и пожрать чего-то», пришло от Васи.
– Сделаю вид, что поверила, – ухмыльнулась подруга. – Ну что, пошли, раз собралась. Месяц договаривались о встрече, чтобы посидеть полчаса и чуть не разругаться из-за какого-то козла.
– Катя, помолчи пожалуйста, – в этот раз обиделась уже Анна.
Они вышли из переполненного в этот пятничный вечер торгового центра и нехотя обнялись. Каждая затаила и пошла в свою сторону.
Когда Анна пришла домой, Вася традиционно не встретил ее и не помог отнести в кухню сумку с продуктами. Из комнаты лишь донесся его злой вопрос:
– Приперлась?
А потом второй:
– Где шлялась?
– Я же тебе говорила, что на час после работы пересекусь с Катей, – Анна зашла в комнату. Ее молодой человек, которому в этом году должно было исполниться тридцать пять лет, сидел в кресле и смотрел в экран своего телефона. По телевизору шел футбол. На подлокотнике стояла банка пива.
Анна, которой в этом году должно было исполниться тридцать лет, почувствовала настрой Васи, еще даже не открыв входную дверь в свою «двушку». Это феноменальное чутье девушку никогда не подводило. Возможно, потому что в ней в такие моменты было что-то от испуганного животного, которое чует опасность там, где ее не распознает человек.
Она поцеловала его в щеку. Вася брезгливо сморщился и даже как-то раздраженно отмахнулся. Анна, сама того не желая, нечаянно заглянула в его телефон, экран которого во время отмашки открылся для ее глаз. Вася переписывался с какой-то блондинкой. Внимание зацепилось за фразы «завтра приеду» и «чем занята», а еще задержалось на нескольких сердечках.
– А это кто? – робко спросила Анна, хорошо чувствуя Васин настрой на скандал.
– По работе, – Вася быстро отключил экран.
– Ты на работу устроился?
– Пока нет. В процессе… – глаза его забегали, но раздражение никуда не ушло, оно только нарастало. – Слушай, я жрать хочу, ты кормить будешь или мне к соседке какой-нибудь заскочить на ужин?
Анна ничего не сказала и пошла на кухню, не переодеваясь. Она как-то поникла, немного сгорбилась, усталое лицо на несколько секунд выразило что-то вроде неприкаянной грусти. Но потом девушка нашла какие-то силы и отогнала прочь все дурное, оставив себе только вечер пятницы.
В момент, когда Анна закрыла крышкой кастрюлю, куда только что высыпала спагетти, крепкая рука с какой-то животной жестокостью схватила ее за волосы и потянула назад. Девушка не устояла на ногах и практически упала, но рука, продолжавшая держать волосы, не дала этого сделать.
– С кем, сука, мне изменяла? – Вася уже тащил ее по полу, не отпуская волос. Он был даже не коренастым, а здоровым «теленком». Широкие плечи, мышцы, накачанные в дорогом фитнес-клубе, абонемент в который Анна ему подарила, массивная шея, кривые и мощные ноги.
– Вася, прекрати! Я с Катей была после работы. Можешь у нее спросить, – жертва знала, что эти объяснения не помогут. Вася сейчас будет ее бить.
– У этой проститутки! Шалавы две! Говори честно, еще один шанс даю, – последнюю фразу он произнес тихо с шипением, которое она хорошо знала. Это шипение означало, что процесс уже не остановить, процесс на финишной прямой. – С кем трахалась?
– Ни с кем я не… – Анна не успела договорить, потому что получила пощечину, по своей силе похожую на затрещину. В какой-то миг перед глазами даже появились частицы золотой пыльцы.
– Шалава! – вместе с оскорблением прилетела вторая затрещина. Потом третья.
Дальше последовало еще три «шалавы» и столько же затрещин. Вася сначала тяжело дышал над ней, а потом пошел на кухню и взял телефон своей рабыни. Пароль он знал. Несколько минут копался. Ничего не нашел и зашвырнул телефон в угол комнаты. Еще больше разозлился.
Анна, которую охватила истерика, уже вставала. Из рассеченной губы капала кровь, у правого глаза расползалась огромная фиолетовая гематома. Вася не дал ей встать, а повалил на диван и начал душить.
– Шалава, ты у меня сейчас сдохнешь прямо тут!
Анна начала терять сознание и, кажется, даже потеряла, потому что очнулась от удара по щеке. Над ней нависло искаженное от злости и страха лицо Васи.
– Ты мне тут сдохнуть решила? Я за тебя сидеть не собираюсь! Если кому скажешь – убью! И я это тебе серьезно говорю, – он поднялся, схватил свой телефон, вышел в коридор, а через пару минут хлопнула входная дверь.
Вот в этот самый момент в Анне что-то сломалось. Она превратилась в ту бесприютную грусть, которую старалась раньше сразу отгонять. Девушка долго плакала, потом хотела что-то с собой сделать, судорожно и нервно перебирала в голове разные способы. Жить определенно не хотелось. Хорошо, что эмоции схлынули, не успев привести к глупости, которой не стоила та тварь, что над ней издевалась.
Анна позвонила Кате и попросила приехать, рассказав о случившемся. После этого разговора она поняла, что слез больше не осталось, осталась только страшная пустота.
Удивительно, как позавчерашний день впился в ее память всеми этими ужасными деталями. А вот день вчерашний девушка совершенно не помнила.
Сейчас она сидела на кровати в этой маленькой комнатке. Только что голосом какого-то известного певца Степан рассказал ей кое-какие подробности об этом месте и о курсе, который предлагалось пройти. Анна восприняла все как-то буднично. Она даже была рада вот так вот исчезнуть, пусть и на время.
Степан обещал вернуться и рассказать про один из тринадцати с половиной шагов, которые необходимо сделать. Девушка заставила себя пойти в ванную комнату и посмотреть в зеркало.
Черные волосы, большие черные глаза, маленький аккуратный нос, натуральные пухлые губы, одна из которых раздулась после удара Васи. И эта ужасная гематома.
У зеркала лежала косметичка, где она нашла тональный крем. Через несколько секунд гематома начала понемногу тускнеть, прячась под искусно накладываемой «штукатуркой».
Анна не понимала только одного: от какой зависимости ее здесь собираются избавлять? Алкоголь, сигареты и тем более наркотики девушку никогда не интересовали.