Ирина Васильева – Реквием по стае (страница 4)
Антон перевёл прицел обратно на купол. Внезапно пульсация усилилась. Поверхность черного гиганта вспыхнула изнутри ядовито-фиолетовым светом. Вспышка была короткой, но интенсивной, заставив автоматику винтовки автоматически затемнить линзы оптики.
— Что это было?
— Стабилизация поля, — ответил Виктор, прикрывая глаза рукой. Даже с такого расстояния свет был болезненным. — Или прорыв. Я же говорю, у них хаос. Технократов ведет доктор Шульман. Безумец старой школы. Он считает, что мы должны эволюционировать вместе с пустотой, стать её частью. Военные во главе с генералом Морозовым считают иначе. Для них это просто новый источник питания. Новый атомный реактор. Их конфликт дестабилизирует систему.
Лера резко села, забыв о маскировке. Её лицо исказилось от внезапного приступа головной боли.
— Там люди... Внутри. Много людей. И они... они боятся. Не врага. Себя. Они чувствуют эту силу. Она меняет их.
— Побочные эффекты, — равнодушно бросил Виктор. — Длительное воздействие полей высокой плотности вызывает мутации клеток. Некоторые сходят с ума, другие обретают способности, схожие с вашими, но нестабильные. Проект «Феникс» — это гигантский котел с радиоактивным супом. И скоро он взорвется.
Антон отложил винтовку. Дальнейшее наблюдение давало лишь подтверждение того, что они уже знали: соваться туда без плана — самоубийство. Прямой штурм невозможен. Даже если бы они собрали все стаи Севера, эта крепость перемолола бы любую армию. Нужна диверсия. Нужно попасть внутрь.
Они отползли назад, скрываясь за гребнем холма, и спустились к подножию, где их ждал вездеход и угрюмый водитель-наемник.
— Ну что, профессор? — спросил наемник, жуя спичку. — Убедились? Ваша затея пахнет хуже, чем мои портянки после недели в болоте.
Виктор медленно повернулся к нему. Несмотря на болезнь и слабость, в этот момент он снова стал похож на того властного хищника, которого Артём знал раньше. Взгляд Виктора впился в переносицу наемника, заставляя того невольно выпрямиться.
— Заткнись и вези нас на точку «Браво», — голос Савельева звучал тихо, но металл в нем звенел отчетливо. — Если всё пройдет успешно, ты сможешь купить себе остров в Тихом океане и забыть слово «болото».
Наемник фыркнул, но спорить не стал. Двигатель взревел, и машина тронулась, разбрызгивая грязь.
Точка «Браво» оказалась заброшенной деревней лесорубов километрах в двадцати от базы. Десяток полуразрушенных бараков, покосившиеся сараи и ржавые остовы тракторов. Место выглядело давно покинутым, но когда вездеход въехал на центральную улицу, из одного из домов вышли двое мужчин в гражданском.
Это были ученые. Антон чуял их запах — смесь дорогого парфюма, призванного скрыть запах пота, страха и специфической химии лабораторий. Никаких военных, никакого оружия на виду. Только планшеты в руках и нервные взгляды.
Один из них, высокий худой мужчина в очках с толстыми линзами, поспешил навстречу остановившейся машине. Узнав Виктора, он замер на полушаге. На его лице отразилась целая гамма эмоций: шок, недоверие, а затем — отчаянная надежда.
— Виктор Павлович? Вы... живы? Нам сказали, что вас списали в утиль после инцидента с «Сигмой».
— Жив, как видите, Аркадий, — Савельев выбрался из кузова, опираясь на трость. Каждое движение давалось ему с трудом. — Хотя чувствую себя немногим лучше мертвеца. Рад видеть тебя в добром здравии. Значит, твои принципы всё ещё можно купить за правильную цену?
Аркадий (доктор физико-математических наук, судя по бейджу на заляпанном халате) побледнел еще сильнее.
— Это не то, что вы думаете. Мы заложники обстоятельств. Генерал Морозов держит наши семьи. Моих детей... они угрожают отправить их в карантинную зону, если мы не выдадим расчетную мощность ядра.
— Чушь, — отрезал Виктор, подходя ближе. — Морозов — дуболом. Ему нужны цифры, а не ваши сопливые семейные драмы. Это Шульман играет в психологические игры. Старый паук плетет сети. Но его время вышло. У меня есть данные, которые обрушат весь этот карточный домик. И мне нужен доступ к главному терминалу управления буровыми установками.
Ученый оглянулся на своего спутника, затем на мрачных оборотней, выходящих из вездехода.
— Главный терминал? Это самоубийство. Центр управления находится прямо под куполом. Уровень безопасности «Алый». Биометрия высшего допуска. Вас расстреляют на подходе.
Виктор усмехнулся, и эта улыбка была страшнее любого оскала зверя.
— Именно поэтому нам понадобится твоя помощь, Аркаша. Мне нужна твоя биометрия. И коды доступа твоего отдела.
План, родившийся в прокуренном помещении одного из бараков, был дерзким до безумия. Настолько безумным, что имел шанс сработать именно потому, что никто в здравом уме не ожидал подобного хода.
Центр управления «Омегой» требовал авторизации двух человек одновременно. Двух разных отделов. Аркадий представлял отдел геофизики и квантовой механики. Второй ключ принадлежал начальнику службы внутренней безопасности, полковнику Елене Орловой. Проблема заключалась в том, что Орлова была фанатично предана проекту и никогда не покидала защищенный периметр центра.
Здесь в игру вступал дар Милы.
Связь с дочерью ощущалась тонкой, натянутой струной, вибрирующей на самой грани восприятия. Мила была далеко, но она услышала зов. Ответ пришел мгновенно, яркой вспышкой тепла в холодной тьме ментального эфира:
Через час приготовления были закончены. Виктор, несмотря на протесты, настоял на своем участии. «Без меня система заблокирует доступ при любом подозрении на захват заложников», — заявил он.
Дискуссия о том, кто пойдет внутрь, была короткой. Идти должен был Антон. Его частичный оборот давал преимущество в скорости и силе, а опыт прошлых битв делал его идеальным диверсантом. Лера должна была остаться снаружи, поддерживая связь с Милой и готовая нанести отвлекающий удар эмпатическим импульсом, если ситуация выйдет из-под контроля.
Инъекция адреналина и стимуляторов немного взбодрила Виктора, вернув краски на его лицо, хотя Антону казалось, что он чувствует запах гниения, идущий от кожи профессора.
Они подъехали к внешнему периметру базы на старом грузовике снабжения, который наемники угнали вчера. Охрана на КПП проверила документы Аркадия (фальшивые пропуска сработали идеально), просканировала Виктора (индикатор показал статус «Консультант, уровень допуска B») и бегло осмотрела кузов.
— Что везете? — лениво спросил солдат, водя ручным сканером.
— Оборудование для калибровки датчиков в секторе Гамма, — бодро отрапортовал Аркадий, протягивая планшет со схемой. — Приказ доктора Шульмана. Срочно.
Солдат посмотрел на экран, кивнул и махнул рукой, пропуская машину.
Внутри периметра комплекс напоминал муравейник. Повсюду кипела работа: рабочие в оранжевых комбинезонах тянули кабели, инженеры сверялись с показаниями приборов, военные патрули следили за порядком. Воздух гудел от напряжения и низкого гула машин.
Грузовик остановился у неприметного технического входа в западной части купола. Здесь охрана была номинальной — никому не могло прийти в голову атаковать сердце системы изнутри.
— Три минуты, — шепнул Виктор, глядя на часы. — Ровно три минуты до смены караула на главном входе. Это наш коридор.
Антон выскользнул из кузова вслед за учеными. Трансформация шла тяжело — ингибитор сопротивлялся, вызывая тупую боль в мышцах. Когти прорезали кожу перчаток. Он чувствовал себя связанным.
Они прошли через шлюз дезинфекции, миновали пустой пост охраны и оказались в лабиринте технических коридоров. Здесь пахло озоном, горячим пластиком и дешевым кофе. Стены вибрировали от работы глубинных механизмов.
Аркадий провел картой по считывателю массивной стальной двери. Замок щелкнул.
— Блок геофильтрации, — пояснил он. — Отсюда идет прямой тоннель к шахтам лифтов центра управления.
Они вошли в просторное помещение, уставленное серверами и панелями управления. Посреди зала стоял огромный монитор, отображающий трехмерную модель земного ядра. Красная точка в самом центре пульсировала в такт сердцебиению планеты.
И тут всё пошло наперекосяк.
Из бокового прохода вышли два охранника. Не обычные солдаты, а оперативники спецподразделения «Феникса» в черной броне с закрытыми шлемами.
— Стоять! — рявкнул один из них, вскидывая короткоствольный автомат. — Кто разрешил доступ в этот сектор? Ваши пропуска недействительны!
Время замедлилось. Антон увидел, как палец охранника начинает выбирать свободный ход спускового крючка. Он прыгнул вперед, трансформируясь на лету, игнорируя дикую боль от сопротивления ингибитора. Частичный оборот разорвал одежду на спине, выпуская шипы и когти. Он врезался в ближайшего бойца, сбивая его с ног. Хруст ломающихся костей прозвучал оглушительно громко.
Второй охранник успел дать короткую очередь. Пули ушли в потолок, осыпав всех штукатуркой. Виктор, проявив неожиданную прыть, метнул свою трость. Серебряный набалдашник попал точно в стык брони на шее солдата. Тот захрипел и упал, парализованный электрическим разрядом защитного механизма трости.
Всё заняло четыре секунды.
В тишине, наступившей после схватки, раздался холодный, лишенный эмоций голос системы оповещения: