Ирма Кишар – Стилбон (страница 6)

Зайдя во двор, Денис направился к бару. Но Веня был настолько вымотан, что решил сразу пойти спать. И уже не слышал, когда друг пришёл ночевать.

Днём

Веня вынырнул из воспоминаний, словно посмотрел чёрно-белую хронику. Значит, он только что разговаривал с той самой горничной, Груней.

Когда-то Денис внёс её в контакты под чужим именем. Они явно были не просто знакомы. В прошлом их связывал общий фокус: ведь для такого номера требуется не только актёрское мастерство от подставного лица, но и знание конечной суммы. Денис не пригласил бы Груню, если бы не был уверен, что она справится. Однако Веня помнил тот долгий взгляд, которым они обменялись в каморке. За ним угадывались невысказанные чувства людей, бывших когда-то близкими. Эта неожиданная для обоих встреча позже обернулась угрожающим сообщением.

Ощущение, сидевшее в нём с момента, когда Денис упал, крепло, и наконец Веня готов был спросить самого себя: «А точно ли причиной смерти была остановка сердца?» Ещё не прошло суток, а ему уже казалось, что он ничего не знал о друге.

Веня захотел проверить, что Денис делал в баре в ночь после представления. Не закончив с приготовлением зала, он сел за компьютер, затылком ощущая недовольный взгляд Виктора. Веня открыл папку с записями камер. Запустил и отмотал видео на нужное время.

В баре в тот вечер был занят только один стол — светлый маг заскочил выпить кружечку тёмного пива. Виктор прибирался, тем самым намекая, что бар закрывается. Денис зашёл, не раздеваясь, прошёл к компьютеру. Интересно, что заставило его прийти на работу вместо того, чтобы, счастливому, рухнуть в подушку и отключиться?

Веня промотал запись. Нелепо дёргаясь в ускоренном режиме ушёл светлый маг. В какой-то момент запись мигнула и стала тёмной. Это Виктор, уходя, выключил свет. Вероятно, опять намекал. Однако в свете монитора Денис просидел ещё два часа.

Ничего не оставалось, как воссоздать путь по поисковым запросам. Веня запустил браузер и зашёл в историю. Первая ссылка с нужной датой перевела на бредовую статью про проклятый магазин.

ТРЦ «ДЕКАДАНС»:

ТОРГОВЫЙ ЦЕНТР, КОТОРЫЙ НИКТО НЕ МОЖЕТ ПЕРЕЖИТЬ

ТРЦ «Декаданс» открыли пять лет назад. Сегодня он больше похож на гигантскую ловушку, пустующую и зловещую. Это место, которое не отпускает — оно высасывает силы, разум и покой.

Немногие арендаторы, ещё пытающиеся работать здесь, говорят только шёпотом и просят не называть их имён.

«На второй час смены начинает давить виски, будто тисками, — делится Марина, продавщица в бутике одежды. — К обеду появляется звон в ушах, нарастающий до пронзительного писка. А однажды я отчётливо увидела в зеркале за своей спиной фигуру в чёрном, хотя в зале никого не было. Больше в эту примерочную я не захожу».

Охранник Сергей, проработавший три месяца, описывает постоянное ощущение удушья: «Воздух есть, но ты не можешь вдохнуть полной грудью. Как будто стоишь в плотном тумане. И паника… беспричинная, животная. Просто хочется бросить всё и бежать, с криком».

Отзывы в сети, которые администрация тщетно пытается удалить, пестрят одинаковыми симптомами. Люди пишут о внезапных приступах головокружения, тошноты, дезориентации. «Зашли с детьми на фуд-корт. Через двадцать минут младший сын начал плакать и трястись. У самой начала раскалываться голова. Ушли — через час полегчало», — анонимный отзыв.

Некоторые описывают звуковые галлюцинации: шёпот из вентиляции, детский смех из заброшенного детского городка, ритмичный стук, будто по трубам бьют, когда все коммуникации отключены.

Старожилы вспоминают, что у этого места всегда была «дурная слава». Ещё до революции здесь якобы был заброшенный колодец, в котором сводили счёты с жизнью. Позже — пустырь, где люди жаловались на беспричинную тревогу. По самой популярной среди работников версии при строительстве центра было нарушено старое кладбище или место захоронения ритуальных предметов. Бульдозеры вскрыли «то, чего не должны были трогать», и выпущенная энергия теперь отравляет пространство.

Руководство ТРЦ «Декаданс» отрицает все проблемы, списывая жалобы на «индивидуальную чувствительность» и «конкурентные войны». Но факт остаётся: этажи пустеют. Магазины закрываются, аренда расторгается. От былого величия остались только мерцающие неоновые вывески, отражающиеся в полированных полах пустых галерей.

Сегодня «Декаданс» — это городская легенда, ставшая реальностью. Место, куда рвутся экстремалы, где снимают любительские расследования, и куда боятся заходить новые арендаторы. Это памятник необъяснимому страху. Проклятие ли это, ошибка архитекторов или нечто, что дремало в земле веками, — ясно одно: стены этого торгового центра не приносят радости шопинга. Они медленно, но верно вытягивают жизнь.

Веня откинулся на стуле, выпрямил начавшую ныть спину. Денис, конечно, интересовался разными проявлениями мистического, но бытовой оккультной «желтухой» брезговал. Веня решил пока не делать выводов, а просто смотреть дальше.

После статьи о торговом комплексе Денис начал искать всё, что связано с Алексеевым. Тем самым, из дома которого они с триумфом вернулись. Странно, что проводил это исследование Денис уже после выступления. С другой стороны, возможно, именно то, что случилось в доме, толкнуло его к этому поиску. Дело было в Груне. Её присутствие стало парадоксом. Возможно, в тот момент Денис задумался, почему попал именно в дом к Алексееву. Тень этого человека простиралась над городом. Он был фанатом торговых площадей. Ссылки из браузера вели на земельные споры, захваты, истории о том, как он вытеснял целые кварталы в погоне за очередным проектом. Спустя несколько десятков страниц, Денис, кажется, наконец нашёл, что искал: Алексеев хотел купить ту самую землю, где теперь высится проклятый ТРЦ, но сделка не состоялась — земля ушла другому покупателю. Путь обрывался, а Веня так и не понял — почему для Дениса это стало ответом, и как именно эта старая история объясняет присутствие и поведение Груни.

Веня взял телефон и ещё раз просмотрел переписку. Видимо, какое-то время потребовалось и Денису для осмысления, потому что сообщение Груне он послал спустя ещё два часа. А может, после бара отправился куда-то? Веня опять зашёл в папку с камерами. И только сейчас понял, что совсем забыл про третью камеру, висевшую снаружи. С потаённым холодком, расползающимся в груди, Веня запустил запись с улицы. Нет. Денис закрыл бар и отправился к подъезду. В ту ночь он вернулся домой.

С трепетным предвкушением и сбивчивым, прерывистым дыханием, Веня включил запись того самого дня, время рокового момента, надеясь, что на кадрах откроется нечто недосказанное. Но всё обыденно: тёмный двор, только отблески в лужах, мерцающие от нервного дождя. Денис появился в поле зрения камеры, шёл уверенно, постоянно поправляя лямку тубуса. За ним двор пуст, ни одного силуэта. Веня ждал, что запись оборвётся, как и другие.

Но она продолжалась. Несколько минут Веня просидел перед монитором. Пока в баре Виктор пытался реанимировать Дениса, по двору пробежала кошка и, усевшись недалеко от двери, начала вылизывать лапу. Её спугнул выскочивший наружу дядя Лёня — с телефоном в руке он побежал к арке, ведущей на проспект. Веня просмотрел всю запись, пока не увидел, как выходит сам. В тот вечер тубус из бара никто не выносил.

Не предполагая, что нужно искать, Веня поднялся и пошёл к выходу. За спиной послышался щелчок пальцами. Он обернулся. Виктор указал на незаконченную работу и приподнял подбородок.

— Сейчас. Я сделаю. Только проверю кое-что, — успокоил его Веня.

Он вышел на улицу. Камера висела над козырьком, и от неё тянулся чёрный провод. Отметив это, но не делая выводов, Веня вернулся к тасканию мебели.

Больше в баре занятий не нашлось. Дамир хозяйничал на кухне и помощников не признавал. Виктор закончил переучёт бутылок и занялся инвентаризацией шкафчиков. Везде лишний, Веник вернулся в коммуналку.

Щёлкнул выключателем. Раньше он не замечал безликости комнаты, но теперь она явно бросилась на него из всех углов. Белёный потолок, невнятные обои, требовавшие переклейки. Около стен, по разные стороны окна, две кровати с цветастыми покрывалами. Веня только сейчас заметил, что Денис тоже не привносил ничего своего. У них обоих не было милых безделушек на полке или фотографий в рамке на тумбочке. Никакого отпечатка личности. Эта комната могла принадлежать и пенсионеру и студенту.

Только в углу на столике, заменявшем кухню, горка шоколадок на микроволновке выдавала сладкоежку. Да коробка с запасом быстрой лапши указывала, что жильцы занятые или не умеют готовить.

Впрочем, и Денис, и Веня проводили мало времени в комнате, а общественными местами коммуналки старались вообще не пользоваться, и с другими жильцами пересекались редко.

Веня знал, что за стеной иногда буянит Николай. По трезвому он был застенчив и тих, в коридоре здоровался, как бы извиняясь за своё существование, и быстро исчезал за дверью. Пил в одиночестве, но всегда с таким грохотом и руганью, как будто в комнате в этот момент было застолье. Веня никогда раньше не видел сумасшедших, но, наверное, они и должны вести себя именно так.

У самой кухни жила сварливая Нюрка, которую побаивался даже острый и быстрый на язык Денис. Она работала уборщицей в баре, мыла хозяйственный помещения и гостевой туалет. И в квартире зорко следила за порядком, особенно на кухне, видимо, считая её своей.