isacat meow – День, когда я вспомнила (страница 8)

— Пока всё на это указывает.

— В последнее время сюда кого только не пускают.

Она порылась в ящике, словно он был лишней проблемой, и бросила ему ещё один ключ.

— Номер тринадцать. С бумагами сам разберись завтра. И не заставляй меня объяснять, кто ты такой.

Тео поймал ключ и тихо поблагодарил. На лестнице он наклонился к Айрис.

— Кажется, здесь я всем сначала не нравлюсь.

— Вы даёте людям достаточно поводов.

Он рассмеялся и спорить не стал. Их комнаты оказались рядом. Пока Айрис открывала дверь, Тео помахал своим ключом и сказал позвать, если что-то понадобится. Когда её дверь закрылась, шаги вскоре стихли.

Комната была маленькой: односпальная кровать у стены, старый ночник на тумбочке и деревянный стол у окна. В шкафу висели два простых комплекта одежды. В ванной лежали чистые полотенца и небольшой кусок мыла. Почти обычный отель из мира живых — только без телефона и часов. Впервые у Айрис было достаточно времени, чтобы рассмотреть себя в зеркале.

Кровь полностью засохла. Темнее всего — на правом плече и груди. Тёмные следы шли по шее, концы волос слиплись. Запястья выглядели так, будто их окунули в кровь. Она сняла одежду и снова проверила плечо, рёбра, живот.

Кожа была целой. Ни единого признака того, откуда могла взяться кровь. Под горячей водой Айрис первым делом вымыла волосы. Слипшиеся пряди расправились, но тёмно-красный цвет не исчез. Она намылила тыльную сторону кисти, наблюдая, как белая пена собирается между пальцами и стекает в слив — ни единого розового следа.

Айрис снова подставила руку под воду. Кровь не побледнела. Она начала тереть сильнее, пока кожа на запястье не нагрелась от трения. Ничего. Каждое пятно, с которым она проснулась — на груди, шее, в волосах, — словно стало частью её тела.

Душ продолжал литься, пока в дверь не постучали.

— Ты ещё долго собираешься там мыться? — донёсся голос женщины с ресепшена.

Айрис выключила воду и накинула полотенце на плечи.

— Не отмывается.

За дверью ненадолго стало тихо. Женщина, похоже, ничуть не удивилась.

— Конечно, не отмывается.

Айрис приоткрыла дверь. Женщина всё ещё держала садовые ножницы и, видимо, просто проходила мимо.

— Почему?

— Ты принесла это с собой.

Женщина закатала левый рукав. На внутренней стороне руки виднелось бледно-голубое кольцо — настолько слабое, что без внимательного взгляда его можно было не заметить.

— Моё было темнее, когда я пришла.

Айрис всмотрелась.

— Как оно исчезло?

— Жила. Думала. Ходила туда, куда должна была. Когда именно побледнело — не скажу. — Женщина опустила рукав. — Вода смывает грязь. Такое она не смоет. Перестань натирать себя до боли.

Она уже направилась к лестнице, но оглянулась.

— Одежду можешь поменять. Тогда сама увидишь, останется кровь или нет.

Айрис надела светлую кофту с длинными рукавами и свободные брюки, а испачканные вещи аккуратно сложила на спинку стула. Зеркало тут же дало ответ. Следы на шее и руках остались. На груди через ткань проступала более тёмная тень, словно пятно находилось не на одежде, а под кожей. В чистой одежде она выглядела опрятнее — и только.

Айрис села на кровать и стала медленно вытирать волосы. В тишине начали всплывать мелкие вопросы, о которых раньше некогда было думать.

Она не знала, сушила ли раньше волосы или оставляла мокрыми. Не помнила, запирала ли дверь перед сном. Глядя на ночник, не могла понять, спала ли когда-нибудь со светом. Пустяки. И именно поэтому они раздражали сильнее всего.

Из-за стены донёсся глухой удар, затем звук, будто кто-то рылся в шкафу.

— У вас в комнате есть полотенца? — приглушённо крикнул Тео.

Айрис посмотрела на стену.

— Да.

— Я свои не могу найти.

— Внизу шкафа.

Пауза. Скрип дверцы.

— Нашёл.

Она снова взялась за волосы.

— Я думал, здесь всё для душа надо приносить с собой, — добавил Тео.

— Вы даже не посмотрели в шкаф.

— Посмотрел. Просто не заметил нижнюю полку.

— Это не называется «посмотрел».

Через стену донёсся его смех. Спустя некоторое время, вспомнив, как долго она мылась, он спросил:

— Что с кровью?

— Осталась.

Он ответил не сразу. Айрис прикоснулась к тёмному пятну на тыльной стороне кисти. Когда Тео заговорил снова, голос стал тише.

— Тогда пока оставьте. Ведь не больно?

— Нет.

— Пусть пока будет.

Айрис откинулась на изголовье.

— Вы так говорите, будто это легко.

— Потому что она не на мне. — На такую честность Айрис нечего было ответить. Потом он добавил: — Если бы была на мне, я бы, наверное, уже полчаса её изучал.

Айрис невольно улыбнулась.

— Верю.

За стеной стало тихо. Айрис выключила ночник, и комната погрузилась во тьму. Через несколько минут она сама не заметила, как протянула руку и включила его снова. Тёплый жёлтый свет лёг на стену. Возможно, она и раньше не любила полную темноту.

А может быть, только сегодня. Узнать было невозможно. Когда наконец пришёл сон, в соседней комнате уже не было слышно ни звука. Айрис повернулась на бок, положила руку рядом с подушкой и задумалась, так ли она спала раньше, в обычные ночи. В памяти ничего не всплыло.

Ночник остался гореть.

Глава 6 — Издалека

Айрис разбудил стук в дверь. За окном всё ещё висело то же неизменное серо-голубое небо. Она села на кровати и подождала, пока прояснится голова. Затем раздались ещё два, уже более тихих удара — будто человек за дверью боялся разбудить остальных постояльцев. В коридоре стоял Тео.

На нём не было куртки, волосы растрепались сильнее, чем вчера, а сам он выглядел потрясённым. Впервые мужчина, у которого обычно слова появлялись раньше мыслей, несколько секунд молчал.

— Можно войти? — тихо спросил он.

Айрис отступила в сторону. Тео не сел. Подошёл к окну и посмотрел на правую руку, словно проверяя её.

— Я слышал больницу, — наконец сказал он.