Ирина Владимирова – Живи! (страница 24)

Яков Семёнович грустно протянул детективу конверт, а Перчаточка конверт вскрыл и сумму пересчитал.

- Не доверяете?

- Что вы?! Доверяю, но деньги счет любят. Я всегда проверяю, чтобы не возникало каких-либо непоняток.

«Вот жлоб! Лишь бы денег содрать!» подумал Яков Семёнович.

«Вот жлоб! За деньги душу вытрясет!» подумал сыщик.

Софья вернулась, передала договор для подписи и вновь исчезла.

Договор сторонами подписан, и Перчаточка спустился вниз.

Кафе он знал очень хорошо, потому что, бывая с проверками в торговом центре, неоднократно заходил туда, и впечатление от посещения складывалось самое приятное. Стены обшиты деревянными рейками. Точно так он обшил стены во всех помещениях на своей даче. Большие светлые окна и занавески белые в красный горошек. Примерно такие же на дачу сшила его жена. Пластиковые столы, покрытые ситцевыми скатертями, но красными в белый горошек. Легкие пластиковые стулья. Лампы дневного света, гудящие и мигающие. Новоявленный детектив предался ностальгии. Вспоминал старые времена. Никуда от этого не деться. Ведь дачу он получил бесплатно как сотрудник милиции. И в этом кафе всё как в его молодости! Только тогда он работал в милиции на незначительных должностях. Со временем выработал выслугу и пошел на пенсию. А вместе с пенсией и на работу в коммерцию. А ныне он постаревший мужчина, с брюшком, поредевшими волосами, отвисшими щеками. Эх, молодость, молодость, как быстро ты пролетела!

В зале находились посетители. Судя по всему, это покупатели из торгового центра. Отдыхают после активного шопинга. Кое-кто рассматривает покупки, а кто-то пытается примерить вещички. Дети, от радости, что не надо таскаться с родителями по магазинам, прыгают с криками между столиками.

«А ведь и неплохо было», — думал он, подходя к раздаточному столу, — «и квартиру дали бесплатно, и дачу с участком. А сейчас по теперешним ценам купить это не смог бы».

Он взял русский оливье, жареную свинину с картофелем фри, кусочек медовика. А кофе или чай на выбор надо наливать самому из термосов, располагавшихся на специальном столе возле окна. Когда он расправился с салатом в кафе ввалился ожидаемый коллектив. Женщины. Они продолжали о чём-то говорить, шумно делая заказ, долго расплачивались в кассе, занимая друг у друга или меняя друг другу деньги, громко спрашивали друг у друга кому наливать чай, кому кофе, класть ли сахар, а если класть, то сколько, или может кто хочет сливок. Но, когда-то закончилось и это. Все расселись за самым длинным столом. Женский разговор продолжался. Борис Соломонович сидел недалеко и прислушивался.

Женская компания была в весёлом расположении духа.

- Наконец-то заканчиваем это нудное дело. Предлагаю отметить.

- Где отмечать будем?

- Ой! Поехали ко мне. Муж на дачу уедет с внуками, а мы спокойно посидим.

- А что? Можно и к Нине поехать. У неё квартира большая. Да и мешать никому не будем.

- И отлично! Завтра директор и Змеюка после обеда куда-то со спонсорами до конца дня уезжают. Так что вполне можно отмечать!

«Змеюка – это заместитель Софья. А верно подмечено. Похожа на змеюку», — хихикнул про себя Перчаточка, который от нечего делать подслушивал разговоры работниц.

- Точно? Отдохнём!

- Кириллова, ты пойдёшь?

- Конечно. Я эти дни свободна. То есть, буду одна.

- Какой он у тебя странный. Уж надо бы определяться, чай, не молоденькие.

- Он по характеру, видимо, заботливый. Говорит, с родителями в выходные будет.

Стали обсуждать, что купить из еды и выпивки.

- Эх, жаль и праздников никаких долго не будет.

- Как не будет? У меня юбилей. Вернее, у нас. Сорок лет супружеской жизни. Дети планируют ресторан заказывать. Имейте в виду всех сотрудников приглашаем.

- Ольга Алексеевна, да что же вы раньше не говорили? Надо подарок покупать. Вы уж скажите, что дарить-то.

- Конечно, скажу. Только с мужем посоветуюсь. И скажу.

Народ в кафе не убывал. Дети с криками по-прежнему носились между столами.

- Девчонки, не волнуйтесь. Теперь-то что хочешь и когда хочешь купить можно. Не то, что в наше время.

- Да было время. Как вспомню. Тотальный дефицит!

- Угу. Сейчас купить можно, а вот мужа найти хорошего, или хотя бы познакомиться с хорошим мужчиной невозможно. Раньше проще было. Куда мужики подевались?

- Эк, спохватилась! Да хороших всех разобрали! Пока очень умные сидели, выбирали, да провыбирались.

- Ольга Алексеевна, а вы как со своим познакомились?

- Как? Мы с ним в школу вместе ходили. Правда, в шестом классе его мать в другую школу в Москву перевела. А когда мне двадцать лет исполнилось, пригласила меня подружка из Москвы на праздник к себе домой. Приезжаю, а там компания большая. Смотрю, Саша сидит. Оказывается, они вместе в институте учатся. Вот так ещё раз встретились и больше не расстались.

- Ах! Как в кино!

Тем временем Софья искала какую бумагу передать Марфе, чтобы сыщик смог её сфотографировать. Как на зло ничего путного не попадалось. И тут очень вовремя появился курьер. Передал толстенький конверт с пришпиленным бланком, взял расписку и убежал. С листка бросался в глаза фирменный знак Маргарет Сильвер, известной светской дамы, а также модного психоаналитика. У Софьи перехватило дыхание. Как ей повезло! Известная личность пожелала сделать аналитическую справку на некое третье лицо. К письму прилагались какие-то выписки.

«Вот с этим, я подойду сейчас к Марфе», — решила женщина. И, накинув верхнюю одежду, побежала в кафе.

Сотрудниц консалтинговой фирмы она увидела сразу и краем глаза отметила сыщика, сидящего недалеко.

- Марфа, извини, что беспокою во время перерыва, но дело не требует отлагательств. Меня срочно послали в производственный цех, в область. Я уже сегодня в офисе не появлюсь. А Яков Семёнович передал материалы для тебя, сделать аналитическую справку, как ты умеешь, с особым мнением. Передаю. До завтра, — произнесено очень быстро и также быстро ретировалась, чтобы не задавали вопросов. Проходя мимо Перчаточки, она мигнула глазом.

- Вот Змеюка. И здесь покоя нет от неё.

- Ладно, девочки. Перекусили. Идёмте работать. Заодно, вечеринку обсудим.

Компания удалилась.

Борис Соломонович покинул кафе следом. Нужную сотрудницу он заметил и даже сфотографировал. Женщина как женщина. Единственная из присутствующих не воспользовавшаяся косметикой. Одета на его взгляд странновато. Серо. Неинтересно. Если сравнить с товарками. Даже та, которая на семейный юбилей всех пригласила одета в яркими цветами платье, и причёска с каким-то начесом. Другие тоже выделяются. У кого кофточка расшита блестящими штуками, у кого брюки из блестящей ткани и в обтяжку. Глаза накрашены, щеки накрашены. Смотреть любо-дорого. А эта так себе. Хвост затянула и думает, что сойдёт. Хотя черты лица приятные и в целом выглядит моложе своих лет. Перчаточка решил проследить за объектом в тот же вечер. Зачем дожидаться вторника? Дело ему казалось очень странным. У такой бесцветной возрастной тётки никак не может быть в близких друзьях крупный чиновник. Формат у неё не тот. С другой стороны, может, дружок уехал надолго, а она поэтому не красится, прическу не делает и прилично не одевается?

Глава 8

Глава 7

Москва. Некоторое время назад

До окончания рабочего дня сыщик отсиделся в своей машине. Подумал и натянул паричок и кепку с длинным козырьком. Для конспирации. Вдруг он ошибся, а эта «серая мышь» наблюдательна и хитра и засекла его в кафе? Глянул на себя в зеркало заднего вида и остался доволен новым обликом. Увидев вышедшую Марфу, отправился следом пешком. Она шла не торопясь. Впрочем, никто здесь не торопился. Молодые женщины искоса бросали игривые взгляды на молодых мужчин. Молодые мужчины поглядывали на молодых женщин. А кое-кто несмотря на погоду усаживался на уличные лавки, картинно закидывая ногу на ногу и зажав в руке сигарету.

«Серая мышь» Кириллова шла бульваром. Сыщик за ней. Неторопливая прогулка навеяла на сыщика философское настроение. В шелесте деревьев и кустов ему слышались знакомые фамилии: Гоголь, Островский, Тютчев, Чехов, Толстой, Бунин, Лермонтов. Все они прогуливались этим бульваром, слушали щебет птиц, поглядывая на утонченных дам в вуалях. Мимо пролетали экипажи. Лошади ржали. Чинно двигался городовой. Мелькали приказчики и разносчики.

«Вот иду я не торопясь, а каких-то лет двести назад сюда гувернёр приводил маленького Пушкина. Или Грибоедова? Неважно. Важно, что я сегодня здесь иду. Аристократы гуляли. На лужайки и фонтаны любовались. Беседки, статуи. Арабская кондитерская модная была где-то здесь».

С удивлением для себя Перчаточка неожиданно вспомнил эти факты.

А также память подсунула сведения о том, что этот бульвар стал самым первым московским бульваром. И занял он место частично вала Белого города, частично крепостной стены. И то, что здесь пролетарский поэт Маяковский требовал снести Страстной девичий монастырь. И снесли, а памятник передвинули. То, что здесь в далёком 1812 году записывались в народное ополчение бить Наполеона. И то, что в менее далёком 1905 году вокруг памятника Пушкина выставляли красные флаги, на сам памятник навешивали красные банты, а у постамента – пулемёты. Во времена его молодости в школе милиции не только преподавали тонкости уголовного процесса и права, но и историю страны. По жизни ему никогда не приходилось вспоминать об исторических вехах страны и столицы. А тут! Не торопясь прошёлся – и на тебе! Мозг всё выложил.