Исуна Хасэкура – Волчица и пряности. Том II (страница 17)

Лоуренс и Холо сняли в гостинице комнату на двоих, поставили лошадь с телегой в стойло и собрались было в торговый дом, чтобы заняться делами, но их соблазнили ароматы, доносившиеся из лавочек, и весёлые голоса с площади. Так что они направились туда и купили себе миногу, зажаренную в масле, — дешёвую закуску, которая встречалась на каждом шагу. У неё был лёгкий земляной запах, но это компенсировалось вкусом масла, поэтому ели они с большим аппетитом. Естественно, вскоре им захотелось немного выпить. Не успел Лоуренс опомниться, как они уже стояли около ларька и, наблюдая за игрой комедиантов, пили пиво.

— Мм… Вкусно! — Холо залпом осушила кружку, не заметив, что у неё на губе осталась пена, и тут же заказала следующую.

Торговец рад был услужить такой бойкой покупательнице. Холо с полудня пила пиво и закусывала угрём, отчего совсем перестала походить на монашку. Но сейчас, рядом с Лоуренсом, который выглядел типичным торговцем, образ монахини только помешал бы, ведь нет ничего более подозрительного, чем монашка, гуляющая по городу с торгашом.

Сейчас на плечах Холо была накидка из кроличьей шкуры. Сложив плащ, она обернула им бёдра, превратив его в юбку, которая скрыла хвост. Резвые ушки Волчица спрятала, повязав на голову косынку, как это делают продавщицы в лавках. Мгновенно преобразившись, она превратилась в обычную горожанку. Холо никак не выделялась на фоне молодых девушек, которые отдыхали на площади, улизнув с работы, и пила, совершенно не заботясь о цене. Можно было подумать, что девица просто использует молодого странствующего торговца, вытягивая из него деньги. И правда, когда Лоуренс заплатил лавочнику вперёд, тот бросил на него понимающий взгляд, как на бедолагу, попавшегося в когти хладнокровной красавице. Это немного раздражало. Лоуренс ответил горькой улыбкой, и ему стало неловко, ведь отчасти тот был прав.

— Пиво вкусное! Да и вообще весёлый город, да?

— Весёлый, вот только нам нельзя расслабляться. Следует быть предельно осторожными. Ни в коем случае не ввязывайся ни в какие перепалки с рыцарями или наёмниками. Будут большие неприятности!

— Положись на меня!

Лоуренс, сомневаясь, что это возможно, грустно вздохнул:

— Ну что, давай выдвигаться.

Момент был очень подходящий: он как раз допил вторую кружку, а Холо — четвёртую. Следовало остановить её, иначе будет пить до глубокой ночи.

— Уже пора идти? Но я хочу ещё выпить!

— Можем позже продолжить. Пойдём!

Холо взглянула на кружку, потом на Лоуренса и в конце концов, сдавшись, отошла от ларька.

— Спасибо, что зашли! — крикнул хозяин вслед Холо и Лоуренсу, но звук его голоса потонул в гомоне окружившей их толпы.

— И куда мы идём?

— В торговый союз… Эй! Ты бы рот вытерла!

Наконец Холо заметила, что у неё на губе осталась пивная пена, и хотела было вытереть её своим рукавом, но внезапно передумала, с неожиданной проворностью схватила рукав Лоуренса и промокнула рот им.

— Ах ты! Я тебе это припомню!

— Ты и так меня уже по лбу стукнул!

Одной рукой Холо прикрыла голову, а другой крепко стиснула руку Лоуренса, как будто боялась потеряться в толпе, и глядела на него в упор. Однако её злость за тот щелчок быстро прошла.

— Но послушай…

— Чего?

— Тебе обязательно брать меня с собой? Я бы лучше ещё выпила на площади.

— Опасно оставлять тебя одну, — Лоуренс хотел, чтобы это прозвучало назидательно.

Однако Холо сначала удивилась, а потом, явно не понимая, что он имеет в виду, смущённо улыбнулась:

— Да, я и правда слишком красивая, чтобы оставлять меня без присмотра!

Сейчас, распустив свои прекрасные каштановые волосы, Холо действительно привлекала внимание окружающих. Многие бросали на Лоуренса, идущего с ней под руку, завистливые взгляды. Да он и сам ликовал, когда шёл рядом с Холо. Но переживал Лоуренс всё-таки не из-за её красоты. Он боялся, что Волчица, оставшись одна, ввяжется в какую-нибудь историю. На площади, конечно, весело, но, как и во всех людных местах, там запросто можно нарваться на неприятности. Будет отнюдь не до смеха, если вдруг откроется, кто Холо такая.

— Как бы красива ты ни была, это не поможет отвертеться от солдат или рыцарей Церкви. Если ты, опьянев, случайно покажешь свои уши или хвост, нам конец.

— Тогда я нападу на них! А потом схвачу тебя зубами, и мы убежим вон из города! Я могу перепрыгнуть эту стену. Разве не было такой старой сказки про рыцаря и принцессу?

— Где рыцарь спасает пленённую принцессу?

— Да-да!

Холо говорила с большим энтузиазмом, но, представив, как она, превратившись в волка, хватает его зубами и бежит из города, Лоуренс не нашёл в этом ничего романтичного. Скорее задрожал от страха при мысли, что его сожмут огромные челюсти.

— Только этого нам не хватало! — сказал он.

— Да уж. Если похитят тебя, спасать вряд ли кто кинется…

Лоуренс хмуро посмотрел на Волчицу, а та ответила шутливой улыбкой.

Пробравшись сквозь толпу на площади, они двинулись на север по узкой улице мимо ряда лавочек, выстроившихся под блистающим на солнце навесом. Здесь не было торговых компаний, только представительства и союзы. Попадались здания коммерческих ассоциаций, объединявших торговцев из разных городов, и здания союзов мастеровых, возведённые торговцами шерстяными тканями.

Мир суров, и любой торговец беззащитен перед лицом многочисленных опасностей. И если защита рыцарей — шлем и латы, то броня торговцев — профессиональные союзы. Большой коммерческий союз в состоянии на равных противостоять своему злейшему врагу — государству, злоупотребляющему властью. Всем известна история о том, как торговцы из восемнадцати стран и двадцать три гильдии объединились в сильнейшую в мире экономическую ассоциацию и молниеносно одержали грандиозную победу в войне против страны с армией в четырнадцать тысяч бойцов. Это яркий пример того, какой огромной силой обладает союз ради общей выгоды, которому нипочём даже государственные границы.

Выстроившиеся в ряд здания ассоциаций и союзов выглядели очень богато, и все их посетители вели себя предельно вежливо. Сдержанность была необходима: без неё спор между давними конкурентами, например мясником и рыбаком, мог перерасти в драку, о которой стало бы известно в городе. В торговле без доверия и хорошей репутации никак не обойтись, поэтому очень важно вести себя достойно и не пятнать доброе имя своего союза.

— Так, мне нужно уладить кое-какие дела, поэтому подожди здесь, — сказал Лоуренс, когда они подошли к зданию его торгового союза.

Глядя на дом, выкрашенный в главные цвета родных краёв, он ощутил прилив ностальгии, но предпочёл не делиться с Холо своими чувствами, ведь её родина была ещё очень далеко. Рассудив так, он старался выглядеть абсолютно спокойным.

Холо посмотрела на него снизу вверх:

— Разве ты не хочешь отвести меня туда и похвастаться перед своими земляками?

Похоже, Холо заметила, как он гордился её обществом. Но Лоуренса уже нельзя было задеть подобными замечаниями.

— Обычно после такого хвастовства следует свадьба. В краях, откуда я родом, очень сложная свадебная церемония. Ты готова к этому?

Вообще-то так было практически везде. Холо многое знала о жизни людей и должна была представлять себе, что такое свадьба. При упоминании церемонии её личико сморщилась от отвращения, и она помотала головой.

— Я быстро управлюсь. Если спокойно подождёшь, куплю тебе сладкий пирожок.

— Не обращайся со мной как с ребёнком!

— То есть ты не хочешь сладкий пирожок?

— Хочу.

Холо ответила с таким серьёзным выражением, что он невольно рассмеялся.

Оставив её, Лоуренс наконец поднялся по каменной лестнице и постучал в дверь торгового союза. Дверной молоток отсутствовал — намёк на то, что дверь закрыта для посторонних и стучать в неё не нужно. Он немного подождал, но ответа так и не последовало. Вероятно, все ушли на рынок. Лоуренс приоткрыл дверь: внутри было совсем тихо и пусто, как он и предполагал. На первом этаже находился просторный холл, где члены торгового союза обычно отдыхали и выпивали, но сейчас стулья громоздились на круглых столах, а у стены стояла швабра. Похоже, шла уборка. За год ничего не изменилось, разве что хозяин, сидевший за стойкой напротив входной двери, начал лысеть. Наверное, его живот, который и прежде был немаленьким, стал ещё больше, но хозяину, по всей видимости, не хотелось вставать со стула, и у Лоуренса не появилось возможности проверить свою догадку.

Мужчина оставил свои дела и посмотрел на гостя. Тепло улыбнувшись, хозяин вместо приветствия начал потешаться над Лоуренсом:

— Это что за бездельник! Похоже, тебе надоело работать, раз слоняешься по заведениям в такой час! Может, тебе переодеться победнее и отправиться в таверну, по карманам шарить?

— По-настоящему великий торговец зарабатывает, не пачкая ботинок. Единственная грязь, которая ему позволена, — чернила на кончиках пальцев. Если торговец целый день ходит по рынку, он всего лишь третьеразрядный торгаш. Или я не прав?

Учитель всегда встречал его вот так. Когда Лоуренс был юным учеником, ему казалось, что хозяин издевается, и его это ужасно злило. Но в какой же момент Лоуренс научился парировать спокойно и с юмором? Уверенно ответив, Лоуренс щёлкнул каблуками, выпрямился и подошёл к стойке. Мужчина крепкого телосложения, сидевший за ней, хлопнул себя по лбу и громко рассмеялся, оценив ответ ученика: