Ирина Ваганова – Вернись! Пока дорога не забыта (страница 31)
– Этого тебе никто не запрещает, вот и главный охотник у нас любит камни потаскать, – ответил король, поглядывая на сына. Флорен густо покраснел и отвёл глаза.
После того как совет закончился, к Ирилею многие подходили с поздравлениями. Хвалили гимн, радовались, что музыкант, когда руки заживут, сможет устраивать концерты по вечерам. К поклонникам его таланта присоединился и принц. Флорен с Ирилеем подружился ещё в пути, он даже немного научился играть на его инструменте, но в Драконьем Чреве они не встречались. Принц был постоянно занят охотой. Под его руководством оказывались гвардейцы, некоторые вельможи, кое-кто из слуг – те, кто умел держать оружие, и представлял, что такое силки и капканы. Музыкант не входил в их число. Теперь Ирилей в составе совета, они будут часто встречаться. Это радовало обоих. Юношеское сердце требовало друга. Здесь был ещё мальчик-пастушок, но он вёл себя диковато, ни с кем, кроме своего дедушки не общался. Принц иногда встречал Лири́ка в лесу, где тот собирал ягоды, но попытки заговорить с ним не имели успеха. Пастушок занимался необычным для мальчика делом. После стрижки овец получили много шерсти. Встал вопрос, как изготовить из неё тёплые вещи, которые наверняка понадобятся зимой. Хотя у людей было с собой всё, чтобы уберечься от холода в дороге, но на тяжёлых работах эти вещи износятся ещё осенью. Оказалось, что Лирик умеет прясть и вязать, о чём его дед сообщил Кармелю. Вскоре были изготовлены деревянные спицы, прялки, три веретена и в помощь мальчику назначили двух изнеженных вельмож. Приложив немалые усилия, пастушок научил пожилых господ прясть, а сам принялся вязать тёплые накидки, носки, рукавицы. Дело продвигалось медленно, навыков «мастерицам» не хватало, но к зиме хотя бы те, кто роет канал, охотится и рыбачит, будут обеспечены шерстяными вещами.
Энвард увидел перемены в общем настроении, когда по вечерам на плато у озера стала звучать музыка. Ирилей не остановился на гимне, он сочинял и другие песни. Король изредка и сам бывал на этих концертах, с удовольствием слушал хоровое исполнение и солистов. Вспомнились балы и музыкальные вечера во дворце, посещения которых были для него обременительными. Энвард не понимал тогда, зачем нужна вся эта музыка. Восторги других слушателей казались ему неискренними. Теперь же, наблюдая, как песни вносят новые краски в напряжённую жизнь, он переменил своё отношение к искусству. Поэтому, когда Ирилей подошёл к нему после очередного совета с просьбой разрешить художнику Хокасу выполнять заказы, отнёсся к его обращению внимательно.
– Что, живописца тоже необходимо освободить от тяжёлых работ? – спросил он музыканта.
– Люди готовы сами заменять его, лишь бы получить портреты близких.
– Как же он будет изображать людей, которых никогда в жизни не видел? – удивился король.
– Если рассказать Хокасу какие у человека волосы, какие глаза и брови, он рисует похоже. Глядя на образ, легче мысленно поговорить с близким человеком.
– Интересно. А есть ли у него достаточное количество холстов, красок?
– Он брал кое-что с собой в Новый замок в надежде на заказы. Желающих много, придётся ограничиться миниатюрами, но для Вас он написал картину не слишком маленького размера.
– Для меня? – изумился Энвард.
– Изволите посмотреть? – Ирилей махнул рукой художнику, мявшемуся неподалёку.
– Ваше Величество, простите мою дерзость, – поклонившись, начал Хокас, – я по памяти изобразил королеву, принцесс и Диоля. Угодно будет взглянуть?
Энвард взял протянутый ему небольшой холст, помещённый в простую раму и, взглянув на картину, едва не потерял равновесие. На него внимательно смотрела Рогнеда, обнимая Диоля и Диолисию. Рядом, положив руку на плечо матери, стояла Эгрета. Взгляд Диоля был немного надменным. Казалось, он до сих пор обижается, что его не взяли в путешествие, Диолисия глядела лукаво, Эгрета серьёзно. Парадные портреты, которые Хокас писал во дворце, выполнялись тщательней, но разве это важно! Родные черты напоминали тех, ради кого король и его люди трудились, прикладывали огромные усилия. Как тепло стало на сердце! Энварда кольнула мысль, что изображённая на картине сцена не характерна, поскольку он запрещал матери своих детей вот так, по-житейски, общаться с ними. «Что ж, – подумал он, – сейчас, когда я далеко, им позволены нарисованные воображением живописца встречи».
– Что желаете получить за свою работу? – обратился он к художнику.
– Это дар, ваше величество! Я не думал брать денег ни с вас, ни с других!
– Бесценный дар! Вы не представляете, Хокас, что сделали. Вы подарили мне цель. Я понимал её умом, но теперь ощущаю сердцем. Знайте, я в долгу.
– Благодарю за высокую оценку, но право, ничего не нужно. Если только… – Художник улыбнулся. – Когда мы выберемся отсюда, понадобятся холсты и краски, весь запас наверняка уйдёт.
– Хокас поступает в твоё распоряжение, – обратился король к Ирилею, – пусть пишет миниатюры для желающих и участвует в любых работах по своему выбору.
Музыкант и художник поклонились. Энвард пошёл в свою палатку, представляя, как картина будет смотреться в походной обстановке. «Сегодня же вечером приглашу Эльсиана и Флорена, покажу им». – Он вспомнил, как давно не говорил с принцами по-семейному. Виделись только на совете или по делу, хотя они рядом и, наверняка, нуждаются в отце, скучая по дому.
35. Титания. Порт
Корабль «Надежда Полонии» с Виолетом на борту прибыл в Титанию. Команда была отпущена на берег до возвращения принца. Виолет надеялся спустя два дня отправиться обратно в Полонию со своей матерью королевой Рузализией. Молодой человек вышагивал по набережной в направлении площади, там его должна ожидать присланная братом карета. Перед макрогальским принцем внезапно возник мальчик.
– Диоль? – удивлённо воскликнул Виолет, – как ты здесь?
– Я думал, вы не узнаете меня, ведь мы виделись мельком.
– То есть как мельком? Мы с тобой часами гуляли по цветнику королевы, игрушки ты мне показывал бесконечно долго, да и проводили вы с Диолисией меня до самой палубы. Постой, как ты оказался в Титании раньше меня? И почему один?
– Так значит, это правда!
– Что?
– Во дворце теперь другой Диоль. А я не поверил Ильберте, когда она сказала мне.
– Какой ещё Ильберте? – пожал плечами Виолет, – что значит «другой Диоль»? Ты меня совершенно озадачил.
– Ильберта – дочь императора Меерлоха.
– Как ты попал к Меерлоху? Послушай, ты действительно Диоль?
– Да! – с вызовом ответил принц, – я младший сын короля Энварда второго! Меня похитили и привезли в метрополию, чтобы объявить королём и назначить мне регента. Но я сбежал и собираюсь добраться домой, увидеть того, кто вместо меня показывает игрушки гостям!
– Ясно! – Виолет, ещё не совсем разобравшись в происходящем, постарался успокоить собеседника: –тебя могут искать. Давай сделаем так, пойдём к экипажу, который меня ожидает, и там спокойно всё обсудим.
– Пойдём, – согласился Диоль, – мне уже, честно говоря, надоело прятаться в порту.
– Ты в порту меня увидел?
– Да! Говорили, что пришёл корабль из Полонии. Я подумал, за мной прислали, и наблюдал за сходнями. Никого не узнал, кроме вас.
– Это хорошо, что ты меня увидел, я отвезу тебя домой. Мы с моей матерью отправимся в Полонию на свадьбу твоей сестры и моего брата.
– Эгрета все-таки выходит за Танилета?
– А что, были сомнения?
– Говорили, он вернул её слово, – протянул Диоль.
– Зато она не вернула его слова! – засмеялся Виолет.
– Она такая! – Мальчик тоже улыбнулся.
– Вот наша карета, видишь герб? – Молодой человек открыл дверь, пропуская принца внутрь. – Посиди пока. Лучше будет, если тебя никто не увидит.
Кучер оказался недалеко, он отошёл купить что-нибудь съестное в дорогу. Это был один из немногих слуг, которых взяла с собой королева, и Виолет знал его.
– Ваше высочество! – спешил он, – вы уже здесь? С приездом! То-то королева рада будет! Мы думали ещё дня два ждать.
– Здравствуй, Тео, всё полнеешь?
– Честно сказать, ваше высочество, тут жизнь такая. Ешь да спи! Страна маленькая. Купцы наши не забывают, продукты везут, спасибо королю Руденету за разрешение. А здесь, в Титании, – показал он свёрток с покупками, – дороговизна!
– Можем ехать? – Виолет, опережая слугу, сам открыл дверь кареты и зашёл внутрь.
– Едем, ваше высочество. – Тео, убрав ступеньки, влез на ко́злы и направил коней по улице, ведущей из города.
Оказавшись в карете, принц с удивлением обнаружил, что Диоль задремал, уютно устроившись в подушках. Намучился, скитаясь по незнакомому городу. Пусть спит, поговорить можно и позже. Виолет укрыл его своим плащом и задумался о странностях происходящего. Королева Рузализия долгое время жила в Крыландии. Страна граничит с Титанией, куда прибыл корабль. Своего выхода к морю Крыландия не имеет. Это небольшое королевство, где правит король Варизе́лий, тесть старшего брата Виолета по имени Кларинет. Варизелий приходится родственником Меерлоха Х – кузеном супруги императора, поэтому между Титанией и Крыландией установились дружественные связи. Виолет надеялся, что королевскую карету не будут досматривать, но сел так, чтобы мальчика не было видно тому, кто решит заглянуть в окно. После того как они выехали из портового города, принц вздохнул с облегчением.