Ирма Гарич – Нежный анал для Ани (страница 7)
* * *
Вечером, измученная оздоровительными процедурами, я вернулась в апартаменты и увидела накрытый к ужину стол в гостиной. Правда, лепестки роз и зажженные свечи отсутствовали.
– Ну что, Ириска? Аниме, бейлис со льдом и тирамису с малиной?
Ослепительная улыбка рассеяла полумрак, длинные пальцы привычным жестом отвели со лба непослушную челку. Прекрасный мужчина в честь предстоящего
– Не люблю аниме, но на остальное согласна, – я подала голос, закрывшись в спальне, чтобы спокойно переодеться.
– Нет, комбо не разбиваем, – в дверь настойчиво поскреблись. – Есть еще вариант. Водка, порно и котлеты.
– Почему котлеты? – от изумления я запустила обе ноги в одну штанину домашних брючек.
– Хм… Обычно девушек смущает порно.
– Да хрен с ним, с порно! Почему котлеты?!
– Мама готовила, когда я болел. Ну, если не хочешь, можем заменить на… Так, сосиски не вариант. Давай стейк? А то привезли только шампанское, салат и фрукты.
– Ты же сказал, комбо не разбиваем.
– Я передумал.
Заказывать ничего не стали, обошлись тем, что есть. Хоть Воронов и пытался изобразить праведное негодование, пыхтел и стонал, все же пришлось смириться и посмотреть слащавую мелодраму. Разумеется, и в эту ночь безмятежный сон снова был нарушен без зазрения совести. Он забрался в постель, нащупал мою грудь, потискал, игнорируя возмущенные восклицания, поластился, как б
Утро выдалось как никогда более умиротворенным. Под звуки жгучего порно Вик энергично передергивал, прислонившись к изголовью кровати (моей, между прочим). Едва я завозилась и ошеломленно уставилась на грандиозный стояк, смерил меня затуманенным взором из-под полуопущенных ресниц и мотнул головой в сторону телевизора, предлагая составить компанию.
– Утречко! Я кончу, ты же не против?
Потеряв дар речи, я не смогла выдавить ни слова и неопределенно махнула кистью. Мужчина довольно осклабился и продолжил свое безобидное занятие. Все еще не справившись с потрясением, я таращилась на впечатляюще длинное и толстое хозяйство, не упуская возможности рассмотреть во всех деталях. Пикантно изогнутый ствол с узорчатым переплетением вен, бархатистая кожа на тон темнее, чем на теле, крупная глянцевая головка. Не то чтобы я видела много членов вживую, точнее, всего один, но этот был просто великолепен.
Меня бросило в жар, лоб покрылся испариной, губы пересохли. До дрожи и покалывания на языке захотелось облизать плоский живот, очертить венчик головки, пощекотать уздечку, ощутить шероховатость тугой мошонки.
Это выглядело порочно, развратно и, черт побери, соблазнительно. Куда в тот момент спряталась скромная девушка со скудным жизненным опытом? Меня буквально потряхивало от возбуждения. В промежности томительно распирало, трепетало под ложечкой и почему-то ломило поясницу, грудь отяжелела, под тонкой тканью топа топорщились соски.
Мускулистое тело вдруг напружинилось, яйца поджались, кулак заскользил чаще, и вдруг… я метнулась к нему и глубоко засосала. Затылок уверенно придавила большая ладонь, раздалось низкое рычание, и рот наполнился обильной спермой, которую я с перепугу проглотила.
– Ань, это…
Хриплый шепот привел в чувство. Я отпрянула, вытирая с подбородка капли семени, а Воронов так и остался сидеть с тупым выражением на лице и влажным членом в руке, низко отвесив челюсть.
Подвергаться самобичеванию смысла не было, надо было соображать, как выпутаться из дерьмовой ситуации, и соображать очень быстро.
– … охренеть как круто.
– Не привыкай, милый. Акция одноразовая, – я рванулась за бутылкой воды на дальнем краю тумбочки, чтобы смыть солоноватый привкус, и едва не свалилась на пол. – Ну знаешь, в рамках благотворительности.
– Фига се, благотворительность… Да у меня чуть мозг со спермой не вытек! И часто ты так меценатствуешь?
– Нет.
Вообще-то впервые, но ему не стоило от этом знать.
– Черт, Ириска! Это печально. Но помни, если что, на пособие я первый в очереди.
Я ринулась в ванную комнату, чтобы успеть защелкнуть замок и, затаившись в уголочке на унитазе, хорошенько все обдумать. Оставались какие-то пара сраных секунд, и вот оно, спасение, но Вик оказался проворнее. Схватил меня за предплечье, дернул назад и повалил на постель.
– Э, нет, кнопка. Долг платежом красен.
– Отпусти.
Выворачиваясь, я пнула коленом в накачанный пресс, конечно, особого вреда не нанесла, а когда он навалился, ударила лбом по переносице.
– Ай! Хватит драться!
Не растерявшись, воспользовалась недолгим замешательством, оттолкнула вспотевшую тушку и удрала без оглядки. Естественно, я заперлась, прежде чем раздеться и войти в душевую кабину, но разве моего озабоченного друга это когда-нибудь останавливало?
Он каким-то чудом открыл дверь, воспользовавшись шумом воды, просочился бочком, заключил меня в кольцо рук и начал смывать мыльную пену.
Естественно, бренная плоть подвела и бесстыдно откликнулась наглым прикосновениям. Увы и ах, дальше последовало разочарование: ни поцелуев, ни искренней близости, ни обмена эмоциями. Обычные искусные ласки.
Мужчина придавил меня спиной к холодной стене, опустился на колени, пристроил стопу на плечо и ненасытно вылизывал, дразня пальцем стенки влагалища. Оргазм подкатил стремительно. Я даже не успела и пискнуть, как свернувшаяся внизу живота спираль распрямилась и запульсировала. Это было подобно фейерверку. К тому же помимо ярких острых ощущений, испытала ни с чем не сравнимое удовольствие от сдавленного шипения Воронова, которому едва не сняла скальп, изо всех сил вцепившись в волосы.
– Ай! Ты опять начинаешь? – он торопливо поднялся, едва не шлепнувшись на скользкую плитку.
– Ты сам облажался. Я тебя не звала.
– Ага. Отнекиваешься, а голосок-то подрагивает, – стиснул в объятиях и чмокнул в нос. – Ох, Анька, какая же у тебя красивая киска. Маленькая, перламутровая, как жемчужинка.
– Сам дурак, – блин, я совсем засмущалась.
– Ну, дурак не дурак, а скулила ты знатно, – горделиво выпятив грудь, он выбрался наружу, передал мне полотенце и как был мокрым, так и потопал к выходу, добавив через плечо. – Пойдем, кнопка, пожрем.
* * *
– Ириска, собирайся, едем на дикий пляж. Там круто. Свежий воздух, чистое море, деревья там всякие, горы. Фруктами тебя накормим до отвала. И кое-чем еще… – перехватив настороженный взгляд, Вик легонько подтолкнул меня локтем в бок и подмигнул с улыбочкой, а я как обычно залипла на очаровательных ямочках. – Не, ну не захочешь, просто поболтаем. Надо же будет чем-то рты занимать.
– Это далеко?
– Десять минут черепашьим шагом. Домчу с ветерком за пять.
Действительно, мы добрались до пляжа шустрее, чем я предполагала, и устроились под огромным зонтом, предоставленным заботливой девушкой-администратором. Она с самого приезда кокетливо улыбалась Воронову и проявляла всяческие знаки внимания. Я закатила пристрастный допрос, возмутившись такой беспардонностью, на что благочестивый сосед после яростного гоготания объяснил, что девица считает меня нелюдимой сестренкой, которая ездит отдыхать только в сопровождении брата. Тогда я демонстративно надулась, а он снова заржал, не подозревая, что обида была самой что ни на есть настоящей.
Солнце, чистое море, свежий воздух, зелень – все, как обещал Вик – плюс откровенный массаж с миндальным маслом. Кстати, бикини я снять не позволила. Потом до невозможности сексуальный и чересчур голый златовласый плейбой нырял в воду с разбега, а я не могла отвести похотливого взора от задорно болтавшегося члена.
Что еще нужно для идеального отдыха? Правильно, определенность, но её-то как раз и не было. С Вороновым день можно было считать за неделю, и нереально предугадать, что он выкинет в следующий момент.
Только-только я улеглась под тент, побарахтавшись на мелководье, а красавчик-подлюка совершил заплыв метров на стопятьсот и обратно, зазвонил телефон. Он расхаживал по кромке воды, хмурился, иногда останавливался, пускал блинчики из плоских камешков, размахивал руками, снова хмурился, матерился и после десяти минут экспрессивного разговора отключился, глубоко вздохнул и явился с повинной.
– Ириска, только не ругайся, хорошо?
Присел на корточки, почти доставая висюлькой до полотенца, почесал в затылке, округлил небесно-голубые глаза и смешно наморщил нос. Я милостиво кивнула и отложила книгу, усаживаясь по-турецки.
– Мля, кнопка, мне надо… – заметив недобрый прищур, поднял руки вверх, сдаваясь на милость, и на всякий пожарный освежил мою память. – Ань, ты обещала не ругаться. Мне надо слетать в Москву на два дня, не больше.
Я не смогла скрыть разочарования, как ни старалась. Погрустнела и принялась строить пирамидку из гальки, чтобы не заплакать. Черт, вот уж не думала, что подобная новость так меня расстроит.
– Ань, – он убрал со лба прилипшую челку и поковырял пальцем мою коленку, – ну Ань. Не реви. Я скоро вернусь, и мы зажжем не по-детски. Веришь?
– Нет.
– А вот это ты зря.
Что я могла сказать? Как надо было отреагировать? Мы ни о чем не договаривались, не давали ни обещаний, ни клятв про