Ирина Юсупова – 4 в 1. Взболтать, но не смешивать (страница 5)

Я взялся за инструмент двумя руками и что есть силы дернул. Масса вроде бы поддалась, затем снова притянула к себе, не отпуская его. Я был похож на деда, который тянул репку.

Я подумал еще немного и забросил в массу еще один инструмент и что есть силы дернул первый. Масса среагировала как раньше.

Я разозлился.

– Дим, прекращай уже. – сказал мне Макс по связи.

Я не привык сдаваться просто так.

Перед тем, как возвращаться на станцию, я должен был попробовать что-то еще. Я решил обмануть «пластилин», я дергал то один, то другой инструмент. Поверьте, в космосе это делать не так просто.

– Дим, знаешь, что делает «пластилин»? Он будто бы корнями въедается в аппарат.

Цветок нужно выкорчевывать. Так я решил. Я вернулся в отсек и забрал оттуда лом.

– Ты будешь сам отвечать за свои действия, Дим. – обескуражено произносит Максим.

– Или получу медаль за отвагу перед отечеством, – пробормотал я.

– Что ты говоришь? – воскликнул Макс.

–Успокойся. – произношу я. – Всё под контролем.

Не даром мне давали лучшего космонавта этого года. Я решил действовать. Я решил оторвать «пластилин» вместе с батареями, поймать одну из батарей и получить образец.

Я вцепился ломом в батареи и сделал рывок. Она не поддавалась. Я попробовал еще. Я так напрягся, что на лбу выступили вены.

И под моим напором она начала сдаваться.

Пластилин сделал резкое движение, будто бы выплевывал вишневую косточку, мои инструменты разлетелись в разные стороны с такой скоростью, что я заметил только металлический блеск, плиты батареи также полетели в разные стороны. За ними и пластилин. А мой трос… Лопнул…

И я полетел по инерции в другую сторону от корабля. Но… Маленькая часть этого «пластилина» успела меня поймать, когда я стал проваливаться в неизбежность. Он дал мне обратную реакцию, притянув меня обратно к станции и прилепив меня кусочком троса, оставив меня болтаться, как марионетку на веревочке. Я стал терять пространство, реакцию и связь с миром так же, как и кислород из-за того, что разлетевшиеся части солнечных батарей пробили небольшую дыру в костюме. Вы спросите, как я сразу не умер? Этот «пластилин» закупорил отверстие! Но что еще хуже, он начал затекать внутрь моего костюма.

В первую очередь, эта мерзкая жидкость проникла мне в нос, я ощущал ее внутри как некое инородное тело, оно двигалось с большой скоростью, я тогда подумал, что, если бы оно вдруг резко расширилось, голова бы могла взорваться изнутри. Вы когда-нибудь чувствовали, как нечто движется внутри Вашего мозга по его полушариям?

Я тоже никогда не знал и не представлял себе, что я могу это ощутить! Оно было внутри меня.

Спасибо Максиму, он вышел из станции, чтобы меня спасти. Он вытащил меня за трос, ему это удалось очень легко. Он все звал:

– Дим, ты жив? Ты жив?

Но поверьте, мне было совсем не до этого. Я не мог говорить. Я был будто парализован.

Он затащил меня в люк. Врубил кислород, снял свой костюм, затем снял мой. Я задышал. Я лежал на полу.

– Ты в порядке?

Я наконец-то смог говорить. Будто бы ничего не случилось. Но все же что-то было не так.

– Да. Нормально, брат.

Я притянул к себе трос, рассматривая его конец. И мы воочую наблюдали, как кусочек пластилина рассыпается и пропадает, будто бы растворяясь в воздухе.

– Что это было? – спросил у меня Макс

– Понятия не имею.

– Хорошо, что я успел все это снять. Ночью Земля увидит это видео и оно очень сильно всех удивит. Жаль, что у нас еще нет мгновенной передачи сообщений.

– Несомненно. – стирая пот со лба, говорю я.

Мы вернулись в комнаты. Я лежал в своей кровати и отдыхал. Макс пошел бегать по дорожке.

Затем случилось еще кое-что. Я пошел на кухню выпить воды, мимолетом проходил аппаратуру наблюдения. У меня отключился контроль, я подошел к передатчику и удалил видео. Затем в моей голове что-то взорвалось, и я потерял сознание.

В себя я пришел только на Земле. Много времени я провел в больнице, затем я побывал в судах, я взял всю вину на себя, затем я был уволен с работы, затем я стал понимать, что мои кости теряют прежнюю твердость, врачи стали говорить, что еще немного и я стану «резиновым» внутри.

Я стал хуже ходить. Про бег я уже не говорю. Макс несколько раз приезжал меня навещать, всего несколько раз в отпуске с работы. Он не понимал зачем я это сделал. Да я и сам не знал. Он думал, что я начал сходить с ума из-за этой ситуации с тросом.

***

Ну а сейчас. Я расставил свечи в круг и по периметру звезды Давида.

– Великий Пластилиниус, прийди!

Нигде

Все эти записи говорили о Нигде.

Нигде-маленький поселок на окраине города. Я много слышал о Нигде, и больше всего негативных отзывов. В Нигде никто не хотел жить и работать. Меня, как мэра города, очень сильно волновала ситуация с этим поселком.

У этих людей, на мой взгляд, было все, чего можно пожелать. Плодородная почва, инфраструктура, все удобства, я проезжал несколько раз рядом с этим Нигде и наблюдал цветущие дикие сады. В Нигде, как нигде, были райские условия для существования.

Однако люди не хотели там жить, поселок пустовал уже несколько лет.

Меня недавно назначили мэром, я самовыдвиженец и добиться отклика со стороны граждан было очень сложно, учитывая то, что я приехал из других краев.

Обо мне отзывались, как о человеке с ярко горящими глазами, с кучей разнообразных идей, который мог бы повести народ за собой. Видимо, из-за этого я так и понравился горожанам, что из всех кандидатов они выбрали именно меня.

Я разбирал материалы, данные мне по городу, разрабатывал планы для лучшего обустройства и обнаружил очень много странных записей об этом самом Нигде. Мне показалось, что об этом поселке очень много разнообразнейшей информации, которая встречалась даже там, где речи о поселке и не заходило.

Я попросил принести газетные статьи 10, 20, 30-летней давности о Нигде у своего секретаря. Через некоторое время она принесла стопку газет, я решил взять их домой, а пока заняться делами города.

Через некоторое время ко мне попросился бывший мэр города, который был на посту около двух лет. Он хотел мне что-то рассказать по поводу города и своей работы на этом посту.

Я принял его. Мы говорили о многих вещах, и он заметил у меня на столе эту стопку газет.

– Зачем Вам эта информация? – спросил он, внимательно изучая меня и мою реакцию.

– В Нигде никто не живет. Эта территория вполне могла служить для чего-то еще. Мы могли бы построить там государственное учреждение, детский сад, парк развлечений, банк или что-нибудь еще. – сказал я, не задумываясь над ответом. – Или заселить поселок заново.

– Я Вам настоятельно рекомендую. Никак и никогда не трогать Нигде. А лучше всего там даже не появляться.

– Почему?

– Об этом поселке ходят разные слухи. Я живу здесь очень давно и точно знаю, чего делать не следует. Если Вы не хотите никаких проблем, лучше сделать как я говорю, – ответил седой мужчина, пригладив редкие волосы на своей голове.

Прозвучало, как угроза. Если честно, после этого мне еще больше захотелось узнать и получить побольше информации.

Он поблагодарил меня за встречу и ушел.

Заканчивая работу, я прихватил несколько газет с собой, оставив остальные так же лежать на столе.

Если честно, я был очень воодушевлен своей новой должностью. Я решил отметить свой первый день в одной из ближайших кафешек.

Я заказал себе круассаны и кофе. И открыл газету.

Научно-популярные сводки, счастливые люди на обложках, анекдоты, кроссворды…новое заселение поселка Нигде…

– Послушайте, Вы уж простите мою прямоту и наглость, услышал я голос официанта, принесшего мне мой заказ.

– Да, да, – ответил я, не отрываясь от чтения.

– Зачем Вы читаете о Нигде? – услышал я взволнованный голос паренька.

Я посмотрел на него, на лице парня я прочитал реальный неподдельный страх.

– А что в этом такого? – спросил я.