Ирина Успенская – Разрушитель (СИ) (страница 71)

– Здравствуй, Ибог, – все же ответил Алан, понимая, что его длительное рассматривание кандидата в женихи затянулось, и тут же постарался сменить тему: – Сарх, что вожди? Не передрались?

– Пока тебя не было, Кузнечик, я встречался с вождями самых сильных племен, и мы решили, что в этот раз соберемся на территории моего поселения. Без равнинников.

– Это нарушение нашего договора, – холодно глядя в глаза улыбающемуся горцу, ответил Алан.

– Никакого нарушения, вождь. – Сарх прищурился и отпил вина. – Это будет просто дружеская встреча вождей перед Советом, – многозначительно выделил он голосом «перед». – Есть вопросы, которые не касаются равнинников.

– Например?

– Например, сколько воинов выделить тебе в сопровождение, как поделить добычу, чьих дочерей сосватать у благородных, кто в этом году возьмет выпарные озера, и стоит ли бить морды ксенам, которые ходят по горам как у себя дома? – хитро прищурился Волк.

Вот жук! Так ненавязчиво, а перевел разговор в нужное ему русло. Но он прав, эти вопросы стоит обсудить до Совета, потому что Алан не доверял своим соратникам по ссылке, впрочем, горцам он тоже не доверял.

– Ну что мы всё о делах да о делах! – Сарх подлил в кубки вино. – Давай лучше о жизни. Вот смотри, как вырос мой сын, какой красавец, наездник, хозяин и воин отличный. Ты забрал у меня дочь, вождь, так отдай взамен другую. Печалится мое сердце без девичьего смеха.

Нет, опять двадцать пять! Да сколько можно? В то, что Сарх сговорился с Учителями, Алан не верил, хотя… Он внимательно всмотрелся в самодовольное лицо Волка. Неужто сговорился, и что он тогда им пообещал? Ведь не скажет, старый тау.

– Моей дочери всего лишь десять лет, милый друг. – Герцог хотел откинуться на спинку стула, да вовремя вспомнил, что сидит на табуретке, а то смеху было бы, если бы вождь и почти король с пафосным лицом грохнулся под ноги тестю. – Иверт правильно сказал, другие вожди будут недовольны, если и второго твоего сына я заберу себе. Ты слишком возвысишься над другими, Сарх, а это многим придется не по нраву.

– С этим вопросом я как-нибудь справлюсь, – фальшиво рассмеялся горец, бросив на Иверта быстрый взгляд. – Поверь, когда вокруг меня будет бегать много внуков, и у всех этих внуков будут зелёные глаза и черные волосы, я буду настолько силён, что смогу защитить этих детей.

С точки зрения политики плохой вариант, но Сарха Алан знал и верил ему, он не предаст, остальные вожди пока были темными лошадками. Однако устоит ли племя Волка, если против него объединятся все обиженные и оскорбленные? Алан отпил вина, давая себе возможность подумать. Эх, не молчала бы сейчас женская сущность, насколько было бы проще, Виктория точно нашла бы правильные слова.

«Ага, – захихикал внутренний голос. – Она бы вспылила, наорала и выгнала взашей сватов с женихами».

Тоже может быть. Алан улыбнулся своим мыслям, перекатывая на языке легкую терпкую горечь. Он уже и забыл вкус вина, которое делают на фронтире, оно не пьянит, только добавляет немного веселья и раскрепощенности, а еще помогает думать. Боже, какой же он болван! Если Виктория молчит, то следует привлечь другую женщину!

– Давай о свадьбе наших детей поговорим позже, я хочу, чтобы Валия тоже принимала участие в судьбе нашей дочери. И вообще, пока у тебя не женат старший сын, младшего женить неприлично.

– Мой старший сын перешел под твою руку, Бешеный Алан, он теперь принадлежит к твоему племени, и это не моя головная боль, – заразительно рассмеялся Сарх и искоса глянул на Иверта. – Твой советник стал очень задумчивым и молчаливым, неужели он повзрослел за то время, что мы с ним не виделись?

– Влюблен, – мстительно сдал друга Алан. – Безответно.

– Бывает и такое, не каждый жеребец нравится кобылам, – философски выдал Гривастый Волк и поднялся. – Коль ты хочешь, чтобы твоя вторая жена познакомилась с Ибогом, то не станем тянуть, отправимся смотреть город все вместе, а потом я приглашаю вас в мой дом. Сегодня - веселье, завтра - серьезные разговоры. Предки обидятся, если ты откажешь.

Его взгляд больше не смеялся, смотрел горец испытующе, с предостережением.

Ждет, когда Алан оступится, совершит ошибку... Зачем? Чтобы протянуть руку или добить? Герцог решил это не выяснять, если никому не доверять, то можно чокнуться, а он только начал чувствовать себя почти здоровым.

– Предки это серьезно, мой вождь, – поднял голову от кубка Иверт, и его губы растянула шалая улыбка. – Паулина будет сопровождать герцогиню, и в горы она поедет с нами, а там... там ей не устоять под напором наших женщин.

– А вот в этом я бы уверен не был, – буркнул себе под нос Алан. И почему Иверта постоянно тянет на экзотику?

Василия, услышав, что они поедут в горы, развила такую бурную деятельность, что женская часть их большого отряда была готова раньше брата Турида. Ксен только натягивал тулуп поверх черной рясы, а все три красавицы сидели в закрытом возке, укутанные в теплые одеяла. Василия подпрыгивала на сиденье, Валия смотрела на нее и как-то очень по-доброму улыбалась, а Паулина как всегда была серьезной и сосредоточенной. Ворон подвел Алану рослого рыжего жеребца и с улыбкой сообщил, отвлекая от разглядывания женщин:

– Из Крови вышел отряд, вас ждет сюрприз.

– Угля приведут? – сразу догадался Алан. Ворон кивнул и посмотрел на серое небо.

– К ночи будет снег, последний снег этого сезона. Морозы закончились, сир.

– Успеем пройти перевал до того, как все потечет?

– Успеем, если все пойдет по плану. Лис! – окликнул он товарища. – Ты идешь первым.

Рыжий кивнул, и они с Ивертом и Ибогом выехали за ворота, а к повозке подъехал Сарх на невысокой изящной кобылке. Алан обратил внимание на щедро украшенную серебром сбрую, колокольчики и яркие помпоны, все смотрелось празднично и нарядно на фоне серого неба и грязного снега. Горец увидел его интерес и горделиво подбоченился, зажав в кулаке короткий хлыст.

– Какие дивные цветы ныне растут в твоем саду, Бешеный Кузнечик, – белозубо улыбнулся он, с жадным интересом и восхищением рассматривая Валию. – Неудивительно, что слухи о красоте твоих женщин летят впереди тебя. Кирена, вы похожи на лесную деву.

– И чем же она знаменита? – с благосклонным интересом улыбнулась герцогиня.

– Красотой и холодным сердцем. Много молодых воинов умерло за ее улыбку, но никого не выбрала гордая красавица.

– Валия, этот сказочник - вождь Сарх Гривастый Волк, отец Зиры и мой друг.

Виктория в душе Алана веселилась, наблюдая, как старый тау распушил иглы перед красивыми женщинами.

– Просто Сарх, кирена. – Горец легко соскользнул со спины кобылы и галантно поклонился. – Василия, рад тебя видеть.

– Здравствуйте, дядя Сарх! – звонко поприветствовала его девочка.

Волк полез за пазуху и вытащил симпатичную костяную подвеску в виде цветка.

– Это тебе, маленькая кирена.

– Ух ты! Мама Валия, смотри!

Васька показала улыбнувшейся Валии подарок, а потом засунула его в варежку и что-то зашептала женщине на ухо.

Алан, не отрывая глаз, смотрел на жену и не узнавал ее, во взгляде Валии появились мягкость и тепло, когда она слушала девочку, на губах блуждала легкая улыбка, и сейчас кирена казалась родной и близкой. Что за наваждение? Какую игру затеяла эта женщина? Или, быть может, это не игра? Может, вдали от своей тюрьмы она наконец начала дышать полной грудью?

– Паулина сказала, что вы нас в гости пригласили, вот здорово!

Непосредственная Васька прервала размышления Алана, и он посмотрел на дочь.

Волк перевел заинтересованный взгляд на девушку, сидящую рядом с Валией, Паулина ответила ему прямым снисходительным взглядом, в котором промелькнул интерес.

– А с этой амазонкой ты меня не знакомил, Бешеный Алан. – Сарх обаятельно улыбнулся, расправив плечи. – Предки неспроста привели такую красавицу в Осколок.

– А ты неспроста оказался в нужном месте и в нужное время, – усмехнулся Алан. – Это Паулина, компаньонка моей супруги.

– А где же муж столь прекрасной женщины? – Горец, красуясь, влетел в седло. – Такую красотку моментально украдут.

Его лошадь, ведомая опытной рукой, гарцевала вокруг возка, а Сарх сыпал комплимент за комплиментом.

– Не переживай о Паулине, она сама кого хочешь украдет, – хмыкнул Алан и первым направился к воротам, следом за ним поехали Ворон и недовольный брат Турид.

– Значит, мужа нет, какое приятное известие, да? – поцокал языком Сарх и, подмигнув Паулине, догнал Алана. – Отдай мне ее, Бешеный Кузнечик, любой выкуп дам за такую женщину.

– У тебя три жены, зачем еще одна? – повернул к нему голову Алан.

– Ты видел, как она смотрит? Взгляд, как отточенный клинок, она разрезала мое сердце и забрала половину.

– Вы с Ивертом похожи, он тоже в нее влюблен.

– Но ты сам сказал, что безответно, – оскалился Сарх. – Он мужчина, я мужчина, но выбрать должна женщина. – Он свистнул и пустил кобылу в галоп. – Догоняй, вождь! Вспомни, что такое свобода!

Алан поддался азарту и, пришпорив коня, поскакал по наезженной дороге, медленно, но неуклонно спускающейся вниз к шуму моря, стуку топоров, дыму костров и эху людских голосов.

– Свернете шею, кто будет город достраивать? – донесся в спину недовольный крик брата Турида. – Левей берите, к храмовому комплексу! Да чтоб...

Последние слова Взывающего потонули в шуме, это возница свистнул, радостно завизжала Васька, и возок погрохотал следом за Аланом.