Ирина Успенская – Контракт на рабство (страница 28)
— Котенок, нельзя же так себя изводить.
Мэтью возникли из темноты, как неупокоенный призрак. Регина вздрогнула и всмотрелась в лицо оборотня. Бесстрастное, ничего не выражающее лицо, только преобразованные глаза горят желтым огнем, но прочесть что-либо в этих звериных глазах невозможно.
— Это из-за меня ее убили. — Она все же не сдержалась, злые слезы заволокли глаза, и Регина подняла голову, не давая им пролиться.
Мэтью промолчал, только внимательно осмотрел ее с ног до головы.
Регина растерялась, накатила обида. Она ожидала совершенно другого — слов ободрения, участия, ей хотелось уткнуться в плечо Мэтью и услышать, что они найдут убийцу Вайсс, отомстят… Но Мэтью молчал. Холодный, далекий, чужой. Это сломало что-то в душе, какой-то стержень, который держал ее весь этот длинный, тяжелый день. Она растерянно моргнула и тихо, с отчаянием спросила:
— Не знаешь, Дик дома?
— Он в стае, они готовятся к похоронам, — ответил Мэтью. — Ключ под ковриком.
И все.
— Мэтью…
— Мы найдем убийцу, малышка. Я тебе обещаю, — прозвучали долгожданные слова.
Регина все же шагнула к нему, уткнулась в грудь, и Мэтью обнял, прижал к себе, погладил по голове. Он гладил ее по спине, плечам, неровно обстриженным волосам и что-то тихо шептал в макушку, а Регина, замерев, делала вид, что она не плачет, а просто стоит, прижавшись к сильному и надежному плечу.
— Когда ты ела последний раз? — спросил тихо Мэтью и нахлобучил ей на голову кепку с длинным козырьком. Откуда только взял?
— Не помню, — Регина незаметно вытерла глаза. — Сумасшедший день.
— Мастер приглашает тебя на ужин.
— К демонам!
— Нельзя отказывать мастеру, когда он приглашает вежливо. Я буду рядом.
— Какая трогательная сцена. — Из темноты вышел Лоренцо. — Вижу, мой верный волк не теряет время даром. — А вот эта фраза прозвучала с ощутимой угрозой, и ее расслышала даже Регина.
Накатил страх за Мэтью. Она вспомнила его рассказ, вспомнила, что Лоренцо может наказать их обоих, и если за себя она больше не боялась, то причинять боль оборотню совершенно не хотелось.
— Не ревнуй, — буркнула она, отстраняясь от волка. — Я согласна поужинать с тобой. Да я готова умолять тебя поспешить! Я действительно очень голодна, — смущенно добавила она.
— Ты больше не будешь печалиться, моя слуга? — Лоренцо подошел ближе.
— Буду, но боль ушла. Остались только грусть и жажда мести. Но тебе этого не понять, вампир.
— Отчего же… — задумчиво произнес Лоренцо. — Я еще помню, каково это, терять близких.
— Вайсс не была мне близка, но меня бесит, что какой-то кровосос решил, что он бог и может распоряжаться чужими жизнями, — с вызовом ответила Регина.
Лоренцо тихонько рассмеялся, и его смех прокатился по коже теплой волной. Регина поежился.
— Перестань меня соблазнять!
— Маленькая, агрессивная девочка. Быть может, твоя злость пройдет, когда ты насытишься?
Мэтью свистнул, и к подъезду подъехал большой закрытый автомобиль. Оборотень открыл дверь, и Лоренцо грациозно скользнул на заднее сиденье. Регина на мгновение замерла, ей очень не хотелось садиться рядом с вампиром. Но, вздохнув, она полезла следом.
Мэтью называет ее котенком. А ведь ей действительно это подходит. Шипит, выпускает коготки, но при этом все равно остается милой. Джин неподражаема в своей защитной агрессии. Боится, но все равно дерзит.
Лоренцо ни минуту не сожалел о том, что произошло между ними тремя десять дней назад. Если бы он не сорвался, дар у девчонки так и замер бы непроявленным, а значит, все идет как надо. Осталось лишь довести дело до конца и не уступить никому другому проводника. Забавное, непредсказуемое существо. Ранимая, зажатая в тисках морали, недоверчивая и очень эмоциональная девочка. И в машине села как можно дальше, вжалась в угол и замерла, словно думает, что Лоренцо начнет домогаться ее прямо здесь.
«Ничего, девочка, у нас еще будет время, чтобы ты смогла насладиться разными сторонами вампирьей любви. Возможно, не все тебе понравится, но ты определенно не останешься разочарованной. Глупышка, ты совершенно не знаешь своего мастера».
Соблазнять Лоренцо научился еще в той далекой жизни, когда сердце билось у него в груди, и за прошедшие века довел умение до совершенства. А строптивого котенка нужно именно соблазнять. Не завоевывать, не принуждать, а красиво, медленно, чувственно и неумолимо покорять, иногда надавливая, иногда отпуская, запирать в клетку и давать свободу, чередовать кнут и пряник. Наказывать и награждать. Сплести вокруг паутину и ждать, когда девочка в ней завязнет, а затем прийти и спасти из ловушки собственных чувств и эмоций. Ей не устоять против веков практики и побед.
Лоренцо облизал губы, ощущая азарт и предвкушение, и плавно подвинулся ближе. Положил ладонь на вздрогнувшее колено и вкрадчиво шепнул в ухо:
— Расслабься, я не ем маленьких репортеров на ужин.
И закинул руку на спинку сиденья, как раз за головой Джин. Ну и чего дрожит, он ведь пока ничего не делает.
— Почему ты не надела костюм, что я подарил тебе? Этот слишком прост для моей Тени.
— Мне от тебя ничего не нужно.
— Что же, тогда сходим в магазин вместе, и ты сама выберешь, что тебе понравится.
— Ты меня слышишь? Мне. От. Тебя. Ничего. Не. Нужно. И руку убери!
Лоренцо дотронулся до затылка котенка, запустил пальцы в волосы. Регина резко и зло дернула головой. Ну же, девочка, не будь так строптива, это ведь не больно, а даже наоборот — приятно. Джин закаменела плечами, замерла, теребя лежащую на коленях кепку, но бежать ей сейчас некуда, Томас заблокировал двери, как только она села в машину. Жаль, конечно, что остригла волосы, но это не проблема, любой маг их отрастит за считанные минуты. Лоренцо перебирал золотые пряди, ненароком касаясь уха, шеи, виска, скул.
«Ну же, покажи мне свои чувствительные местечки, l'аnimа miа. А вот и первое!»
Он нежно провел пальцем по длинной шее от уха к ключице, как раз там, где отзывалась легкими толчками на его прикосновения вена. Ох, как же хорошо… Регина вздрогнула, едва слышно выдохнула и все же отстранилась, наклонилась вперед, выскальзывая из-под руки.
«Ну ничего, мы не станем спешить».
В зеркале заднего вида отразились желтые глаза Мэтью. Лоренцо улыбнулся.
— Приехали, мастер.
Едва Томас разблокировал двери, как Джин вылетела из машины. Лоренцо довольно усмехнулся, дождался, пока Мэтью откроет ему дверь, и изящно покинул автомобиль. Стоило привезти девчонку сюда хотя бы для того, чтобы увидеть ее реакцию. Вспышка камеры, и завтра во всех бульварных газетенках будет лицо Регины в компании мастера города. А может, и не будет: паршивка успела отвернуться и натянуть на глаза кепку.
«Ничего, девочка, мы еще успеем заявить городу о нашей порочной связи, а пока…»
— Джин, ты ведь еще не была в этом клубе? — непринужденно спросил Лоренцо, беря ошалевшую от яркого света неоновых огней девушку под руку. — Здесь собираются ценители изысканной и чувственной боли. Здесь иногда выступает Деймон, — забросил он наживку.
— В роли кролика или удава?
— А ты как считаешь?
— Он не кролик.
— Да, il fаsсinо miо, он не кролик.
— Я не твоя прелесть!
— И это огорчает меня неимоверно.
Их встречали. Джин во все глаза смотрела на Фердинанда, который сегодня подвел глаза черным и надел облегающее платье змеиной расцветки.
— Мастер! — Фердинанд полез целоваться. — Ах, что за милую девочку ты привел на наше шоу! Ты будешь выступать?
— Нет, мой друг, не сегодня. Мы пришли поужинать.
— Ах, как жаль! — всплеснул руками Фердинанд. — Но смею ли я надеяться, что в следующий раз увижу тебя если не на сцене, то в зале? И эту прелесть приводи с собой! — Он ущипнул Регину за щеку и кокетливо улыбнулся Мэтью.
— Мэт, ты совсем забыл свою Ферри? Иди я тебя обниму, злобный волчара.
Регина скривилась, но покорно пошла следом за Лоренцо, бросая через плечо взгляды на оставшегося болтать с Фердинандом Мэтью.
— Это кто? Женщина или мужчина? — Она потерла щеку и удивленно оглянулся. — Куда ты меня притащил?
— Это Фердинанд, он владелец клуба. И, судя по сегодняшней одежде, он нынче женщина. А притащил я тебя в самый знаменитый клуб города.
— «Плеть и кожа», — прочла Регина название. — Да, я знала, что Видальдас извращенец, но ты смог меня удивить.
— Я весьма раскрепощен в сексе. — Лоренцо обнял котенка за талию и прижал к себе. Она попробовала вывернуться, но не смогла. Если мастер не хочет, выскользнуть из его объятий невозможно. — Но я тебе привел сюда не затем, чтобы развратить, хотя если ты захочешь, мы можем заняться и этим. — Он замолчал, ожидая ответа, но девчонка только гневно засопела и еще раз попробовала отодвинуться. Безуспешно. — Я привел тебя сюда, потому что здесь подают самый лучший в городе стейк. Только поэтому, котенок, только поэтому. — Он нежно поцеловал ее в шею и отпустил.
Девчонка сразу же отошла на полметра, но спустя три шага вернулась. Лоренцо усмехнулся, следя за выражением ее лица. Да, здесь было, на что и на кого посмотреть. Люди, сиды, вампиры, оборотни. Голые ягодицы, груди, ноги. Обнаженные тела, одетые лишь в ошейники. Кожа. Металл. Татуировки. Кнуты и плети, цепи и кляпы. Вот бы одеть ее в облегающее платье из тончайшей кожи, под которыми ничего нельзя утаить, и провести через эту похотливую и жадную толпу, обняв за обнаженные плечи, всем показывая, кому она принадлежит.