Ирина Успенская – Контракт на рабство (страница 29)

«Но не сегодня, девочка моя, не сегодня».

С ними здоровались, на притихшую Джин обращали внимание, рассматривали — чаще всего с вежливым любопытством, но были и те, кто пялился на его девочку с откровенным желанием. Она это чувствовала и непроизвольно жалась к Лоренцо.

— В этот клуб можно попасть только по рекомендации и поручительству трех его членов. Журналистов крупных газет здесь не привечают. Представляешь, какую прекрасную статью ты сможешь написать. — Лоренцо склонился к уху Джин, вдохнул аромат ее духов. — Разве это не замечательно?

Судя по лицу котенка, эта идея ей понравилась. Ну же девочка, улыбнись. Но вместо этого прозвучало озабоченное:

— Если бы сделать хоть несколько снимков…

— Я могу попросить Фердинанда дать тебе эксклюзивное интервью и предоставить несколько снимков. Только тебе. Сегодня. После ужина.

— Пожалуйста, Лоренцо.

А голос-то, голос. Неужели так сложно просто попросить?

— Ты действительно этого хочешь, моя девочка?

— Если взамен ты не потребуешь у меня ничего… э…

— Предосудительного?

— Да.

Ну и чего ты так напряжена? Поверь, мастер города умеет ждать.

— Я попрошу тебя лишь об одном, моя душа. Лишь об одном…

Молчание тебя нервирует, малышка? Это хорошо. Затянем паузу.

Они вошли в коридор, ведущий к апартаментам. Лоренцо уверенно направился к самому большому номеру. Толкнул незапертую дверь.

— Прошу.

— Мы будем одни?

Напряжение в голосе, страх в глазах.

— Тебе хочется сидеть в общем зале, среди этих всех… — Лоренцо изящно покрутил кистью в воздухе, — извращенцев?

— Нет… не знаю. Для статьи это было бы хорошо.

— Милая Регина, — Лоренцо самодовольно улыбнулся, — следуй за мной.

Они вошли в овальную комнату со стеклянным полом.

— Вот это да!

«О да, моя девочка, я не зря плачу Фердинанду огромные деньги за эти апартаменты».

Комната находилась как раз над главным залом.

— Одностороннее стекло. Все как на ладони. Шоу, конечно, смотреть отсюда не так интересно, как из зала, но ведь мы пришли не за этим, да, котенок?

— Да. Мы пришли сюда поесть.

Ах, сколько язвительности в голосе. Разве она не прелесть?

— Так что ты попросишь взамен услуги, Лоренцо?

Официанты вкатили стол на колесах, и Джин замолчала. Стояла посреди комнаты и с любопытством рассматривала зал внизу. Даже что-то шептала себе под нос: наверное, прикидывала текст статьи. Пока слуги накрывали на стол, вампир тоже молчал, беззастенчиво наблюдая за девушкой, и заговорил, лишь когда молчаливые официанты покинули помещение.

— Садись за стол, девочка.

— А?..

— Я приглашу Фердинанда после ужина. А попрошу взамен лишь одного… — Он замолк, и лишь когда котенок прикусила губу, небрежно произнес: — Позволь подарить тебе парфюм, моя милая. Мне не нравится, что ты пахнешь подругами Дика.

И что ты на это ответишь, мой гордый репортер? Лоренцо смотрел, как Регина медленно отрезает от стейка кусок, как медленно макает его в соус и так же медленно отправляет в рот. Тянет время. Придумывает причину, чтобы отказать.

— И, конечно, я возьму с тебя слово, что ты будешь им пользоваться.

Взгляд затравленный, негодующий, злой. Но по мере того, как до нее доходит, что других условий не будет, злость сменяется удивлением, а негодование — недоверием.

— И это все?

— За каждую услугу я буду просить тебя принять от меня подарок. Разве я много прошу?

— Нет, — выдавила девушка через силу. — Это действительно немного. Если только ты не решишь подарить мне дом в центре города.

Лоренцо тихонько рассмеялся. Зачем же дарить дом, когда в его апартаментах вполне хватит места для двоих?

— Выпей вина.

— Я не пью спиртного.

— Один глоток. Это вино моей родины.

— Мне неинтересно, где ты родился и вырос!

— Вот как? А что же ты будешь спрашивать у меня завтра, во время нашего интервью?

Покраснела и замолчала. Сама понимает, что сказала глупость. А вино все же отпила, хотя скривилась так, будто яд попробовал. Легкая горечь солнечных долин. Далекая, почти забытая родина. Врунишка ты, милая, это вино не может не нравиться.

— Как тебя обратили? — очень тихо, с напускным равнодушием.

— Моя возлюбленная добровольно приняла дар вампира и убила меня, когда я отказался последовать за ней в вечную жизнь. Я убил ее через пятьдесят лет после этого. Так и не смог простить. Нет, не моего убийства, а того, что она сделала это по приказу и в угоду мастеру, который ее создал; мастеру, к которому она ушла от меня. Он был и моим мастером. Его я тоже убил.

— Ясно.

«А вот это вряд ли. Для того, чтобы понять, нужно любить, а ты никогда не любила, котенок».

— Как мясо?

— Обворожительно.

А это искренне и с радостью, что можно сменить тему. Лоренцо мог бы кормить ее каждый день самыми изысканными и экзотическими ужинами, водить в самые дорогие элитные рестораны, но… Джин это не нужно.

Пришел Мэтью, встал у двери, и котенок вздохнула с облегчением.

— Мэт, ты голоден? — спросил Лоренцо.

— Нет, мастер. Благодарю.

— Тогда попроси Фердинанда подняться сюда. Скажи, что я буду ему обязан за небольшой разговор.

— Мастер! — со стоном в голосе вскричал волк. — Я едва отделался от него пять минут назад! Девица, которую он сейчас отыгрывает, втемяшила в свою бестолковую голову, что хочет переспать с оборотнем! С вожаком.

— Что здесь такого? — приподнял брови Лоренцо, искоса наблюдая за Джин. — Многие мечтают переспать с оборотнем, и раньше ты с радостью соглашался на такие эксперименты.

— Но она хочет, чтобы я был в боевой трансформации!

— И что тебя смущает? — Лоренцо едва сдерживался, чтобы не рассмеяться. Его Джин перестала жевать и, открыв рот, слушала их разговор. Такая смешная.

— Я ее сожру. — Мэтью хлопнул дверью.

— Лоренцо…

Голос прозвучал как-то неуверенно.