Ирина Юсупова – Границы существующего (страница 8)

Глава 5

Группа Б.

Варвара.

Они часто живут, не имея представления о действительности. Мир кажется им скучным. Действительность живёт во мне, в каждой клеточке моего тела. Её нельзя потрогать или ощутить. В микромире всё представляется иначе. Для меня границы расширились ещё в школе. Сколько новых видов, сколько новых необъяснимых открытий ждало меня впереди! Я не прикасаюсь к нему, я вижу в микроскоп строение клеток, молекул и атомов. Другим людям этого не понять. Нет, правда, не понять. Я всегда хотела сделать открытие, которое перевернуло бы мир. Однако я не знала, с чего начать. Я всегда включаю научные каналы и читаю литературу, но почему-то моим коллегам-учёным приходят в голову такие же идеи, как и мне.

А сейчас я вдохновлена. Я чувствую, что стою на пороге чего-то необычайно интересного. Инструктор поражён моими познаниями в области биологии и не перестаёт задавать мне вопросы. Мне это льстит, я чувствую себя нужной.

Сейчас мы находимся на пляже и берём пробы растений. Маленьким пинцетом я цепляю растения и отправляю их в колбу с наклейкой «Образец №». Виталий Викторович делает то же самое, этим занимаются ещё несколько человек, не разбирающихся в этой теме. Ну, ничего! Я им покажу!

Вскоре нам придётся возвращаться в отель. Мне обещали целый лабораторный кабинет с компьютерами и хорошим оборудованием. Тем временем я пристально наблюдаю за паразитами, живущими под прибрежным камнем. Не могу вспомнить их название.

Инструктор наклоняется ко мне:

– Возьми, положи его в колбу, – говорит он. – И название в интернете посмотришь и изучишь заодно.

Как он догадался? Я цепляю одного из них и сажаю в колбу. Странное существо барабанит лапками по стеклу. Казалось, оно чувствует, что его лишают свободы. Ну, конечно, а как же иначе! Заберите существо из его среды обитания и посмотрите, как оно будет жить в неволе. Довольно интересная вещь.

– Собирайте оборудование, ребята! Пора отправляться в отель, – говорит Виталий.

Через некоторое время я уже сидела за отведённым мне столом. Напротив стояли образцы, сбоку компьютер, чуть дальше огромный микроскоп. Мне дали тетради, ручки, дела – в общем, всё, что нужно научному работнику.

Ко мне подходит Александр Юрьевич. Я поднимаю глаза.

– Варвара, послушайте, мне кажется, что самым интересным объектом может быть вот этот самый паразит, – он показывает пальцем на колбу. – «Силикат» занимается также тем, что изучает мельчайших существ, в том числе насекомых, и воспроизводит их, только уже механическими. Если вы опишете его поведение, размер, вес, его характеристики и сделаете рисунок до мельчайших подробностей, то немедленно сообщите мне, я пришлю Вам пару инженеров, и под Вашим чутким руководством они сделают пробную модель, а дальше посмотрим, войдёт ли он в производство.

– Хорошо. Без проблем, – произношу я. – Мне ещё не доводилось делать такого.

Действительно, не доводилось. На стыке наук рождается биомеханика. А руководство инженерами? Ладно, я справлюсь.

– Ничего страшного, – говорит он. – Я верю в вас, и у Вас всё получится. Вам что-нибудь нужно для работы?

Я оглядываю помещение.

– Я думаю, нет. Спасибо. Всего предостаточно.

– Ну, тогда приступайте.

Я с головой ухожу в работу.

Через два дня моего труда я настолько изучила этого паразита, что могла бы рассказать про него невероятные истории. Я перекладывала бумажки с места на место, и их становилось всё проблематичнее найти. Пока я пыталась навести порядок на своём рабочем столе, инженеры доделали туловище и занялись ногами.

Компьютерный гений, по имени Денис, закладывал программу в микросхему.

Герой-паразит плавал сейчас в растворе брюшком кверху. Мне пришлось умертвить его во имя науки для того, чтобы рассмотреть строение его тела полностью. Я заглянула в компьютер, чтобы посмотреть программу. А Денис почему-то смутился.

– Варвара Андреевна, я, честно говоря, не знаток в таких вещах…

– Что? – выглядела я в этот момент опасно. – А как тогда быть, если ты не знаток? Как тогда быть со всем тем, что я уже сделала? Оно что, должно гибнуть из-за тебя?

– Я смогу. Я, правда, стараюсь, но всё же лучше будет, если мне кто-нибудь поможет…

– Бог тебе в помощь, – говорю я, разворачиваюсь и иду к столу инженеров.

– Как продвигаются ваши дела? – интересуюсь я. Один из них чертыхается.

– Не лезь не в своё дело, женщина! – шипит он и продолжает заниматься своими делами. Потрясающе! Просто великолепно! Так что же я показывать-то буду? Себя?

Группа А

Денис

Вот оно. Описание механизмов. Не хватает лишь более полного описания. Я стараюсь работать быстро, но чувствую себя очень плохо из-за этого. Мне очень сильно не хватает знаний для этого.

Варвара Андреевна очень странная женщина. Не знает, что только вчера я изучил данную программу и пытаюсь как-то выпутаться, чтобы не потерять работу. Не могу ей сказать. Стесняюсь. Пытался спросить у тех, кто тоже сидит за компьютерами, но, кажется, они знают не больше моего.

Я вспомнил, каким образом выглядят люди-ящеры в одной моей игре. Как они прорисованы от хвоста до макушки, их игровую физиологию. Постарался вдохновиться этим, и тогда дело начало двигаться.

Никогда не делал ничего подобного.

Нет, я не думаю, что Варвара злая. В её глазах видно, что она всего лишь старается выпутаться, как и я. Нет, я должен найти в себе силы. Варвара напоминает мне маму. Я набираю воздуха в грудь, встаю со своего места, подхожу к ней и выдыхаю:

– Варвара Андреевна, я хочу получить параметры.

Группа Б

Иннокентий

Первый раз меня уволили в 19, затем в 19 с половиной. Затем в 19 с половиной и четвертью. Потом в 20, 21, 22 и 23. Мне кажется, работодатели делали мне подарки ко дням рождения. В 19 я был на 3 курсе училища, познакомился с дамой, а дама любила рестораны. Тогда я первый раз открыл кассу в надежде, что пропажу денег не заметят. Когда я на следующий день пришёл на работу с изрядным похмельем, я узнал, что кафе было оборудовано камерами. Тогда я смог договориться, чтобы меня оставили отрабатывать сумму, а затем был изгнан в большой мир.

У меня пухлые щёки, которые любят заливаться краской в самый неудачный момент. Он как раз наступил. Я стою на кухне, рядом стоит Александр и произносит:

– Видишь, вон там держат продукты. У меня вчера случился инцидент, я отрезал себе палец ножом для мяса, – показывает мне половинку перебинтованного пальца. Мне становится дурно.

– Делай с продуктами всё, что хочешь, кухня – твоя.

Ах да, забыл сказать, в анкете я наврал, что я шеф-повар. Забавная ситуация.

– Сейчас твои помощники отдыхают. Составляй меню, затем поднимайся на второй этаж или можешь позвонить по этому номеру, они спустятся, – пишет номер на стикере рядом с телефоном. – Вот смета. Сегодня будет много человек, – даёт мне планшет с листочком. – У тебя немного времени для подготовки, где-то часа два. Если наши врачи разрешат мне помочь, то я приду. Удачи, – подмигивает. – Если что, звони, – пишет ещё один номер телефона и уходит.

Я стою, чувствую, как горят мои щёки, и понимаю, что это очень забавная ситуация.

***

– Чёрт, где же этот половник? – кричу я и пугаюсь своего голоса. По кухне летают ложки и вилки, а мне нужно помешать свой суп. Беру ложку, начинаю лихорадочно мешать, на моём фартуке остаются кровавые следы от всплесков томатного супа. Смотрю на них и представляю, что я хирург и только что провёл операцию.

Кстати, насчёт операции: лечу на противоположную сторону кухни, хватаю там нож, бегу обратно, беру свиную тушку и со всей силы опускаю на неё нож, затем понимаю, что в ресторане не принято подавать свинину, отбрасываю кусок мяса, вспоминаю, что нужно мешать суп, ножом размешиваю его, достаю говядину, снова вспоминаю про хирурга и аккуратно разрезаю филейную часть. Наливаю в сковородку масло и кидаю туда обрезки. Мельчу лёд, наливаю в миску со льдом томатный суп, который совсем не слушается меня и проливается на сковородку.

– Чёрт! Вот чёрт! – снова вскрикиваю я. В надежде, что лук и фенхель перебьют вкус, закладываю их в сковородку. Пищит плита, это готов яблочный штрудель. В панике достаю его, выкладываю на тарелку, вспоминая, что маленькая картошка тоже стоит в той же печи, достаю её. Кладу на тарелку. Вижу, что положил в ту же, что и пирог, понимаю, что пирог будет отдавать этой дурацкой картошкой. Ну и ладно. Залью мороженым. Открываю холодильник, вижу, что там есть только ванильное. Накладываю его на пирог, пробую. Ерунда какая-то!

В моей чашке расплескалось кофе, я его приготовил, чтобы немного взбодриться перед работой. Лью его на мороженое. Теперь оно выглядит коричневым. Мне не нравится. Беру сливки и щедро поливаю сверху. Смотрю. Выглядит некрасиво. Беру карамель, вспоминая ту злосчастную первую кафешку и даму, и пытаюсь сделать что-то красивое. Выходит похоже на коня, который встал на дыбы.

«Пойдёт!» – думаю я и достаю мясо. Выбрасываю лук и фенхель и кладу его рядом с картошкой, поливаю её маслом и рву петрушку руками.

И вдруг замечаю, что кто-то наблюдает за мной. Оглядываюсь. И вижу стеклянную дверь, из-за которой видны очертания Александра. Выходит, что всё это время он следил за мной.

Я подбегаю и распахиваю дверь. Александр заходит внутрь и невозмутимо оглядывает плоды моей работы.