Ирма Кишар – Стилбон (страница 4)

Веня решил подготовиться к завтрашним поминкам и вышел в зал. Тишину там нарушал перезвон бутылок — Виктор наводил порядок на зеркальных полках, для удобства включив верхнее освещение. Поразмыслив, Веня решил передвинуть мебель. Теперь к звону добавился скрип ножек о плитку. Веня таскал столы в правой части зала, составляя их в один длинный стол, и расставлял стулья. Хоть он и не представлял, кто может прийти, ему казалось, что будут они сидеть втроём, пить горькую и плакать.

Внезапно заиграла весёлая музыка. Напористо, она требовала, чтобы на неё обратили внимание. Веня обернулся. Виктор сделал широкий шаг, взял в руки звонящий телефон, который остался накануне лежать около компьютера, и протянул его Вене. Но тот застыл, не зная, что делать. Телефон замолк. Виктор положил его на гостевую столешницу стойки, осуждающе покачал головой и вернулся к работе. Через несколько секунд телефон снова ожил и, движимый вибрацией, рискуя разбиться, потащился к краю.

Веня отмер и подошёл. На экране светилась надпись: «Рина». Сам не понимая, зачем делает это, Веня снял трубку.

— Я всё понимаю, но писать мне такие сообщения среди ночи с твоей стороны недопустимо, — раздался молодой голос, интонации которого показались Вене смутно знакомыми. — Хватит лезть в мою жизнь. Ты мне давно уже никто и знать обо мне ни черта не знаешь. И не имеешь никакого права ломать мои планы. Ты меня понял? Эй, ответь!

— Он умер, — выдавил из себя Веня. После гневной тирады он был готов услышать вопли, плач, стенания. Но в трубке повисла секундная пауза, и девушка ровным голосом спросила:

— Когда?

— Вчера. Завтра в баре поминки. Приходите.

— А ты кто вообще?

— Вениамин. Я… друг.

— Ах, друг. Ну хорошо. До завтра, Вениамин.

Веня посмотрел на экран. Сверху отображались значки разных мессенджеров. Сдвинув шторку, он увидел непрочитанные сообщения от Рины. В отличие от телефонного разговора, в переписке девушка в выражениях не стеснялась. Веня нажал на плашку сообщения и пролистал переписку до последнего сообщения Дениса: «Я знаю, зачем ты там. Не делай этого». Отправлено ночью, меньше, чем за сутки до смерти.

Веня перешёл в профиль Рины. Увидел фотографию и тут же понял, с кем разговаривал. Только знал он эту девушку под совсем другим именем.

Дениса не взяли в гильдию фокусников. Посчитали, что слишком уж увлекается мистикой и не сосредоточен на оттачивании мастерства: его трюки казались излишне странными, тонкими; номера — эфемерными, в которых магия не столько удивляла, сколько тревожила. Решение это отнюдь не стало для него неожиданностью — в полутёмных залах, где заседали мастера, он всегда чувствовал себя чужим. Гильдия осталась неприступной, но это не мешало Денису подрабатывать, давая представления на окраинах города — в прокуренных кафе, на тесных кухнях или в пустых гостиных домов, где запах старых книг смешивался с ароматом чая и тлением времени. Обаятельный молодой человек, способный поразить публику ловкостью рук, да ещё и берущий ниже рыночной цены, очаровывал средний класс и в итоге выезжал на щедрых чаевых. Молва работала исправно, расходясь по городу тонкой сетью шёпота и намёков, и недостатка Денис не испытывал.

Беззаботное существование Веника, не видящего ничего дальше подноса, Дениса не устраивало, и он решил втянуть друга на зыбкую сцену, где воздух дрожал от напряжённого ожидания чуда. Он долго уговаривал Веню стать ассистентом, и в конечном итоге тот сдался. Уже позже Денис сознался, что прилично трусит. И не из-за трюков, к которым привык, а потому что его впервые позвали в дом, где за тяжёлыми шторами и позолоченными рамами картин скрывалась настоящая, неподдельная роскошь. И понравиться тамошней публике значило попасть в высшую лигу и утереть нос всем тем, кто когда-то не принял его в гильдию.

Приготовления длились несколько месяцев. Сперва руки не слушались, простейшие вещи казались непостижимыми, и Веня не верил, что способен стать достойным помощником. Но Денис не унывал, вновь и вновь заставляя отрабатывать приёмы. Особо досаждала Веню необходимость постоянно быстро переодеваться. А когда он впервые надел рубашку и брюки, Денис вздохнул, что Веню перепутают с напольной вешалкой. Впрочем, для ассистента это было скорее преимуществом.

Представление прошло за сутки до смерти.

Плечи оттягивали сумки с оборудованием, и Веня невольно переминался у массивной двери особняка. Денис, видимо, собирался с духом, то поднимая руку и поднося палец к звонку, то одергивая её. Когда же он, наконец, позвонил, им открыл седой лакей. В ливрее и белых перчатках. Веня даже обернулся, чтобы удостовериться в окружающей действительности. Но всё было обыкновенно: люди шли современные и машины никуда не исчезли.

Лакей принял верхнюю одежду и проводил их по мраморным ступеням на второй этаж. не успели они осмотреться, как послышался стук каблуков, заглушаемый ковровой дорожкой, и навстречу им вышла горничная. Её чёрное платье сдержанно облегало тонкую фигуру, белый фартук подчёркивал талию. На голове аккуратно сидел безупречно накрахмаленный чепец, из-под которого на плечо змеилась коса. Большие голубые глаза смотрели с дружелюбным любопытством.

За окнами промчалась сирена, лишь заострив нереальность происходящего.

— Мастера иллюзии. У нас сегодня представление, — важно сказал Денис.

Веня видел, как на лице девушки появилось недоумение. Но она дежурно улыбнулась и провела их через анфиладу комнат. Они поднялись по узкой лесенке на ещё один этаж. Пока они шли, Веня рассматривал паркет, массивные двери и лепнину на потолке. Он недавно был на экскурсии во дворце Юсуповых и невольно ощутил сходство. При этом не забывал и подглядывать на Дениса, но тот был невозмутим и подчёркнуто спокоен. Что казалось Венику странным.

Наконец, девушка зашла в комнату с приглушенным светом. На противоположной от двери стене белел прямоугольник экрана, и Веня понял, что выступать им предстоит в домашнем кинотеатре. Перед экраном было достаточно свободного пространства, а от него амфитеатром поднимались ряды диванов и кресел.

Девушка проводила их в маленькую каморку позади экрана.

— Располагайтесь, — сказала она и вышла.

— Давай, доставай всё. Я уточню один момент, — кивнул Денис Вене и выскочил за девушкой.

Веня раскрыл сумки и кофры и начал вытаскивать реквизит. Но любопытство взяло верх, и он осторожно выглянул, готовый в случае чего сказать, что осматривает импровизированную сцену.

Денис нагнал девушку у самой двери и стоял, удерживая её за запястье. Вене не пришлось напрягать слух, чтобы разобрать, о чём они ругались.

— Неужели думаешь, я поверю, что ты работаешь прислугой? Да никогда! — сказал Денис громче.

— Тебя не касается! — прошипел в ответ девушка. — Я не знаю, случайно ты здесь оказался или нет, но сделай своё дело и исчезни.

Она вырвала руку и вышла из зала. Веня поспешил вернуться к реквизиту. Пришедший Денис ничем не выдал своего волнения. Он был предельно сосредоточен.

— Дрон будешь сажать на каркас, рядом с проектором. Видел, какая там железка с потолка свисает? Отличное место. Только придётся под конец вылететь на середину. Справишься?

Веня кивнул. Управление маленьким бесшумным коптером было чуть ли не единственное, в чём он был уверен.

— И нужно столик с последнего ряда принести на сцену. И пару стульев, на всякий случай. Места мало, конечно. С другой стороны, так легче держать внимание, — продолжал бубнить Денис.

Они были готовы и уже начали томиться ожиданием, когда дверь распахнулась, и вошли хозяева с гостями. Денис пояснил, что представление устраивается в честь дня рождения хозяйки. Сама она расположилась в центральном ряду, на диване. Артисты вышли представиться, и Веня не смог оторвать взгляд от сверкания бриллиантов. Для него эта женщина тоже была нереальной, какой-то музейной. Денис задержался у хозяйки дома, склонился чуть ниже и произнёс что-то едва слышное, отчего она на мгновение улыбнулась. Затем они пообщались с каждым гостем. Веня наблюдал, как Денис скользил взглядом по лицам гостей — высматривал в их выражениях тени усталости, скуки или предвкушения, отслеживал малейшие перемены настроения; в его движениях была тщательно отрепетированная грация, свойственная человеку, который привык быть на виду. Веня знал, что каждая такая короткая беседа — часть ритуала, необходимого, чтобы впустить в этот дом магию, пусть даже иллюзорную. Горничная не сводила с Дениса глаз, но её он обходил стороной, как и прочую прислугу. Наконец, хозяин попросил всех садиться.

Свет в комнате погас, оставив освещённой лишь импровизированную сцену. Денис щёлкнул пальцами и на его ладони вспыхнуло пламя, которое тут же превратилось в сверкающих голубых бабочек. Они взмыли над головами первого ряда, и, не долетев до хозяйки, растаяли.

В это время Веня в каморке снял белую рубашку, чтобы остаться в чёрной футболке с длинным рукавом. Он на корточках подкрался к проёму двери, осторожно выставил коптер за порог каморки и нажал кнопку на пульте. Коптер бесшумно закрутил лопастями, взлетел и незаметно вдоль стены проскочил к проектору. Камера в коптере должна была снять всё представление, чтобы Денис потом смог сделать работу над ошибками. К тому же коптер играл важную роль в конце. Если Веня справится, конечно.