Ива Лантерн – Невольная студентка (страница 2)
– А как же! Конечно читаю! Как без этого понять вас, женщин…
Несмотря на маленький пушистый размер, странный, почти игрушечный паук имел вполне взрослый мужской тенор. Выбравшись из-под руки, паук пригладил лапками черную шерсть, посмотрел на меня.
– Ну? – лапки скрестились на . – Чего ты так смотришь?
Мимика его… лица… тела… напоминала человеческую. Артикуляция и вовсе совпадала, несмотря на отсутствие губ, как таковых.
– Я точно схожу с ума. – вздохнула я. – Раз уж мне внезапно начали мерещиться пауки, то дело совсем плохо.
– Ну… Во-первых, я не паук, – замечательное уточнение! – Во-вторых, я не мерещусь. – да-да, конечно! – В-третьих, прекрати уже перебивать меня! А в-четвертых…
Он немного помолчал, критически осматрия меня. Похоже, мое унылое лицо не внушило доверия странному существую. Паук вытянул лапку, которая тут же заметно удлинилась, и по-дружески ударил меня в плечо.
– Трин, чего ты раскисла, а?
Несмотря на размер лапки существа, удар ощущался, как от полноценной кошки. Нет, этого просто не могло быть. Не могло, но было. С другой стороны, я же уже обещала себе не удивляться! Так зачем снова начинать?
– Вот и не удивляйся, – смешарик пошатнулся на лапках, как бы кивая мне. – И вообще, Трин, не надо делать вид, что ты ничего не помнишь.
– Чего не помню? – безэмоционально проговорила я, точно прибывая в печальном трансе. Только начала нормально жить, и снова здорова!
– Все ты по-омнишь! – уверенно протянул он, упирая руки в бока. – И кладбище помнишь, и Бьёнда помнишь, и меня…
Помню. Конечно я все помню! Бессмысленно было отрицать очевидное. С учетом того, что этот чудик читает мои мысли. За месяц условного одиночества темноволосый демон стал чем-то вроде моей извечной эротической фантазией на ночь, и не более того.
– Помнить-то помню, но ни черта не понимаю, – вздохнула я, и зачем-то пустилась в объяснения. – Бьёнд являлся тогда, когда мне было особенно тяжело. А сейчас…
И я замолкла. Вот! Важно задавать правильные вопросы! Мои собственные размышления привели меня к ответу. Когда мальчишки уехали, меня завхватило чувство одиночества, и мой мозг пытался это исправить. Наверное, поэтому-то и появился паук. Сидит теперь на моей руке, хлопает глазами. Чтобы мне не грустно было.
– Я одного не пойму, раз мне так уж одиноко, то почему мозг придумал… тебя, – пушистый шар с глазами. – Где красивый молодой демон?
– Сама ты шар с глазами! – возмутился паук, округляя те самые глаза. – Я, вообще-то, тоже демонического происхождения! Часть твоего демона, можно сказать.
Ага-ага, помню-помню, колтун волос Бьёнда. Хотя… может быть, это существо такое маленькое, потому что и проблем у меня теперь мало? Раз мне не требуется особо сильная поддержка и помощь, мозг решил не перетруждаться, создав маленького фамильярчика вместо шикарного парня? А, может, паук появился от того, что у меня уже есть молодой человек. А, может, он и есть Бьёнд! Просто принял другую форму, за ненадобностью…
– Меня вообще-то Никз зовут, – буркнул паук, скрещивая лапки на условной груди и гордо отводя глаза. – И никакой я не «фамильярчик». Я защитник, чтоб ты знала! И, нет, я не Бьёнд. Я, так сказать, его маленькая часть.
В целом, звучит логично. Если логика в принципе применима к данной ситуации. Я вытянула палец и ткнула им в пушистый бок. Никз покачнулся на лапках, недоуменно глядя на меня. Шерсть его была около полутора сантиметров в длину, самое же тельце казалось твердым как ощупь, но не как камешек или дерево, а, скорее, как плотно набитая игрушка. В любом случае, раз уж мой мозг решил, что мне требуется помощник, или, как он сказал, защитник, то смысл противиться? Все веселее, чем одной сидеть. Ох, Трина, и давно ты смирилась с шизофренией?
Хотя… признаться, горечь от потери Бьёнда все еще скреблась внутри. Как бы я не старалась, но перестать воспринимать демона человеком, у меня не выходило. Я продолжала видеть в собственной фантазии личность. Поэтому его спонтанное исчезновение оставалось для меня вопросом, ответ на который хотелось найти. Просто ради собственного самолюбия. Понять, что я сделала не так. Ведь мысль о том, что Бьёнд просто исчез за ненадобностью, никак не укладывалась в голове.
– Скажи, Никз, – попытка – не пытка, – ты знаешь, где сейчас находится Бьёнд?
При произнесении его имени, голос слегка дрогнул, и я тут же сглотнула подступивший к горлу ком. Да почему же мне все еще так… обидно-то?
– Понятия не имею, – паук развел лапками.
Да, так и знала. Что и требовалось доказать.
– Вот тебе и защитник, называется… – я вздохнула, рывком поднимаясь с кровати.
Хватит уже сопли на кулак наматывать. Пора бы заняться своими делами и принять наконец ванну. А то так и замерзнуть недолго. Несмотря на жаркий летний день, в стенах поместья всегда было прохладно. Даже боюсь представить, что творится здесь зимой!
– Трин, стой! – упавший на покрывало Никз растерянно завозился, пытаясь подняться. Да ну тебя. Лежи спокойно… Но стоило мне войти в ванну, как чернушка-переросток уже ждал меня на полочке перед зеркалом. Тоже телепортируется? Что-то незаметно.
– Послушай! – продолжал он, пока я окончательно раздевалась.
Почему-то стеснение покинуло меня. Ощущение неловкости перед мной же придуманным существом не возникало. А перед Бьёндом, вот, возникало… Может, потому, что Никз не выглядит человеком и, соответственно, не воспринимается таковым?
– Я понимаю твои чувства. Но я знаю не больше твоего, – один прыжок, и паучок уже сидит на бортике ванны, в которую я легла несколько секунд назад.
Теплая вода наполняла ванну, постепенно обволакивая мое тело. Мышцы начали расслабляться. Хорошо-то как… Обожаю лежать в ванне!
– Не надо на меня злиться! Я не вру тебе, правда! – сказал паук, и замялся. – Я как бы… Я знаю то, что знаешь ты. Не больше, не меньше.
Конечно, ты знаешь то же, что и я. Ты же родом из моей головы! Я лениво вытянула ногу, открывая посильнее кран с горячей водой. Люблю кипяток.
– Получается, ты – отражение меня, а не Бьёнда.
– Ну… – Никз почесал щеку. Или пузо. Что это у него, я не знаю. – Не совсем так. Я, как бы, являюсь частью Бьёнда, но при этом имею доступ только к твоей голове. Я слышу твои мысли, а его – нет.
– Выходит, что, разговаривая с тобой, я как бы говорю с собой?
Никз кивнул. Кто бы мог подумать! А, впрочем, ничего нового. С Бьёндом, ведь, по сути, было то же самое. Новый уровень шизофрении! Сначала хоть с человеком говорила, а теперь воображаемый друг – паук. Скатываешься в детство, Трина. Неминуемо тупеешь. Хотя… что-то не припомню, чтобы по малолетству у меня имелись воображаемые друзья.
Никз замялся, как бы желая мне что-то возразить. Я подняла мокрую ладонь, останавливая фамильяра.
– Не хочу слушать возражений. Я пришла к выводам, от которых мне слегка полегчало. И не надо меня разубеждать! Расстроюсь. А расстроюсь – буду ныть! А тебе придется меня слушать!
Никз замолк и понятливо кивнул, хотя на его мордочке читалось недовольство. Похоже, ему было, что мне возразить, и сделать это он очень хотел, но не осмеливался. Кстати, должна заметить, что мимика и эмоции фамильярчика развиты куда лучше, чем у Бьёнда. Или, может, просто моему мозгу проще придумать эмоции и характер несуществующего зверька, чем человека? Да нет, бред какой-то! Не настолько у меня бедная фантазия. Додумалась же каким-то образом до этого всего…
– Значит, – я все еще пыталась более-менее разобраться в ситуации. – Ты – что-то вроде… м-м-м… поисковой системы в моей голове? Голосовой помощник Никз?
Паук явно опешил от такого сравнения, но неуверенно кивнул в ответ.
– В таком случае…
Так, нужно собраться, и подумать. Бьёнда больше нет. Как нет и глобальных проблем в моей жизни. Получается, пора забыть коричневого демона и просто жить дальше? Вместе с этим маленьким черным комочком за плечом.
– В волосах, – поправил Никз.
Я усмехнулась, глядя на его весьма забавную мордашку. Ну, пусть так…
Глава №1. Стояла печаль на осеннем пороге
Во время приемов пищи столовая практически все время почти пустовала. Чаще всего я ела одна на кухне, или в своей комнате, за что меня часто ругали. Но сегодня мне не пришлось обедать одной.
Тетушка Тэсс занимала свое обыденное место. Место слева от нее, где обычно сидел мой маленький рыжий братик, сейчас занимала гувернантка. Неравноценный обмен!
Собственно, больше никого не было. Нэта, Филя и Берт ушли куда-то по своим делам. Честно говоря, я завидовала ребятам. Теперь, с началом учебного года, у них появилось больше общих тем, а я окончательно выпала из компании.
Снова всеми брошенная, я сидела за столом, подперев голову рукой, лениво перемешивала ложкой овсяную кашу. В отсутствии Труди, которая в последнее время достаточно редко появляется в поместье, завтрак готовил дядя Джо. К слову, сам он не решился пробовать свое творчество. Накрыл на стол и удалился.
– Хватит размазывать! Ешь давай! – прикрикнула Генриетта Теодоровна.
Вечно все не по ее. Вечно она чем-то недовольна…
За все месяцы пребывания в поместье, я уже привыкла к постоянным нападкам гувернантки. Игнорирование слов Генриетты Теодоровны стало чем-то вроде стандатных настроек мозга. А еще я, кажется, стала внимательнее, боковым зрением замечая движения Контессы. Тетушка нахмурилась и поджала губы, кивнув в мою сторону, как бы призываяю гувернантку к молчанию. Генриетта Теодоровна тут же замолкла. Повисла тишина.