Ирина Ячменникова – Бессветные 1 (страница 2)
– Да когда же вы перестанете напоминать мне об этом?! – возмутился Мэтис, на сей раз совершенно искренне, хотя часто нарочно разыгрывал обиду и уязвлённые чувства. Маска жертвы всегда делала окружающих более обходительными и сговорчивыми.
– Я вижу тебя в первый раз, Мэтис. Не нужно драматизировать, – не повёлся на манипуляцию доктор-араб, не сводя с пациента проницательного взгляда. – Ты можешь вспомнить, что именно видел? Постарайся описать.
– Ну, мне что-то там показалось, не помню уже. Я очень сильно ударился головой. Больше мне нечего вам сказать.
– А в карте что?
– Тут написано… – Ассистент снова уткнулся в бумажки. – Неоднократно представлял себя на месте родителей в момент аварии. Как будто проживал это наяву. Но потом отрицал, говорил, что не помнит.
– Вот видите? А вы всё никак не дадите забыть, – пожаловался Мэтис.
– Ну что с тобой делать? – хмыкнул доктор Ллойд. – Если жалоб нет, то я не смею тебя задерживать. Больше ведь нам нечего уточнять, так?
Ассистент помотал головой, потом встрепенулся и уставился на пациента так пристально, словно рассчитывал что-то прочесть на его лице.
– Нет, нет, тут все в порядке, – согласился он наконец, будто решающее слово оставалось за ним.
– Успехов тебе в учёбе и крепкого здоровья! – пожелал доктор и указал на дверь. – Но, если однажды симптомы вернутся, не раздумывая беги сюда. Это не шутки. Подобные случаи слишком часто заканчиваются самым неприятным образом.
– Это каким же? – поинтересовался Мэтис.
– Так тебя всё же что-то беспокоит? – Доктор приподнял бровь.
– Нет! Просто спросил, – поспешно ответил пациент и поднялся со стула, глядя на бюллетень. – Раз я могу идти… До свидания?
– Удачи.
Доктор-араб в неуместно приличном костюме покачал головой, по-кошачьи улыбнулся и поставил подпись. Мэтис забрал лист и, подхватив рюкзак с пола, поспешил из кабинета. Но у двери он замешкался и обернулся. Что-то не так было с этими двумя. Однако детектив-медиум решил не забивать голову ерундой, а наконец-то взяться за дело.
Глава 2. Симптомы
Сжимая в руке карманный фонарик, Мэтис крадучись спустился до нижней ступени. Возникший перед ним коридор уползал вперёд, где за плотными шторами сумрака прятался подъём в лечебницу. Это и был тот подземный проход, сквозной подвал под цокольным этажом.
На лестничной площадке тускло горели две лампы, вместе с кругом света от фонаря позволяя разглядеть пять дверей по обе стороны коридора: четыре одинаковые белые и одну серую, металлическую. Плитка на полу выглядела старой, но была в прекрасном состоянии. Раньше всё обладало большей прочностью и долговечностью.
Первая дверь сразу же поддалась, показав тесную каморку, заставленную вёдрами и швабрами. Обычная кладовая – никаких скелетов по углам. Дверь напротив оказалась заперта, а соседняя ещё и запечатана круглым штампом на пластилине. Мэтис вспомнил, что подобным образом закрывал рабочий кабинет отец, только тот работал в полиции, а не в городской поликлинике специфического назначения.
Металлическая дверь тоже не отворилась. На ней не было ни печатей, ни замков, ни отверстия для ключа – лишь маленький стеклянный экранчик, да и тот не светился. Рядом оказался то ли склад, то ли ещё одна кладовка побольше. Мэтис обошёл её, разглядывая ящики и стеллажи, но ничего подозрительного не нашёл. Кое-где под брезентом покоилась старая мебель, жёлтыми буграми выдаваясь из темноты.
На цокольном этаже было ещё скучнее, поэтому медиум-детектив не расстроился, лишь проворчал, что призракам стоило бы уже объявиться. Всё-таки ему нужно через час-другой быть дома, чтобы вместе с дядей и тётей послушать, каких ещё успехов в учёбе достиг его двоюродный братец Эд. Тот уже второй год жил в общежитии, но раз в месяц навещал родных, и, конечно же, ему надо было выбрать именно тот день – подаренный судьбой выходной от школы, на который у младшего имелись планы! Вот и будут до самого вечера разговоры о том, как дела в университете у одного и как прошёл визит к врачу у другого. Хоть здесь оставайся и в палату просись!
Мэтис ещё немного походил по подвалу, а потом засмотрелся на пылинки, плясавшие в рассеянном луче фонаря.
Мэтис очнулся, сидя на полу. Фонарь лежал неподалёку, подсвечивая брезент, словно абажур. Откуда-то из коридора донеслись голоса. Кажется, прошли мимо. Стоило отсидеться хотя бы пару минут.
Он решил не тратить время впустую, достал из рюкзака тетрадь и принялся записывать промелькнувшее видение, свободной рукой светя на страницу. Недавно он решил вести подробный дневник, а иначе какой из него детектив? Пока что исписал лишь несколько страниц наводками и идеями, а вот о кинолентах из прошлого обычно забывал. Они являлись достаточно часто, но редко были понятными. Прочие вообще походили на бред, но эта – что-то новое!
Выждав ещё немного, Мэтис выглянул в коридор и осмотрелся – никого. Только металлическая дверь сияла люминесцентной щелью. Кто-то открыл её и забыл захлопнуть, и полоска света теперь наискось рассекала тусклый подвал. Загоревшись любопытством, начинающий детектив поспешил проверить, что же там такое и есть ли там кто-нибудь.
Комната за дверью не походила на прежние чуланы – светлое помещение со слепящими белыми лампами и серебристой офисной мебелью. Внимание привлекли стеллажи со стеклянными пробирками и колбами. Мэтис решил, что это лаборатория, немного приоткрыл дверь и шагнул внутрь. На стене висел огромный плакат, отдалённо напоминавший географическую карту, только вместо стран и континентов на нём переплетались лабиринты извилин. Это были полушария головного мозга в продольном и поперечном разрезах. Вокруг ни души, но отчего-то горел свет. Вряд ли здесь кто-то работал: столы были совершенно пусты, и на каждом покоился красноречивый слой пыли.
Пройдя чуть дальше, Мэтис приметил ещё одну дверь, тоже металлическую, но с ручкой и без экрана. Следовало вернуться в коридор и не рисковать: не хотелось потом никому объяснять, что забыл посторонний в служебном помещении под психбольницей. Хотя при таком раскладе можно будет припустить со всех ног – вряд ли какая-нибудь тётечка-лаборант бросится в погоню. Главное – не попасться в руки толпе специально обученных санитаров, привыкших иметь дело с буйными.
На этот раз Мэтис не упал, лишь завалился на стол, вытирая пыль отцовским свитером. Но стоило ему прийти в себя, как он кожей почувствовал, что уже не один.
– Ну и что ты тут делаешь? – спокойно, но требовательно спросил мужской голос.
– Я… Я… – Мэтис хотел рвануть к выходу, но внезапно понял, что с ним говорит доктор Ллойд. – Я заблудился! Искал туалет.
– И лучше места не нашёл? – усмехнулся «араб», уперев руки в бока. – Вот что бывает, когда не закрываешь двери, Фор!
Ассистент тоже был здесь – мялся в сторонке. На его лице отпечатался такой испуг, словно за нечаянную оплошность ему грозило отчисление или даже увольнение, если он не был студентом.
– Извините! – выпалил Мэтис, глядя на заставших его врасплох, но уже пятясь к выходу.
Ему хотелось сбежать, но он и так выглядел глупо. Оставалось надеяться, что никто не догадается, отчего он только что чуть не упал.
– Хм, а фонарь ты носишь, чтобы искать дорогу в уборную? – уточнил доктор и перешёл на повелительный тон. – А ну-ка выверни карманы, дружочек, и покажи, что у тебя в рюкзаке!
Опять взрослые всё не так поняли, однако Мэтису скрывать было нечего, кроме мыслей и озарений, но тех даже при обыске никому не найти. Удирать неразумно: его уже видели и легко могли отыскать по медицинской карте. Лучше побыстрее доказать свою невиновность и убраться из подвала.