Иван Афанасьев – Бойня за ресурс (страница 3)

— Никто у нас ничего не отжал. Завтра все выясним, — отец не был уверен в своих словах, но не мог ответить по-другому. — Круглосуточный пункт рядом с домом. Выйдем часа в четыре утра, пойдем пешком, разберемся и до обеда успеем вернуться домой. Вот увидите. Будем защищать свои права.

— Какие права? Ты в каком веке живешь? У нас отбирают даже право сдохнуть дома, — в последний раз встрепенулась жена, а потом уставилась в стену, не обращая внимания на многочисленные вопросы сына и однотипные ответы мужа, которые в основном представляли собой раздражающую многих комбинацию из трех слов: «Я не знаю».

Затем она молча встала, подошла к шкафу и начала собирать вещи, потому что сломалась.

Этой ночью никто из троих практически не спал. Мрачную тишину нарушали только крики ссорящихся соседей. Лишь под утро, впервые за очень долгое время, Денис сам обнял жену, а та не стала упираться.

Так супруги и заснули, чтобы совсем скоро проснуться совершенно разбитыми и обреченными. Пробуждение наступило после крика Даши, которой приснилась боль — такая сильная и живая, что могла любого навсегда оставить в заложниках. А еще во сне мелькала черная изба.

Кошмар, как это часто бывает, почти сразу размылся и совершенно не запомнился, но отложился в подсознании.

Обреченные

Денис первым спустился вниз. Пока ждал, в сотый раз глянул на потрескавшиеся ступени. Те самые, которые капитально отремонтировали несколько месяцев назад.

— Вот уроды, — прошипел он, а потом сообразил, что конкретно эти уроды в его жизни больше не имеют никакого значения. Но ближайшие события обязательно подарят новых, в чем мужчина не сомневался.

Где-то вверху раздалось едва различимое жужжание. Над двором плавно кружил небольшой черный дрон, который тотчас остановился и теперь парил в стороне от подъезда. Беспилотник слегка затрясся и улетел, как только его заметили.

— Что там?

Рядом с синей спортивной сумкой отца упала черная — спустился Влад.

— Где мама? — Денис пропустил вопрос сына, чтобы задать свой.

— Вернулась. Сказала, что не помнит, выключила газ или нет, — подросток щурился на яркое утреннее солнце, которое сумело пробиться через привычный для здешнего неба смог. — Но какой смысл проверять, если у нас отжали квартиру?

— А как же соседи? Если вдруг рванет? — отец взглянул на бледное и вытянутое лицо сына.

— Тоже верно.

Дальше оба не разговаривали, пока в подъезде не послышались шаги. Спустилась Даша.

— Зря возвращалась? — муж попытался улыбнуться, но получилось криво, жалко и неестественно.

— Да, выключила.

— Мне кажется, что за нами следит дрон. Я спустился и сразу его увидел. Беспилотник только что улетел.

— Не факт, что за нами. Дроны сегодня повсюду, — вставил свои пять экспертных копеек Влад и взял сумку.

— Ладно, постояли на дорожку и хватит, — отец последовал примеру сына и закинул сумку на плечо.

Семья в полном составе спустилась со ступенек и без спешки двинулась к пункту сбора. Вскоре над ними вновь появился дрон.

— Я же говорил, что за нами следит беспилотник, — муж указал пальцем вверх.

Подросток поднял голову и пожал плечами. Даша даже не стала обращать внимания. Она сейчас глядела куда-то внутрь себя и ничего там не находила.

Других тем для разговора или даже пустого отвлекающего трепа пока не находилось, что еще больше угнетало. Непривычно светлое небо равнодушно провожало их.

— И что теперь? — не выдержала жена.

— Не знаю, — муж уставился вперед, не удостоив ее взглядом.

— Почему мы никому не можем сказать? Это ведь незаконно?

— Даш…

— Мы должны что-то делать. Мы же имеем хоть какие-то права… на защиту. Нельзя вот так просто идти, как овцы…

— Я пока не знаю, как быть! Денег нет, связей — тоже, — грубо оборвал он. — Правда, пока ничего не понимаю, но мы прорвемся. Поверь… Я постоянно пытаюсь придумать, что делать. Дай немного времени и не беси, пожалуйста.

Женщина замолчала, но ненадолго.

— Ты знаешь хоть одного банкрота? Я вот никого не знаю. Никто не знает. Значит, многие просто без следа исчезают из города, а мы не замечаем. У нас тут везде должники и нищие. Просто никто ни с кем не общается, никто ничего не видит.

Мужчина не ответил.

Влад, который шел впереди в наушниках, слышал их разговор.

— Может, это все фейк, — бросил он через плечо. — Проверка какая-нибудь.

Ответа от родителей не последовало. Они свернули за угол.

— Эй, осторожнее! — крикнул Денис, которого чуть не сбил выбежавший навстречу мужик лет сорока, чье лицо перекосило от страха и зашкаливающего адреналина.

Бегущий даже не извинился. На руке, которой тот усердно махал, висел такой же черный браслет, как и у них. Вдруг мужчина остановился и повернулся.

— Помогите! — завопил он. — Пожалуйста!

Но, не дождавшись ответа и тем более каких-то действий, снова рванул. Из-за угла за ним выскочил человек в черной униформе.

— Стой, сука! Я стреляю!

Из другого переулка прямо перед беглецом вывернул и остановился серый микроавтобус без номеров. Дверь машины была открыта. Оттуда выскочили трое: двое — в униформе, а один — в штатском. Все произошло за несколько секунд. Жертву сбили с ног и начали крутить.

— Помогите! Люди! Вы чего стоите?! — визжал он.

Денис выступил вперед, Даша попыталась его удержать, но бесполезно. Из микроавтобуса вылез еще один сотрудник в серой униформе и нацелил на него пистолет.

— Пошел назад! Считаю до трех и стреляю.

Банкрот в нерешительности остановился, почувствовав, как загудели виски, как сердце начало колошматить, как злость разгоняла по телу сильную дрожь.

— Денис, успокойся, я прошу! — крикнула жена.

— Батя, иди сюда! — закричал обычно спокойный сын.

Отец поднял руки и медленно вернулся к своим. Неудачливого беглеца бодро и зло заталкивали в салон. Жертва обреченно сопротивлялась и дико кричала, как свинья, которую связали и хотят опалить:

— Помогите! Там людей целыми поездами увозят! Помогите! За вами тоже придут, и никто вам не поможет!

Схваченному отвесили несколько ударов в живот и запихнули в микроавтобус. Дверь закрылась, и машина, свистя шинами, уехала.

Даша стояла, вцепившись в сумку, как во что-то спасительное. Дениса продолжало трясти. Мужчина прокручивал эту ситуацию у себя в голове и все больше ненавидел собственную беспомощность.

— Беспредел, — Влад обернулся на него. — Ты еще веришь, что в этом пункте будет как-то по-другому? Зачем мы сами туда идем?

— Ты видел, что с людьми делают? — отец повысил на него голос. — Сбежим — повяжут, как этого бедолагу. Мы у них как на ладошке.

В подтверждение его слов наверху снова появился уже ставший знакомым черный дрон, который теперь летел на более низкой высоте, совершенно не скрывая своей основной миссии.

— За один день мир свихнулся. Какой-то ад. Не было же такого, — Даша отходила от стресса.

— А может, и было, просто мы не знали, — у мужа перед глазами продолжала маячить недавняя сцена. — Пойдемте.

— Нахрен вы меня рожали? — подросток поправил на плече сумку и побрел впереди.

— Наш сын даже с друзьями не попрощался, — задумчиво произнесла женщина.

— Нет у меня друзей, — зло бросил из-за спины сын.

— Как нет? Ты же иногда переписываешься с кем-то…

— Мы просто играем. Я их даже ни разу не видел.

— А в школе?