Исуна Хасэкура – Волчица и Пряности. Том 18. Весенний журнал 1 (страница 21)

   Возможность заработать разыгрывалась в закулисной игре. Гильдии получали взятки и покупали на них места в городском совете. Вероятно, так и есть. Это означало, что гильдии не возражали против авантюристов-южан, которых привела общая идея. Эти люди придут, рискуя всем, найдут они источники или нет. И им достало ума должным образом подготовиться.

   - Они ещё не приходили к нам, поэтому им, вероятно, деньги сейчас не нужны.

   - Деньги из Ньоххиры, - простонал Лоуренс.

   Глава хлопнул своими толстыми руками, которые могли бы повалить быка.

   - Это означает, что интересы наши и твои... нет, интересы Ньоххиры - это одно и то же. Если те, кто имеет власть в совете, пойдут против нас, мы потеряем лицо. В то же время, если мы сможем остаться выше соперников, как и всегда, мы сможем оставаться полезными для Ньоххиры. Я считаю, что мы должны сотрудничать.

   Лоуренс, пытаясь осознать свою значимость, медленно потянулся к своему элю и отпил. Он постарался подстегнуть свой дремлющий разум, может быть, глава намекал, что хочет денег в обмен на защиту поставок.

   - Конечно, всё так, как ты говоришь.

   Но если так, то ему разумнее пойти сразу в гильдии лесорубов и мясников, чтобы противодействовать новичкам. Может, глава хотел воспользоваться приездом новых людей на праздник. Во всяком случае, это дело было связано с немалыми деньгами. А неосторожность Лоуренса Ньохира может расхлёбывать потом десятилетиями.

   - Но я должен обсудить это с другими жителями деревни.

   - Хм-м? Полагаю, должен, но, господин Лоуренс, я прошу тебя.

   Трудно сказать, возбуждение или эль сделали его щёки красными. Когда Лоуренс проявил нерешительность, глава вдруг сделал вид, будто что-то понял.

   - Господин Лоуренс, не говори мне, что вы?..

   Лоуренс запаниковал, подумав, что глава мог неверно истолковать его колебание и решить, что Ньоххира уже отказалась от менял и обратилась к гильдиям лесорубов и мясников.

   - Нет, я впервые об этом слышу. Я прошу тебя поверить.

   - О, ясно, ну, я полагаю, что... Я тоже был бы обеспокоен, услышав вдруг всё это сразу, но мы не можем проиграть этим типам.

   Это была борьба за их место в этом переполненном городе. Тем более, что сейчас дела шли в гору, и места в совете приобрели значимость тронов. Но было бы невыносимо стать пешкой в игре. Лоуренс глубоко вздохнул.

   - Или как? Господин Лоуренс, ты дал клятву Церкви отказа от насилия? - совершенно неожиданно спросил глава, и Лоуренс почувствовал, что, если отнесётся к разговору слишком легко, его обведут вокруг пальца.

   Но это слишком неразумно.

   - Чего? На... насилия?

   Пусть кто-то другой, просил про себя Лоуренс, желая куда-то исчезнуть. В мире торговли он не знал таких случаев, и сейчас почувствовал, что его спина вспотела.

   Убийство.

   Не так давно в этих местах шла война, длившаяся несколько десятилетий. Убить или быть убитым стало нормой. Лоуренс нервно глотнул, а глава продолжил, глядя в стол.

   - Вера драгоценна. Я не могу это отрицать. Но, если мы хотим себе выбрать жизнь, мы не можем избежать потери жизни других. Могу я попросить тебя отойти от твоих убеждений только один раз?

   Его взгляд медленно вернулся к Лоуренсу.

   - Ты ведь думаешь о себе и, похоже, не робкого десятка.

   Если бы горожанин совершил это, его бы легко раскрыли. Но если кто-то с гор - он может просто совершить и исчезнуть в горах, так, вероятно, думал глава. А земляные работы на источнике вполне могли сопровождаться несчастными случаями. Как уже сказала - ещё не всерьёз - Хоро, можно пойти туда, где копают новички, и похоронить их в грязи. И глава купален в Ньоххире сказал то же самое: если бы они могли вернуться в прежние времена, они бы перешли гору с оружием в руках...

   Окружённый пахнущим серой паром, Лоуренс, возможно, потерял ощущение мира. А мир был местом жестоким и бессердечным. Он вспомнил, что чистая совесть - большая роскошь.

   - Но я...

   - Знаю, знаю. Это немного отличается от той ежегодной помощи, о которой моя гильдия и деревня Ньоххира договаривались.

   Это не просто "немного", хотелось закричать Лоуренсу.

   - Члены нашей гильдии менял, как я уверен, ты знаешь, это те, кто на работе сидит. Помимо менял, в неё входят все ремесленники, что занимаются металлом, изготавливают столбы и заборы. И они немного... старые, чтобы участвовать в игре.

   А перед этим глава воскликнул, насколько он счастлив, что деревня послала в этот раз кого-то молодого, теперь эти слова приобретали новый, тёмный смысл. Он назвал это "игрой", наверное, это значит, что такое происходит нередко.

   - Но не беспокойся. Мы привыкли к подобным ситуациям. Господин Лоуренс, я хочу, чтобы ты вступил в нашу игру и поймал их.

   Поймать, убить и похоронить. Цели определены.

   Президент отпил эля и продолжил:

   - Я понимаю, твоя задача сложна. Но... чтобы победить их, ты наш единственный выбор. И я слышал, что ты был странствующим торговцем. Я уверен, тебе пришлось с этим сталкиваться не раз и не два?

   Лоуренс, конечно же, слышал о таких торговцах. Всякое случалось во время войн. Солдаты грабили города и расправлялись с теми, кто пытался защитить свои деньги, золото и драгоценности. Он видел и слышал о таком не раз, когда был странствующим торговцем. Рассказы о людях, предлагавших путешествовать вместе по опасным дорогам и оказывавшихся пособниками бандитов.

   Но Лоуренс считал себя другим. Пусть он не мог с гордостью сказать, что был безупречно честным торговцем, он всё же никогда не пересекал границ, которые святой покровитель торговли не прощал. И потом, он теперь отец. Он не сможет обнять свою любимую дочь, если его руки будут в крови. Он не может. Он не станет.

   Знали ли об этом владельцы купален в Ньоххире? О том, что руки менял, с которыми они поддерживали длительные отношения, покрыты кровью?

   Но в противном случае... Осознав, он ощутил, как холод пробежал спине. Неужели именно для этого после десяти с лишним лет его начали считать членом деревни? Легко удержать грязную работу в тайне, если исполнитель прирос к месту и не может его покинуть. Если так, легко представить, что произойдёт в случае отказа.

   Глаза Лоуренса потемнели. Такие вещи случались.

   - Господин Лоуренс? - окликнул глава, и Лоуренс вернулся к реальности. Но не мог найти слов. Он с ужасом посмотрел на Хоро рядом с ним.

   - Что ж, - безжалостно сказала она. - У тебя есть причины отказываться?

   У него внутри что-то дрогнуло. Но если подумать о деревне, то чтобы жить в ней, это оказывалось необходимо. Место, что они назвали своим домом, чего они больше не найдут. Взвешивая обстоятельства, он, похоже, взвешивал дьявола на одной из чаш.

   - И я с тобой, - улыбнулась она, и он решился. Он пойдёт куда угодно, пока Хоро рядом.

   Он промочил высохшее горло и решился открыть врата в ад. Пока Хоро с ним, он мог пройти через это.

   - Ты вспотел.

   - Нет, я в порядке, - он вытер пот со лба.

   - Когда-то ты получил несколько ударов по голове, поплатившись за храбрость, разве ты боялся тогда? Ты держался довольно неплохо... - заметила Хоро.

   - А?..

   Удары по голове? Поплатившись?

   Затем он услышал звук и, обернувшись, увидел, как глава поспешно прикрывает свой смех рукой.

   - Не говоря уже о том, что если это будет плохой удар, что-то может пойти не так.

   - О Боже, - пробормотал глава с серьёзным выражением лица и пошевелился в своём кресле.

   - Но твоя игра тоже будет испорчена, поэтому я не думаю, что тебе нужно беспокоиться об этом.

   - Я слышал, они довольно жестокие.

   - Это не то, что я должна говорить. Не как тот, кто попросил тебя сделать это. Но я могу обещать, что это будет захватывающе. Ну... Я считаю, что ты готов принять один или два удара...

   О чём они говорят? Лоуренс сидел, сбитый с толку, а Хоро тем временем разломила кусок хлеба пополам и начала намазывать его чечевицей.

   - И скажи название. А то, может, он услышит название и содрогнётся от страха.

   - О, ясно! - глава погладил свою длинную белую бороду и кивнул, показывая, что понял. - О, господин Лоуренс, я знаю, это звучит страшно и кажется чреватым опасностями, но я не думаю, что всё будет так плохо, - сказал он весело Лоуренсу, у которого не осталось сил на вопросы. - Это называется Праздник Мёртвых, но это не так страшно, как можно себе представить. Я не могу объяснить ход праздника и его размах лучше, чем его название. Если сам посмотришь, я уверен, ты поймёшь.

   - Это будет захватывающе. Я слышала, они участвуют и в игре по рубке мяса.

   - В точку. И вот почему мы это делаем. Суть в том, чтобы наслаждаться подготовкой к Празднику Возрождения Святого Покровителя, что наступает после Праздника Мёртвых. Слишком много людей собирается в городе в это время. Работники и мясники не могут приготовить для толпы достаточно свечей и мяса, используемые в церемонии. Нам нужно было что-то сделать, так всё и началось. И всё только усложнится, когда получим власть, и эти важные приготовления станут только нашей заботой.

   - Когда я услышала об этом, меня впечатлило, насколько хорошо он подготовлен. Да и правила празднества довольно приятные и точные.

   - О, ты знаешь? Именно так. Давным-давно эти места были на грани голода. Неписаные правила сводились обычно к тому, что те, кто наверху, работают сильнее всего. В других старых городах, я уверен, люди власти жили в мирах, наполненных грязными способами ведения дел, но наш город отличается. Мы решаем, кто сидит в городском совете и получает самую большую роль во время празднества! - он сжал руку в кулак и казался искренне взволнованным.