Ива Лантерн – Невольная студентка (страница 4)

– Но… видишь ли, дело в том, что нравы нашей семьи несколько современнее, чем в других семьях. И уж тем более в Академии, – я с трудом подавила смех. Современнее, значит? Ну-ну! Тетушка не обратила внимания на мою усмешку. – По всем правилам, Нэта не может быть твоей компаньонкой.

– Это еще почему? – я нахмурилась.

Значит, несколько месяцев могла, а теперь не может? Что изменилось-то?

– Компаньонка так же должна иметь знатное происхождение. А Нэта все-таки из обычных.

– Что вы хотите сказать этим, тетушка? – сомневаюсь, что у Мадам есть еще кандидатки на эту роль. Хотя… это же Мадам! Может, и имеются.

– Единственным вариантом остается Лунуна, – Контесса развела руками, и я заметила нотки извинения в ее голос.

– Что? – я развернулась к тетушке. – Вы это сейчас серьезно?

– А какие варианты, Трин? – Контесса сделала несколько шагов вперед и села на покрывало моей кровати. – Все ученицы Академии уже давно укомплектованы. Все девушки, подходящие тебе по возрасту, обучаются.

Ага… каждой твари по паре, значит…

– Но… – я пыталась сообразить. – Как я понимаю, благородные леди учатся в школе, вместе со своими… чуть менее благородными компаньонками.

Контесса сдержанно кивнула, как бы подтверждая мои слова.

– В таком случае, Нуне уже двадцать пять, если я не ошибаюсь. Ей поздно учиться в школе! Да и… честно говоря, сомневаюсь, что она способна на это.

– Да я и сама все это знаю, – отмахнулась тетя. – Протолкнуть Нуну сразу на последний курс обучения еще можно, но… учиться она точно не сможет.

Мало того, что учиться не сможет, так еще и вести себя соответствующе. К тому же, я все еще не могу объяснить, что произошло в тот вечер в ее спальне. Раз Бьёнд – просто моя фантазия, то почему мне было так плохо? Что такого случилось? И… не случится ли этого еще раз…

– А-а-а… а-а-а… – я лихорадочно перебирала в голове все возможные варианты. – А что, если вы оформите Нуну, как мою компаньонку, но вместо нее занятия будет посещать Нэта?

Контесса несколько секунд осмысливала информацию, затем повела бровью, как бы соглашаясь. Судя по всему, эта мысль не приходила ей в голову. А зря! Удачный, как по мне, план.

– Нэте нужно учиться в своей школе, – сказала наконец тетушка. – Она не сможет быть с тобой постоянно.

– А и не надо постоянно, – отмахнулась я, чувствуя, как внутреннее возбуждение от гениальности собственной идеи, нарастает. – Достаточно того, что вы документально оформите Нуну, как мою компаньонку. Я приеду вместе с Нэтой, а там уже можно обосновать ее отсутствие, например, болезнью. Или травмой. Или… да сказать-то можно все, что угодно! Начиная от…

– Достаточно, – тетя подняла руку, призывая меня к тишине. – Я поняла тебя, Кэтрин. Идея и правда неплоха. Над этим вариантом можно подумать. Но согласится ли сама Нэта?

– Ну да, – я пожала плечами. – А почему, собственно, она должна отказать?

***

– Нет.

– Ну Аннет!

– Нет, я сказала.

Нэта стояла перед письменным столом, перебирая тетрадки: вынимала их из сумки, внимательно рассматривала, после чего некоторые оставляла на столе, другие же убирала на полку.

Комната Аннет отличалась от моей. Да что уж там! Она отличалась от всех, какие были в доме. Начиная хотя бы с того, что Нэта жила в одной комнате с братом и Филей. Что, вообще-то, как мне казалось, противоречило правилам дома Кёрсон. Комната их находилась на первом этаже, в полуподвальной нише, имела овальную форму. Помимо двух кроватей, одна из которых являлась двухэтажной больше ничего особенного в комнате не наблюдалось. Вытертый диванчик, телевизор на тумбочке, длинный и очень обшарпанный шкаф. Пара тумбочек, открытый стеллаж, заваленный книгами, тетрадками и прочим хламом, да письменный стол под круглым окном. Картину довершал некогда светлый, теперь же больше грязный круглый ковер в центре комнаты и невнятные серо-синие обои с непонятным узором.

Круглое окошко, оплетенное сухим нынче виноградом, практически не давало света. Летом, наверное, когда виноград цветет, тут еще темнее. Неудобно. Но с другой стороны, как я поняла, жители поместья мало времени проводят в своих комнатах, предпочитая заниматься другими делами. Та же Нэтка! Либо выполняла свои прямые обязанности, либо проводила время со мной. В принципе, понятно, почему Нэта предпочитала тусоваться у нас. Единственное развлечение на всю комнату – игровая приставка, подключенная к телевизору. Но я не уверена, работает ли она вообще. И все-таки странно… За все те полгода, что я живу в поместье, у меня и в мыслях не было посетить комнату компаньонки.

– Нэт, но послушай! – продолжала я, поглядывая на стоящую в стороне Контессу. Лицо тетушки выражало одну единственную мысль: «я же говорила». – Это же такая возможность, получиться образование в лучшей школе…

Нэта не дослушала. Девушка резко повернулась ко мне и вытянула руку, указывая на меня тетрадкой на манер пистолета. Я рефлекторно подняла руки вверх.

– Не говори мне о возможностях! – сквозь зубы процедила возможная компаньонка, после чего тетрадка отправилась в сумку.

– Да почему ты так против? – я всплеснула руками. Никакой выдержки не хватит с этой девчонкой! – Это же всего на пару дней! А потом вернешься в свое болото, и…

Я замолкла, чуть ли не затыкая себе рот руками. Тетушка Тэсс выдохнула, опуская плечи и прикрыла рукой глаза. Господи… Трина, что ты несешь! Я внимательно смотрела на девушку, замершую у стола. Ее плечи заметно напряглись, а руки сильнее сжали край светлой деревянной столешницы. Ой, что сейчас будет…

– Скажем так, – хрипло отозвалась Нэта, не поднимая головы, – вы, мадам Кёрсон, вы ни черта не понимаете в нашей системе образования. И в нашем сословном строе. Так что перестаньте лезть туда, куда вас не просят.

Девушка обернулась ко мне и… я никогда не видела Нэту такой хмурой.

– Я являюсь вашей служанкой, но не собственностью. У меня есть свои личные причины вам отказывать.

– А у меня? – внезапно сказала я. – У меня, думаешь, нет личных причин?

Я стояла, обнимая себя одной рукой. Вместе с обидой, я ощутила сильный прилив зависти. Да, именно зависти. К Аннете. У нее, служанки в моем поместье, был выбор. А меня, почти хозяйку дома, этого выбора лишили сразу по прибытию в Аллерское графство. Нэта могла сказать «я не пойду в Академию» и не пойти. Я тоже могла сказать «я не пойду в Академию», и… пойти как миленькая, потому что других вариантов нет.

Мы с Аннет стояли и смотрели друг другу в глаза. Казалось бы, это безмолвное противостояние длилось вечность. Пока, наконец, девушка не решилась прервать его.

– Ты извини меня, Трин, – сказала она тише, но так же жестко. – При всем моем уважении к тебе, к твоей семье, я не могу.

С этими словами, Аннет отвернулась от меня совсем, давая понять, что разговор закончен.

Глава №2. Новый этап, как начало пути

Дни пролетели, как минуты. Даже не помню, чем я занималась. Процесс переезда в Академию, где мне предстояло прожить следующие несколько месяцев, а потом еще шесть, совершенно не чувствовался. Может, все дело было в том, что меня не допустили даже к сбору вещей.

Как оказалось, мое тряпье не подходит для Академии от слова вообще. Так что Контессе пришлось закупаться «по правилам образовательного учреждения». Мне выдали все, вплоть до нижнего белья и резинок! Правда, из своего гардероба я все-таки взяла любимые синие сланцы, пару комплектов домашней одежды и несколько теплых вещей. Ради этого мне пришлось клятвенно пообещать, что ни одна живая душа не увидит меня в подобном одеянии. Только вот тетушке невдомек, что души, как бы, не живые. Так что… лазейка на черный день у меня имелась.

Но вот дни прошли, и теперь я сижу в уже ставшей привычной машине. Мои немногочисленные вещи трясутся в багажнике, а компаньонка – рядом. Примерзкое платье стесняет движения, не давая расслабиться. Но это раздражает не так сильно, как человек слева от меня.

Как мы не пытались уговорить Нэту, но строптивый одуванчик стояла на своем. Гениальный в своей задумке план провалился с самого начала, так что тетушке все-таки пришлось прибегнуть к собственным связям, а мне набраться терпения пережить все это.

Нуна сидела молча, ее лицо выражало спокойствие, как и сосредоточенный взгляд, устремленный в окно. Но я уже знаю, какие черти водятся в этом тихом омуте. Спокойный вид новоявленной компаньонки более не обманет меня! Остается только надеяться, что «взрослая Нуна» продержится эти несколько часов и не позволит «маленькой Нуне» натворить дел.

Однако не беляночка являлась причиной моей тревоги. Я почему-то думала о скоротечности жизни. Еще вчера я жила в старом поместье, окруженная родственниками, а теперь еду в какую-то Академию. Ощущение складывалось такое, будто меня, как старую-добрую королеву отправляют в монастырь, чтобы освободить место молоденькой пассии. Признали наследницей Кёрсон, показали высшему обществу – будь добра в Академию под замок, до следующего бала.

Я подперла подбородок рукой и уставилась в окно, стараясь не опускаться глубже в этот омут грустных мыслей. Мы как раз проезжали школу. Обычную общеобразовательную школу, которая на весь город была, кстати говоря, кажется, одна. А если и не одна, то одна из немногих.

Бело-синее здание в четыре этажа. Рядом еще одно белое одноэтажное. Спортзал? Нет, вон большие затянутые сеткой окна. Тогда что там? Великовато оно для кладовки…