Ирина Воробей – Квиты (страница 12)
– И что? – мгновенно набычилась Лида. Желтуха звучала совсем недружелюбно.
– Ничего. Осторожнее носи кофе. Можно ведь и на себя пролить, – ухмылка ее обещала Лиде, что так и будет.
– Неуклюжестью не страдаю.
– Мы за партой, – встряла Таня, улыбаясь. – Лиде не нашлось места, вот она вынуждена таскать ее с собой. Анастасия Максимовна распорядилась.
– А бес… директриса даже собственную дочь не щадит, а мы жаловались, – посмеялась Желтуха и остальные за ней.
Здесь Лида согласилась удрученно.
Они сложили мобильную конструкцию и понесли. Лида с Таней взяли с обеих сторон парту, близняшки – стул. Один только стол было тяжело нести, руки сразу натягивались и опускались до предела. Стул выглядел легче, но близняшки тоже с трудом его тащили. Они были худы, как Лида, и при этом вытянутее, то есть выглядели еще более тонкими.
– Эта девушка с золотыми волосами, кстати, и есть Шкодина, – шепнула Таня. – Она выиграла конкурс красоты в прошлом году на Восьмое марта. И Кен подарил ей медляк в честь победы.
Лиде было не до сплетен, но в уме она поставила галочку, что надо запомнить и обходить стороной желтушную стерву, догадывалась, что простым кофе вряд ли отделается.
Близняшки шли первыми и остановились у лестницы. Следующий урок проходил на третьем этаже. Предстояло поднять эту тяжесть на целых два пролета. Все застопорились. Они устали тащить это по ровной поверхности, а тягать в гору нужны были новые силы. Лида с огромной благодарностью смотрела на девчонок, ведь одна бы она похоронила себя под этой партой еще на выходе из кабинета биологии.
– Дари, Мари, не раньте мое достоинство. Зачем так напрягаетесь? – напугал их сзади Волчий бас.
В проеме из-за угла показалась широкая фигура с хвостиком на макушке. Лида уже запомнила, что его зовут Паша.
– Да вот, Лиде помогаем, – сразу с претензией ответила Даша, уперев руки в бока. Серебряный браслет с бубенцами тихо прозвенел, упав с предплечья на запястье. – Мужики же у нас недоделанными оказались.
– Обижаешь, Дари, я молчал, – улыбнулся всем оскалом Паша и перенял у близняшек стул. – Просто каждому недоделанному рыцарю нужна своя царевна, которая его доделает.
Он подмигнул Даше, а она закатила глаза. Зато Маша смотрела на них с тоскливой завистью. Лида успела поймать этот мимолетный, но о многом говорящий взгляд, пока улыбка его не скрыла.
– Спасибо, Паша. Ты настоящий мужчина, – похвалила его Маша.
– Когда рядом настоящие женщины, – он поклонился головой и обернулся.
Маша ответила реверансом. Даша недовольно смяла пухлые губы.
В проем на лестницу залетел Ушлепыш и пробежался по всем пяти фигурам рассеянными глазами.
– Кен, твоя царевна в беде. Надо спасать, – Паша кивнул на Лиду, подпиравшую сложенный стол ногой сбоку.
Она покраснела, убеждая себя, что это гнев, а не смущение.
– Если царевна вежливо попросит, – Ушлепыш показал фарфоровый оскал. Так и хотелось разбить его вдребезги.
– Обойдусь, – Лида отвернулась.
– А я не откажусь от помощи. Я эту бандуру наверх не потащу, – заартачилась Таня.
Лида знала, что не имела права, но все равно корила ее за слабость, притом что Таня обладала явно большей силой, чем она. Лида сочла это за предательство. Хоть вслух ничего не сказала.
Ушлепыш перевел на Лиду ухмылистый взгляд, полный ожидания капитуляции.
Паша уже прошел три ступени и близняшки за ним поднялись на вторую. Таня поставила ногу на первую, а Ушлепыш не торопился. Лида скрестила руки. Ушлепыш стоял расслабленно и только бровь напрягал, подняв.
– Ну? – он уперся бедром в перила и скрестил руки – принял выжидательную позицию.
– Что ну? – недоумевала Лида.
– Так странно, Анастасия Максимовна вроде воспитанная женщина, дважды лучший педагог года, а ты у нее такая дикая.
Паша с девчонками выдавили по смешку.
– Думай, что хочешь. Мне плевать на твое мнение. Умолять я тебя точно не буду, потому что нормального человека умолять не надо, – отрезала Лида и, схватив стол, потащила его наверх по ступеням.
Ушлепыш с Пашей переглянулись. Девчонки помотали головами.
Стол тащился тяжело. Лида едва могла его сдвинуть, тем более поднять. Пришлось напрячь вообще все тело, но одну ступеньку она с трудом преодолела. Массив дерева вкупе с железными трубами оказался гораздо тяжелее, чем выглядел.
«Мама, блин, позаботилась, называется», – бесилась Лида. Злость хотя бы придавала ей сил.
На второй ступени Ушлепыш отобрал у нее стол и посмотрел в глаза с насмешкой.
– Неужели сказать «пожалуйста» тяжелее, чем тягать это?
– Тяжелее унижаться, да еще перед тобой, – все еще пыхтя, Лида попыталась прозвучать гордо.
– Понятно, – он отвернулся и показал всем рукой, что можно двигаться.
Со стороны казалось, что парни несли груз легко, даже вверх по лестнице, особенно по сравнению с девчонками. Хотя лица оба напрягали туго и дышали тяжело.
«Сколько в них силы», – искренне восхитилась Лида, чувствуя, как по жилам растекается усталость.
Она сцепила руки и подбородок чуть приподняла. На Ушлепыша старалась не смотреть. Его кристальные глаза слепили и одновременно пугали своей прозрачной глубиной.
– Твой папа, случайно, не Шрек? – спросил он внезапно.
– С чего бы вдруг? – вопрос прозвучал не в тему и Лиде потребовалась пара секунд смекнуть, к чему он клонит. – Потому что Шрек тоже зеленый и живет на болоте, как лягушка?
Орком Лиду еще не называли. Она вперила тяжелый взгляд в наглую ушастую рожу – вынудил.
Ушлепыш выдавил смешок и покачал головой, как бы отнекиваясь.
– Потому что он тоже не любит людей, как ты.
Остальные уже поднялись на этаж, и Ушлепыш нагнал их, перешагивая через ступеньки. Лида засеменила следом.
– Я люблю людей, просто не всех.
Она кивнула на него с намеком. Ушлепыш то ли правда не понял, то ли сделал вид.
– Ага, маму, – усмехнулся. – Это не считается. Мам все любят.
У Лиды ком образовался в горле за секунду, но она его пересилила и ответила тихо, опустив голову.
– Не все.
Девчонки с Пашей почему-то на нее обернулись, затем переглянулись и пошли вперед. Лида с Ушлепышем шагали метрах в двух следом. Зависла пауза.
Ее прервала девушка, бежавшая им навстречу – та самая Желтуха. Она сперва подошла к Тане и передала ей брелок с ключами:
– Ты обронила в кабинете.
– О, спасибо! – Таня сунула ключи в карман и улыбнулась Желтухе, но та на нее уже не обращала внимания, зато глазела на Ларионова.
– Привет, Кен!
А Лиде достался убийственный взгляд.
– Привет, Люся, – улыбнулся он дружелюбно.
– Ты сегодня идешь на тренировку?
– А ты будешь меня там ждать? – Ушлепышу шел кокетливый тон. Сам по себе голос у него был низковат, но на таких волнах звучал ласково для ушей, даже не влюбленных Лидиных. Желтуха так вообще мгновенно растаяла.
– У меня просто тоже тренировка сегодня, – она попыталась сохранить лицо, которое покрылось густой краской.
– Тогда приду.