Ирвин Уэлш – Резолюция (страница 30)
– Но если ты меня туда отвезешь, я попробую.
Джордж машинально издает странный вздох раздражения, как будто собираясь откашлять мокроту, вызванную вездесущим гриппом.
– Эта навязчивая идея, Рэй, привела тебя из заброшенного железнодорожного туннеля в Эдинбурге на заброшенный бетонный завод в Сассексе.
– И что?
– Я просто не вижу здесь связи, о которой ты говоришь. Люди, которые надругались над вами с Лесом в том туннеле, просто воспользовались случаем, они не были серьезными похитителями. Если бы это было так, они отвезли бы вас в какое-нибудь отдаленное и безопасное место, а не пытались изнасиловать в туннеле, где люди ходят!
– Может, они только тренировались. Любители становятся профессионалами, если быстро учатся, – утверждает Леннокс, отводя пятки назад, чтобы тесные туфли не так давили на пальцы на ногах. – Я не сомневаюсь, что это была случайная встреча, но до этого у них была общая склонность к педофилии, скорее всего, полученная в тюрьме. Так или иначе, я нутром чую, что на этом заводе что-то не так. Ты отвезешь меня туда и подождешь, пока я там все разведаю?
Джордж Марсден смотрит туда, где сидит Полли Айвз с двумя подругами и напряженно кивает.
– Это, конечно, останется между нами.
– Само собой, - отвечает Леннокс.
Завод
Леннокс сидит на пассажирском сиденье "БМВ" Джорджа, а в его голове проносится список сексуальных маньяков, с которыми он имел дело в прошлом. Сумасшедший Рэб Даджен, качок-любитель, по прозвищу "Безумный плотник". Он рыскал по самым брутальным барам Эдинбурга, заводя дружбу с одинокими молодыми людьми, угощал их выпивкой, накачивал наркотиками, потом вырубал. Обычно использовал один и тот же характерный прием: сильный удар деревянным молотком по лбу, и мозг ударялся о череп, вызывая потерю сознания. Затем он завязывал жертвам глаза и избивал их до полусмерти, а потом насиловал. Трое из них умерли, хотя, вероятно, убивать он никого не хотел. Он обычно отпускал своих жертв, предупредив, что все о них знает. Большинство было слишком напугано, чтобы проболтаться копам. Но стоило паре человек проявит смелость, и с ним было покончено. Еще были бывший психотерапевт Леннокса Салли Харт и ее напарник Рават, самые невероятные убийцы, к которым он испытывал тревожную симпатию. Ведь они же, как и он сам, всего лишь хотели отомстить. Но все эти истории доказывали одно: когда-нибудь все попадаются. Однако Леннокс попадаться не собирается.
Затем самый ужасный из них: похититель, насильник и душитель молодых девочек, известный как Мистер Кондитер. Высокомерный бывший государственный чиновник довел Леннокса до нервного срыва, а также, сам того не желая, до совместного бизнеса с человеком, который теперь вел его машину и который расследовал дело о том же самом серийном убийце на своем участке в Хертфордшире.
К тому времени, как они подъезжают к заводу, блеклое солнце уже опускается за бетонные башни. Джордж паркуется на стоянке в двадцати метрах от ограждения вокруг здания. Плотно сжав губы, он говорит:
– Еще раз прошу, Рэймонд, не делай этого. Ты же понимаешь, что тебя могут арестовать или еще что похуже. Это разрушенный завод, и там, скорее всего, очень опасно. Кроме того, на улице такой дубак, а дальше по дороге есть отличный сельский паб с большим камином...
Леннокс смотрит на своего напарника. Думает о Перри ван дер Меере, адвокате, которого порекомендовал Джордж, очевидно, как-то связанном с Кардингуортом. Вспоминает о Полли и несостоявшемся обеде. Джордж всегда использовал свои тайные связи. Теперь, впервые за все время их дружбы, Ленноксу хочется выяснить, что это за связи такие. Но сейчас есть дела поважнее.
– Я вернусь через час. Можешь не ждать, если не хочешь.
Джордж резко выдыхает:
– Конечно, я подожду, блин. Позвони, если что случится.
Напряженно кивнув, Леннокс выходит из машины. Он решил снять пальто, чтобы быть более подвижным, и теперь холод проникает сквозь его темную ветровку с капюшоном. Но вместо туфель Джорджа, к большому облегчению, на нем черные кроссовки "Адидас". Он идет по пустынной дороге к заводу. Низко пригнувшись и укрываясь за кустами перед пунктом охраны, он обходит здание вдоль забора. "Ягуара" Кардингуорта нигде не видно. Затем из бытовки выходит охранник, закуривая сигарету. Это не Тренч, а молодой человек, лет тридцати, с заостренным лицом и беспокойными глазами, одетый в просторную парку поверх униформы, который глубоко затягивается сигаретой.
Леннокс замечает одну камеру видеонаблюдения, затем другую. Кажется, что все перед главным фасадом здания просматривается. С задней стороны завода простираются пустынные меловые карьеры, что делает любое вторжение и бегство опасными. Эта система камер ему знакома – довольно старая, не очень надежная (Кардингуорту действительно не помешал бы консультант по этой части), и он вычисляет потенциальные слепые зоны по углу обзора и направлению объективов. Подойдя к забору вплотную, Леннокс устремляется вдоль правой стороны здания. Если он попробует перелезть здесь, то бытовка заслонит его от охранника. Он на какую-то секунду попадет в последнюю из камер, но тому еще предстоит выкурить большую часть сигареты, прежде чем вернуться внутрь, к мониторам видеонаблюдения. Леннокс натягивает капюшон, влезает на секцию ограждения из колючей проволоки, видит щель, которая отпугнет только толстяков, и без особых усилий проскальзывает в нее.
В сгущающихся сумерках он крадется через погрузочную площадку в задней части завода. Камер здесь не видно, нет и каких-либо признаков того, что могут появиться патрули с собаками. Вдоль стен под навесами из гофрированного пластика уложены мешки с цементом. Поскольку производство прекратилось много лет назад, Леннокс задается вопросом, почему они здесь до сих пор лежат. Несколько бункеров – в темноте он насчитал четыре – завалены мусором: в основном щебнем и старой техникой. В здание можно было бы проникнуть через несколько дверей, запертых на тяжелые висячие замки, но чтобы взломать их, пришлось бы порядочно пошуметь.
Затем он обнаруживает очевидный, но явно опасный способ входа: поворотный кран, укрепленный на удлиненной стальной балке, выступает из большого квадратного отверстия, расположенного метра на три над землей. Над потенциальным входом висит ржавая металлическая дверь на колесиках, которую, вероятно, давно заклинило. Подъемное оборудование, похоже, работает на электричестве, но Леннокс натягивает цепь на плечо. Начинает двигаться, испытывая радостное возбуждение, когда поднимает глаза и видит, как, благодаря его усилиям, таль движется к зданию, скользя вдоль балки к темному входу.
Он смотрит на черный проем над головой. С трудом сглатывает, в горле так пересохло, что кажется, будто проглотил толченого стекла. Хватается за цепь обеими руками и начинает подтягиваться. Это дается нелегко: у него сильные руки и спина, но ноги постоянно соскальзывают, пытаясь удержаться на скользких звеньях. Он вдыхает поглубже и концентрируется, плотнее сжимая ноги. Воодушевленный своей силой, он преодолевает оставшееся расстояние и проникает в здание. Сердце бешено колотится в груди, его охватывает эйфория.
Глаза с трудом привыкают еще более густой темноте. Леннокс вынимает телефон и включает фонарик. Когда он начинает двигаться, раздаются звуки, похожие на то, как кто-то опрыскивает растения. Он замирает.
Это рукава его ветровки с капюшоном трутся о его бока. Он переводит дух и осматривается, водя вокруг себя слабо светящим фонариком.
Этот пустынный и похожий на пещеру уровень здания вмещает складской и распределительный центр. Вдоль стен – еще больше мешком с цементом. Он направляется к старому грузовому лифту с решетчатой двойной дверью, гадая, работает ли тот еще или нет. Решив перестраховаться, подходит к ржавеющей металлической лестнице, которая находится по обе стороны от древнего лифта. Начинает подниматься, направляясь на верхний этаж и ощущая, как под ногами дрожат шаткие ступени.
Следующий уровень он проходит, лишь бросив вокруг беглый взгляд. Все кажется пустынным и зловещим. Он понимает, что эти три этажа над уровнем земли – это только часть завода; подойдя к сломанным перилам, он светит фонариком в темную пустоту. По всей длине здания проходят параллельно друг другу две гигантские металлические трубы, похожие на туннели лондонского метро. Свет фонарика не достает до дна, видны только эти огромные трубопроводы. Он поворачивается и продолжает подниматься по шатким ступеням.
На верхнем этаже лунный свет проникает сквозь отверстия в крыше, освещая голый бетонный пол.
Вдруг раздается зловещий шорох и писк. Его сердце на секунду замирает.
Стая летучих мышей вылетает через поврежденную крышу в ночной мрак. Леннокс выпускает воздух, даже не заметив, что задерживал дыхание.
Наверху, кажется, ничего нет, и он возвращается тем же путем, направляясь на нижний этаж. Лестница дрожит, и он спотыкается, но тут же сжимает перила покрепче и восстанавливает равновесие.
В воздухе витает слабый сырой запах, откуда-то доносится металлический