Ирина Успенская – Практическая психология. Герцог (СИ) (страница 41)

– Церковь? Я не знаю, как это рисуется, – смущенно проговорил Неженка. Виктория боковым зрением заметила, как подались вперед ее охранники. А что вы думали? Она пропустит мимо ушей угрозы Учителя? Нет, мои дорогие, эта церковь будет первым блоком в пирамиде новой веры.

Алан взял из рук раба угольный карандаш и быстро изобразил небольшую церквушку с куполом, увенчанным крестом. В принципе ее устроит и часовня, но церковь звучит круче.

– Я никогда не слышал о такой вере. Кому поклоняются ее последователи? – спросил Ворон, рассматривая рисунок из-за плеча Неженки.

– Отцу Небесному, – уклончиво ответил конт.

О концепции новой религии нужно было еще подумать. Виктория собиралась взять за основу христианство, но привнести в него многое от буддизма. И говорить на эту тему она не была готова. Впереди путешествие по морю, будет время для размышлений. А ей просто хотелось иметь хоть что-то, напоминающее дом. Место, куда можно прийти и подумать.

«Странный выверт психики. Ты всегда была атеисткой. Причем воинственной. Но стоило умереть, как у тебя появилось неистребимое желание встать на колени у иконы и помолиться за тех, кто остался в прошлой жизни. Своего рода психотерапия?»

На это она ничего не могла ответить своему внутреннему собеседнику. Христианкой она не стала, но все чаще ей хотелось перекреститься и все чаще вечерами с губ срывались слова простой молитвы о близких. Может быть, и правда Бог остался единственным, с кем она могла разговаривать откровенно?

– Чуть в стороне оставь место для делового центра, здесь будут находиться всевозможные конторы и магазины. С обратной стороны парка место для театра. Пока нарисуй просто дом со статуей. От центра проведи лучи-улицы, вдоль них расположатся жилые дома.

Они еще долго сидели на скале, прикидывая различные варианты расположения улиц. Постепенно Виктория вовлекла в обсуждение своих охранников, и когда они закончили, на коленях Неженки лежало шесть вариантов будущего города.

– Кир Алан, соизвольте спуститься вниз и покушать.

Чуть запыхавшийся Рэй с каплями пота на бритой макушке укоризненно смотрел на конта.

– Рэй, какие успехи у Семона? Что удалось выяснить? Вы разметили круги, чтобы не путаться?

Капитан кивнул и, поскользнувшись на мелкой гальке, ухватился за кустарник, но на ногах устоял. Они быстро спускались по извилистой тропе, сдерживаясь, чтобы не пуститься в бег, что было бы очень опасно на таком крутом склоне.

– До четвертого круга под землей камень на глубину лопаты, а с пятого уже мягкий песок. В одном месте нашли ручей. Вода хорошая, не соленая.

– Ты посмотрел места под сторожевые башни? Я хочу полностью перекрыть проход в бухту. Возможно, даже цепь натянуть между башнями, чтобы поднимать ее в случае опасности. Конечно, если найду столько железа.

– Кир Алан! – взмолился капитан. – Когда же мне было успеть? Вот сейчас пообедаем и посмотрю.

Алан на ходу повернул голову и ухватил Рэя за руку.

– Рэй! Что происходит? Ты сам на себя не похож!

– Да нормально все, – отвел взгляд капитан. Но Викторию было не обмануть, слишком хорошо она успела изучить своего няньку. Поэтому остановилась и требовательно посмотрела в глаза великана. – Это все из-за моего предательства. Вы мне доверяли, а я… я за вами следил. Много лет вас обманывал. А теперь, как вы об этом узнали, мне в глаза вам смотреть стыдно. Вы мне верили, а я… – Он ссутулился и опустил голову.

– Рэй, – как можно мягче произнесла Виктория, – что тебе обещал Учитель за шпионаж?

– Что вы жить будете. Что они вас не тронут, – честно ответил богатырь, но глаз не поднял.

– Так в чем твое предательство? Ты мне жизнь спас. – Алан слегка сжал руку Рэя.

– Если бы я вам сразу рассказал, – тяжело вздохнул капитан. – Как брат Эдар. А я струсил. Нет мне прощения. Отпустите меня в Роган, прошу вас.

Блин! Никогда не умела утешать больших крепких мужиков, отягощенных комплексом вины.

– Рэй! Посмотри мне в глаза! – Капитан поднял на конта тусклый взгляд. – Лучшего времени для самобичевания ты не нашел? Сейчас, когда мне нужна поддержка верных людей, ты решил меня оставить? Знаешь, именно это я называю предательством. А не то, что ты делал до этого, спасая мне жизнь и жертвуя своей честью.

С этими словами Алан развернулся и поспешил вниз. Если Рэй и сейчас ничего не поймет, Виктория потеряет верного друга и соратника. Как жаль! В желудке собрался горький ком ожидания. Ну же, Рэй! Сделай правильный выбор! Не подведи!

Рэй догнал Алана уже внизу, когда до ноздрей конта донесся запах шашлыка, и он понял, что очень, очень голоден.

– Простите, кир Алан.

– Прощаю. Больше никогда так не говори. Я люблю тебя как отца. Не разочаровывай меня, Рэй.

Они пробыли на берегу до самого вечера, но успели сделать разметку и вбить колышки на месте будущей академии, здание которой должно было стать центром Виктограда.

Домой возвращались в темноте, Алан едва не падал с Угля, так ломило от усталости тело.

– Прибыли дворяне и трое вождей. – Их встретил Серый. – Горцы ушли ночевать в горы, киров я разместил в комнатах, как вы и велели. Сейчас они между собой ругаются в столовой, – усмехнулся он, помогая конту слезть с лошади. – Маркиз Генри Раман ждет в вашей комнате. Подавать ужин?

– Сначала мыться.

– Я знал, что вы так скажете. Баня готова, – чуть улыбнулся воин.

Конечно, знал. Любовь конта к мытью уже стала притчей во языцех. Этакая безобидная странность господина.

… – Добрый вечер, сир. – Маркиз, все такой же подтянутый, строгий и немного чопорный, встал навстречу входящему конту. – Слухи о вас встряхнули это болото. Наше небольшое общество гудит, словно растревоженный ведмедем пчелиный рой. Предположения настолько несуразны, что я решил встретиться с вами лично до собрания племен, на которое вы нас всех пригласили.

– Рад вас видеть, генерал, – искренне ответил Алан, протягивая руку. – И что же говорят? – с любопытством спросил он, пропуская к столу Берта и служанок с подносами. Следом за ними в комнату вошел Ворон и застыл у двери.

– Говорят, что вы истребили племена Черного Ястреба и Ведмедя, – дождавшись, когда служанки выйдут, начал перечислять маркиз. – Говорят, что вы женились на горянке, забрали ее племя, а саму ее убили, говорят, что вам прислуживает Орден Искореняющих, – он бросил быстрый и многозначительный взгляд на безразличного Ворона, – что вы взяли в гарем сына и дочь сильного вождя, что вы захватили земли на побережье и что в вас живет анчута.

– Последнее – вранье, – улыбнулся Алан, жестом приглашая маркиза за стол. Берт налил вина и застыл за стулом конта.

– Значит, остальное правда? – Маркиз поднял бокал, посмотрел на вино сквозь свет свечей и отпил глоток.

– У меня теперь есть племя, я согласился взять в свой дом дочь Сарха Гривастого Волка. Его сын принес мне клятву верности, и теперь он старейшина и мой советник. И да, я полностью вырезал племена Ястреба и Ведмедя.

– А земли?

– Они мои по праву. Эти земли принадлежали барону Линю, и теперь они мои.

– А Искореняющие?

– Я встретился с Учителем…

Алан почти все рассказал маркизу, опустив лишь причину появления отца Пауля в горах. Ему очень нужен был совет умудренного жизнью человека, знающего реальный расклад сил в королевстве.

– Я всегда подозревал, что за Наместником кто-то стоит, – проговорил маркиз. – Не могу сказать, что подтверждение моих подозрений принесло радость. Лучше бы это было не так. Короче, вы заручились поддержкой храмовников и вам даже выделили охрану?

– Скорее конвой, – недобро усмехнулся конт. – Вы ведь понимаете, что юноши не только охраняют меня, но и шпионят за мной.

– И вы так спокойно об этом говорите в присутствии… этого? – Кир Генри кивнул головой на Ворона.

– Он знает, что я знаю.

– Я могу подождать за дверью, если кир Генри поклянется не причинять вам вреда, – глухо произнес Ворон.

– Я давал киру Алану клятву верности, – холодно процедил генерал. – Никто еще ни разу не посмел обвинить мой род в нарушении клятв.

Ворон слегка поклонился и бесшумно выскользнул за дверь. Странно. Интересно, какие распоряжения вы получили, парни?

– Генерал, я хочу с вами посоветоваться.

Когда маркиз ушел, наступила глубокая ночь. Ныли плечи, тело ломило от усталости, а голова трещала от переполнявших ее сведений – имен, биографий, приговоров. Зато теперь Виктория знала, на кого можно рассчитывать, а кого сразу стоит записать во враги.

В дверь постучали, и в комнату робко вошел Неженка со стопкой рисунков в руках. На парне были надеты белая рубаха и широкие штаны, из-под которых выглядывали босые ноги. Мокрые волосы он заложил за уши, полностью открыв лицо. Он застыл у двери и опустил взгляд в пол.

– Вы приказали принести рисунки, хозяин, – тихо произнес раб.

Алан потер глаза. Время позднее, как-то не располагает рассматривать рисунки.

– Оставь на столе.

Неженка положил рисунки на стол и нерешительно замер рядом. Алан покрутил шеей, разгоняя кровь, отвел руки назад, чтобы хоть немного снять напряжение в спине.

– Хозяин, сделать вам массаж?

– А ты умеешь? – удивился конт.

– Меня обучали, – чуть улыбнулся парень.

– Что же ты до сих пор молчал? – воскликнул Алан, падая на кровать.

Это было прекрасно. Неженка действительно умел делать массаж. Алан даже постанывал от удовольствия под умелыми и на удивление сильными руками и сам не заметил, как задремал. Проснулся оттого, что кто-то осторожно гладил спину, и тело моментально отозвалось на чужие прикосновения. Конт еще немного понежился под ласковыми руками, а затем до него вдруг дошло, кто может касаться его спины так нежно и чувственно.