Ирмата Арьяр – Любовь и лёд. Книга 2 (страница 46)
— Вот и прекрасно, — довольно улыбнулся Алэр. — Помни, моя дорогая невеста. Останешься ли ты живой во время и после церемонии, зависит только от твоего послушания.
Сложив пальцы в кулак, он с силой провел по щеке невесты, вминая костяшками кожу, и шаунке даже не надо было сдерживать стон боли — он бы все равно не вырвался. Ее губы улыбались и сделали попытку поймать палец господина и поцеловать, втянув в рот. Алэр позволил ей шалость, больно сжал второй рукой обнаженную грудь, а его шепот стал бархатным:
— Я долго ждал, Виолетта. Немыслимо долго для владыки Севера. И сегодня я возьму тебя.
И Исабель показалось, что в этот момент он говорил о своей настоящей невесте, а не о ней, не о бывшей камер-фрейлине, не о той, кто заживо похоронена под фальшивой оболочкой.
— И последний штрих, Виолетта, — уже обе ладони императора безжалостно мяли ее груди. При невозмутимых свидетелях. — Ты ведь не можешь обойтись без своих фрейлин.
Ущипнув напоследок горошины сосков, император кивнул Диасу:
— Зови свиту принцессы.
Сиагр хлопнул в ладоши, и девушки вошли, все трое. Первыми шли фальшивые Марцела и Эбигайл и несли свадебное платье, взятое из сундука Виолетты. Как только сумели украсть? Исабель его отлично помнила. И сразу увидела свою замаскированную булавку с жемчужной, воткнутую в вышитые жемчугом цветы. Девушка обрадовалась. Это был шанс на спасение! Крохотный, но лучше, чем ничего.
А следом за младшими фрейлинами вошла… она сама. Черноокая, черноволосая и смуглая южная красавица в янтарного цвета платье из ее праздничного гардероба. В руках она несла ларец со свадебными драгоценностями. Похоже, Виолетту ограбили. Не жалко. Из-за нее, только из-за нее теперь страдает гордая дочь желтых песков! «До чего же я хороша… была», — горько подумала шаунка, глядя на собственное лицо со стороны. На длинные черные косы. На горделиво развернутые плечи и осиную талию… И на безжизненный взгляд без искры мысли. Ужасное предчувствие сдавило сердце южанки, но она упрямо сжала губы, не признавая поражения.
— Ваша многоликость… Ваше высочество, — присела в реверансе неотличимая от Исабель девушка. — Позвольте вас одеть к церемонии.
— И побыстрее, — махнул рукой император.
А руки у снежити мертвые. И глаза вблизи мертвые. И дыхание ледяное. Впрочем, холода южанка уже не чувствовала.
*
Ее одели в тесное платье Виолетты, которая была и тоньше, и ниже камер-фрейлины. И, хотя одежды были не ношеные, Исабель окутало тонким запахом любимых благовоний принцессы. Инсейских, с запахом моря и сиреневой свежести. Южанка поморщилась и с удивлением поняла, что ее ледяной панцирь синхронно повторил гримасу. Приспосабливается? Или, когда не надо слушаться приказа повелителя, снежить как будто сливается с пленницей? В душе Исабель шевельнулась робкая надежда, что она и из этой ловушки сможет выбраться.
Пока сиагр по приказу императора застегивал на ней брилиантовое колье и надевал диадему, девушка бросила взгляд на свое отражение в зеркальной стене и сравнила себя, какую помнила, со своей копией, стоявшей рядом со шкатулкой в руках. Лже-Исабель, заметив ее взгляд, раздвинула губы в мертвой улыбке:
— Вы самый прекрасный бриллиант в короне императора, госпожа.
Дура безмозглая. Кукла ледяная. Баба снежная. Что с нее взять?
Исабель скрипнула зубами. Как же противно смотреть на свое и такое чужое лицо! А ведь и ее саму уже не отличить от Виолетты. Цвет волос стал бледно-золотым, глаза, все еще немного стеклянные, приобрели насыщенный фиалковый цвет. Даже фигура изменилась! И платье уже не кажется коротким.
— Хватит возиться! — нетерпеливо воскликнул император. — Моему бриллианту пора наконец занять свое место. Сиагр Диас, открывай портал!
В лицо Исабель удалил такой сильный и морозный ветер, что она зажмурилась и даже порадовалась маске-оболочке снежити на своем теле, не пропускавшей ледяные иглы.
Хлопнули парусом магические щиты, развернулся искрящийся купол, и южанка открыла глаза.
«А где же храм?» — удивилась девушка.
Вокруг простиралалась заснеженная долина, окруженная венцом ледяных гор. Над головой сияли северные сполохи вместо факелов, а под ногами, в центре долины, блестела твердая полупрозрачная поверхность, испещренная светящимися морозными узорами и вплетенными в них рунами, словно Исабель стояла на ледяном панцире замерзшего озера. Очень глубокого круглого озера, и в его неимоверной бездне слабо мерцал синий огонек.
В толще льдины виднелись еще какие-то белые пятна, смутно напоминавшие разбросанные, изломанные человеческие тела, но шаунка предпочла не вглядываться.
Вместо алтаря в центре площадки возвышалась еще одна льдина, примерно по пояс высотой. Ее частично скрывало небрежно наброшенное синее покрывало с вышитыми серебром гербами северного Императорского дома Лартоэне. С одного края накидка сползла, открывая взгляду трещину, расколовшую алтарь.
Владыка Севера подошел к возвышению, поморщился:
— Некому поправить? Совсем страх потеряли?
Незнакомый южанке ласх в ритуальном одеянии служителя храма — голубой хламиде с вышитыми светящимися языками синего пламени — торопливо одернул накидку, и алтарь стал напоминать круглый обеденный стол. Еще два жреца стояли поодаль и держали на шелковых подушках две короны, парадную императорскую и малую, для его супруги. Оба венца даже на взгляд со стороны казались древнейшими реликвиями, полными магией.
Взгляд Исабель прилип к короне императрицы, а сердце забилось часто-часто. Наконец-то! Когда артефакт окажется на ее голове, ей уже не страшна будет синяя магия, и даже самый лютый мороз не причинит вреда! Скорее бы. Ледяная оболочка ее защищает от холода, как ни странно, но нельзя доверять снежити, захватившей ее тело!
Девушка так увлеклась своими мыслями о скором могуществе, что пропустила начало церемонии.
Стало многолюднее: откуда-то появились еще несколько магов, их слуги раскатили ковровую дорожку под ноги жениха и невесты. Над алтарем слабо замерцало слабое призрачное пламя, и старший жрец, простерев над ним руки, зычно провозгласил:
— Приветствуем жениха Алэра и невесту Виолетту, решивших заключить брак по древнейшему обычаю под открытым небом Севера и избравших для этого разрушенный храм в Дихорской долине с тем, чтобы таинство обряда скрепило сей алтарь и дало начало новой жизни.
Сиагр Диас, взяв невесту под локоть, вместо посаженного подвел ее по дорожке, усыпанной снежными цветами, к алтарю при полном безмолвии магов и звезд. Даже ветер стих. Лишь лепестки и стебли мертвых цветов хрустели под ногами. Рядом встал Алэр.
Сам ритуал оказался коротким: жрец водрузил на голову Алэра императорский венец (над головой Исабель малую корону только подержали, и ее тяжести она так и не ощутила!), нараспев прочитал соответствующие сутры из священных книг, призвал благословение Синего пламени для жениха и невесты, принял их столько краткие клятвы верности и прочего. Затем надрезал серебряным ножом их запястья, причем, у Исабель по свежей ране, как раз там, где уже надрезал лекарь, впрыскивая кровь Виолетты, и окропил алтарь их кровью. Вот тогда синее пламя на миг из призрачного стало более плотным, выстрелило языками, окутало фигуры жениха и невесты и, рассыпавшись на искры, взлетело столбом в небеса.
Накидка с императорскими гербами испарилась, а льдина словно оплавилась и стала цельной.
Свидетели разразились криками «Свершилось!», «Дихорский храм возрожден императорской кровью и магией!» и овациями, причем, при каждом хлопке ласхов рождались фейерверки радужных сияний и уносились в небо птицами.
И, казалось, никто, кроме Исабель, не заметил, что в ледяной толще алтаря появилась странная черная паутина.
Может быть, показалось, успокоила себя девушка. Двое помощников старшего служителя взамен накидки слишком быстро набросили на сплавленную воедино льдину белоснежное покрывало, сшитое из шкур полярной кинсы.
— Синее Пламя благословило брак гардарунтской принцессы Виолетты и императора Севера Алэра, — торжественно провозгласил старший служитель. И наконец самолично надел корону на голову Исабель. — Восславим императрицу Виолетту!
Пока ласхи изображали радость, гораздо скромнее, чем только что славили императора и возрождение алтаря, Исабель привыкала к короне. Получилось стремительно! Тяжести металла уже не ощущалось. Магии тоже, хотя в книге ритуалов южанка читала, что такие древние артефакты одаривают своих носителей силой, здоровьем и молодостью. Трехсотлетнего Алэра одарили же! Может, ей подсунули фальшивку? Фальшивой невесте — фальшивый венец? Какое разочарование!
Последним штрихом старший жрец надел на супругов кольца и заявил:
— Теперь вы муж и жена. Молодым следует скрепить брак на возрожденном алтаре и отдать дань Северу кровью и семенем. Пусть пламя нашей земли, наше небо, звезды и ушедшие айры свидетельствуют вам.
Десятки порталов вспыхнули одновременно. Долина опустела за миг. Остался лишь лекарь, три куклы, изображавших фрейлин невесты, и теперь уже муж Исабель. «Виолетты», — поправила себя южанка. План воспользоваться булавкой, сообщить свое настоящее имя и показать свое настоящее лицо с треском провалился.
Она ждала, что ее супруг, который, кстати, ни разу во время церемонии не взглянул на нее, откроет портал во дворец, но вместо этого он подхватил ее на руки и… положил на алтарь!