Ирина Воробей – Куколка. Новая жизнь (страница 2)
– В любом случае не попробуешь – не узнаешь, – на большую мудрость опыта Татьяне не хватало.
Девчонка перевела на нее вдумчивый взгляд и опять отвернулась к окну.
– Если стану как мать, уйду в монастырь, – докончила она и сжалась сильнее.
Какое-то время они молчали. Ясное небо постепенно покрывалось облаками и серело. По мере приближения к Москве тучи сгущались. Вскоре сплошная стена леса сменилась пустырями, засеянными полями, садовыми домиками, дачами и коттеджами. Потом пошли небольшие города. Затем опять длинные участки леса. Пейзажи быстро чередовались.
– Я бы хотела жить с отцом, но суд ни за что не поручит ему опеку надо мной, – с сожалением сказала Лада.
Татьяна снова ворвалась в вагон поезда из густых зарослей придорожных деревьев, которые странным образом ее успокаивали. Чтобы понять услышанное, она несколько раз повторила фразу в голове, прежде чем спросить:
– Почему он не может найти постоянную работу?
– Раздолбай потому что, – шутя-любя ответила девчонка.
Она смеялась открыто, ничем не закрывая рот несмотря на брекеты. Татьяна в уме похвалила ее за это, потому что сама сильно стеснялась, когда носила такие же. Ей казалось, что тяжелые, металлические, неестественные скобы уродуют ее маленькое личико, показывают несовершенство и сильно привлекают внимание людей. Сейчас она смотрела на Ладу и видела, что брекеты не могли ее испортить, потому что воспринимались как нечто чужеродное, и стесняться их было подростковой глупостью.
Лада рассказала про своего отца, которого явно любила больше, чем мать. По ее словам, отец был хорошим человеком, но неудачником по жизни. В молодости мечтал стать актером – не сложилось. Теперь перебивался разными черными заработками и делал вид, что пишет книгу на протяжении уже лет десяти. Иногда он уходил в запой, но всегда возвращался к нормальной жизни. От него Лада получала настоящую моральную поддержку, и была привязана к нему с детства гораздо больше, чем к матери, которая всегда давала ей только материальные блага.
– Классическая теледраматическая семья, не находишь? – рассказ девчонка закончила очередной усмешкой.
Татьяна только пожала плечами. Засвистели тормоза. Поезд медленно остановился. Название городка обе пропустили. Поселение было небольшим и безызвестным. Железнодорожная станция стояла каменным особняком на пустынной площади, выделяясь из общей массы ярко-оранжевым цветом. Вокруг торчали поодиночке молодые деревья, а вдалеке прятались косые дома и безвкусно обшитые профлистом торговые и офисные здания с множеством дешевых вывесок из 90-х гг. Вид из окна навевал тоску не меньше, чем рассказ о Ладиной семье.
Татьяна вздохнула и повернулась к ней, чтобы сказать что-то маловажное, когда в вагон ворвались двое молодых людей.
***
Глава 1. Попутчица (2)
Первый, лысый и подтянутый, носил мятую рубашку и джинсовые скинни, рваные в нескольких местах. Желто-серые оттенки разной тональности когда-то белых подошв говорили о любви к пешим прогулкам. Глаза закрывали круглые зеркальные очки.
Второй был во всем средним, носил подвернутые на лодыжке чиносы и приталенную футболку с растекающимся во что-то непонятное принтом. Каштановые волосы накрывала бейсболка.
Внешне они выглядели ровесниками Татьяны, но вели себя уверенно и нагло, претендуя на большую взрослость. Кривые ухмылки озарили острые лица. Татьяна почувствовала легкую неприязнь, поймав изучающий взгляд шатена. Лысый переводил хитрые глаза с одной на другую, жуя жвачку.
– Добрый вечер! – сказал он, чуть причмокнув. – Да возрадуется моя душа, ибо поездка предполагает быть интересной.
Он улыбнулся Ладе. Та смущенно ответила тем же и мгновенно залилась краской. Татьяна увидела, как выпрямилась ее осанка, из-за чего грудь выступила чуть вперед, хотя она и так хорошо выдавалась под тонкой майкой, которая даже чаши бюстгальтера закрывала не до конца. Лысый подсел к ней на полку, а второй сел напротив, к Татьяне, и сбросил кожаный рюкзак на пол. Лишь бы отсесть, она вжалась в стену поезда. Пришлось сгруппироваться от напряжения.
– Владимир, – лысый протянул испещренную ссадинами руку Ладе.
Та покраснела и пожала ее.
– Лада.
– Твое полное имя должно быть Мармелада? – мягким, почти женским, голосом с нотками фальшивой нежности проговорил Владимир. – Как еще могли назвать такое прелестное создание!
Татьяна закатила глаза и отвернулась к окну. Девчонка расплылась в смущенно-благодарной улыбке и, облизав губы, закусила нижнюю.
– Нет, просто Лада.
– Ну а это просто Степа, – Владимир небрежно махнул рукой на друга.
Степа кивнул, а потом внимательно посмотрел на Татьяну, заодно оценивая ее внешние данные. Любопытная ухмылочка растянулась на всю ширь узкого лица. Она не стала ничего говорить.
– А подругу твою как зовут? – спросил лысый у Лады.
– Таня, – ответила та.
Татьяна посмотрела на нее таким взглядом, будто девчонка раскрыла перед всем миром ее самую страшную тайну, но Лада быстро перевела возбужденный взгляд обратно на лысого.
– Очень приятно, Таня, – нарочито вежливо сказал парень, медленно кивнув.
Татьяна на секунду выдавила слабую улыбку в ответ и тут же снова вернула каменное выражение лица. Владимир при этом сверлил ее вдумчивым взглядом, в котором горел недобрый огонек неизвестных мыслей.
– Откуда едешь, Лада? – спросил лысый.
– Из Питера.
Девчонка уперлась в боковую стену поезда, чтобы развернуться к парню всем корпусом.
– Что ж, я дурак, спрашиваю, – воскликнул тот, щелкнув себя легонько по лбу. – Поезд же Питер-Москва, можно было и догадаться.
Лада хихикнула. Татьяна хмыкнула. Степа разглядывал обеих по очереди.
– Москву покорять? – спросил Владимир.
– Мне не надо ее покорять. Я там живу. Уже лет семь как, – усмехнулась Лада. – А вы откуда?
Любопытными круглыми глазами она обегала парней за считаные секунды по кругу.
– Я Владимир из Владимира, – заявил лысый, вытянув руку вперед, как Ленин, будто провозглашал свой великий, кровью и потом заслуженный, титул.
– Это что, Владимир был? Такой маленький? – изумилась Лада. – Я думала, он крупный и в другом месте находится.
Парни рассмеялись. Татьяна улыбнулась.
– Нет, глупышка.
Лысый убрал за ухо распущенные волосы Лады, отчего девчонка поджала плечо к голове и густо зарумянилась.
– Это была какая-то захолустная жопа мира, откуда он родом, – говоря это, Владимир перевел ухмыляющийся взгляд на друга. – А я к нему в гости приезжал. Теперь мы едем к нашему третьему другу в Москву.
Дальше Татьяна слушала без интереса, хотя деваться было некуда. Стоило отдать Владимиру должное – он умел развлечь беседой, хоть и примитивной, в которой Лада участвовала с завороженным любопытством. Татьяна заметила искорки в ее глазах. На секунду даже показалось, что девчонка пошла в мать, но она отвергла эту мысль, решив, что той просто не хватает опыта. Она и сама не была умудрена жизнью, но эти парни заставляли напрягаться. Девушка никак не могла удобно сесть, постоянно чувствовала сжатие изнутри и желание забиться в темный угол, подальше от них, но вместо этого приходилось односложно отвечать на изредка задаваемые вопросы.
Говорил в основном лысый. Шатен только посмеивался или вставлял незначительные комментарии. Владимир отвешивал всяческие комплименты Ладе, отчего та все более внимательно слушала и с большим любопытством смотрела. Татьяна подметила у него неплохое чувство юмора, хоть оно и выражалось в исключительно низких шутках.
Парень расспрашивал Ладу обо всем. Она ему обо всем с удовольствием рассказывала. Много времени обсуждали ее мать. Девчонка жаловалась, Владимир понимающе кивал, а потом вставлял псевдомудрые комментарии, но Ладе они нравились, потому что полностью ее поддерживали. Под конец пути она смотрела на него с восторгом.
За болтовней время пролетело быстро. Поезд прибыл четко по расписанию в 21:58. На улице стояла темень, но по каплям на окнах и дверях можно было догадаться, что льет дождь, не ливень, но и не мелкая морось. На небе не показывалась ни одна звезда. Все затянулось тучами.
С перрона компания направилась к выходу вслед за галдящей толпой. Кто-то радовался долгожданной встрече, кто-то обсуждал мерзкую погоду, но большинство гремело чемоданами. Татьяна тоже тащила за собой чемоданчик, который то и дело подскакивал на неровностях бетона. Она шла впереди всех. Степа шел за ней, натягивая на голову бейсболку. Владимир вел Ладу за плечи следом, рассказывая что-то почти на ухо, потому что шум толпы заглушал его слабый голос.
Все четверо остановились на площади перед вокзалом. Настало время прощаться, которого Татьяна ждала. Сбоку к ним подошел еще один парень, высокий, широкий, с козлиной бородкой на первом подбородке. Владимир представил девушкам третьего друга – Серегу.
– Ну, куда вы, красавицы, в такую погоду пойдете? – сказал лысый. – Что мы, не джентльмены, что ли? Давайте, мы вас подвезем, куда скажете.
Он сразу бросил вопросительный взгляд на Татьяну. Лада сделала то же самое. Татьяна не понимала, при чем здесь она.
– Нет, спасибо, не надо, – отмахнулась.
– Тань, ну, куда ты сейчас одна? – воскликнула Лада. – Поехали ко мне. Тебе же все равно некуда идти. Мама на работе сегодня. А утром уже нормально будешь искать жилье.