Ирина Тигиева – Возвращайся, сделав круг. Книга 1 (страница 32)
Я с трудом верила ушам — первый «личный» вопрос, который он мне задал!
— Очень. В моей реальности — большие города. Много вещей, которые здесь сочли бы колдовством. И совершенно другие правила. Там нет монстров… а жизнь гораздо удобнее…
— Тебе этого не хватает?
Я смутилась.
— Некоторых вещей, да… Но в твоей реальности тоже немало хорошего. Чистые вода и воздух, натуральная еда… Хотя до еды тебе, наверное, нет дела. Неужели ты никогда не ешь?
— Человеческую пищу — нет.
— Какую тогда?
— Не-человеческую, — резонно заявил он.
Я рассмеялась немного невпопад и просто, чтобы что-то сказать, спросила:
— Думаешь, ведьма, Чиио или как её, знает, откуда я?
— Не думаю.
— Знаешь, зачем я ей?
В лице ёкая ничего не изменилось, но мне почему-то показалось, ему это на самом деле
— Тебе не стоит её опасаться.
— Потому что скоро вернусь домой? — осторожно предположила я.
— Потому что на тебе защита.
— Но ведь…
Камикадзе вдруг поднял мордочку, принюхиваясь, а мои слова заглушил треск ломаемых веток. Из-за кустов вырвался Дэйки в человеческом обличье.
— Момо… и… господин…
Увидеть здесь ёкая он явно не ожидал и тут же торопливо поклонился. Иошинори-сама развернулся и скрылся за стволами деревьев, а Камикадзе, взъерошив шёрстку, взвился в воздух.
— Кажется, ты его напугал — таким он тебя ещё не видел, — поддела я Дэйки. — Забыл превратиться обратно в лиса?
— Я не лис! — возмутился он. — Я — дзинко. Это совершенно разные вещи!
— В самом деле?
— Я ведь не сравниваю людей с… со снежными обезьянами[1], только потому что вы и они чем-то похожи!
— Вообще-то, люди произошли от обезьян, — улыбнулась я.
Глаза Дэйки в буквальном смысле начали выпирать из орбит.
— Как…
— Это называется эволюция — естественный процесс развития. Выживают лишь те, кто сумел лучше приспособиться к окружающей среде…
— Не понимаю ни слова из того, что ты говоришь.
— Две обезьяны породили трёх обезьян. Из трёх выжила та, что была самой умной. Когда выросла, она нашла себе другую умную обезьяну, с которой зачала и породила ещё несколько обезьян, которые были умнее, чем она. Из них опять выжила самая умная, и так далее. В конце концов, самые-самые умные обезьяны развились в людей.
— Милосердная Каннон! — ужаснулся Дэйки. — В
— Есть, конечно, и другие теории.
Я рассказала христианскую версию появления человека, добавив, что в каждой религии есть
— И сколько же религий в твоём мире?..
— Самых значимых — три. А вообще, немногим меньше, чем звёзд на небе.
Лис почесал затылок.
— Кошмарная реальность… Представляю, как ты рада, что попала в нашу и больше никогда не вернёшься в ту!
— Никогда — это… не совсем верно… — пробормотала я, но Дэйки уже отвернулся к узлу, который принёс.
— Надеюсь, ничего не забыл, — он присел на траву и вздохнул. — Если б ты могла ходить со мной, как раньше… Между прочим, в деревне только и говорят, что о Гион Мацури[2]!
— Гион Мацури? Его ведь празднуют в Киото?
— Откуда ты знаешь? — удивился лис.
— Слышала…
…от Цумуги, которая очень сокрушалась, что мы уже уедем из Киото к моменту, когда там начнётся фестиваль. Но, похоже, мне не суждено попасть на него и здесь.
— Думаю, в этом году праздновать Гион Мацури будут особенно широко, — предположил Дэйки. — Сёгун одержал победу над каким-то врагом. Его войска недавно вернулись в столицу.
— В какую столицу? Киото? — уточнила я.
— Какую ещё? Кстати, мы сейчас недалеко.
— Так может… Ведь на Гион Мацури соберётся множество людей! Никто не заметит в толпе меня! Поговорю с твоим господином…
— С ума сошла? И думать забудь! Своими глупыми просьбами ты его только разозлишь!
— Но… — начала я и замолчала, когда Дэйки очень красноречиво прищурил глаз. — В смысле… ты, конечно, прав. Запрет есть запрет.
— Вот именно, — он вдруг исполобья покосился на меня. — Скажи, ты действительно видишь во мне… животное?
Вопрос застал меня врасплох, я растерянно хлопнула глазами.
— Нет, конечно…
— Ты назвала меня лисом, — нахмурился Дэйки. — А лис — животное.
— Да… но… ты ведь… — я беспомощно развела руками. — Ты ведь
— Я — дзинко, а не лис! — яростно выпалил он.
Не успел его голос смолкнуть, в воздухе прозвенел знакомый тоненький визг, и что-то пронеслось между мной и Дэйки. Охнув, он схватился за щёку, потом оторопело посмотрел на испачканные кровью пальцы… На его лице красовались два небольших пореза, а на моё плечо опустился рассвирепевший Камикадзе — шёрстка взъерошена, маленькие клыки оскалены.
— Мой храбрый защитник! — восторженно защебетала я.
Дэйки оторопело приоткрыл рот.
— Какой ты молодец, — я ласково пригладила шёрстку зверька.
Камаитати довольно фыркнул, но продолжал настороженно поглядывать на моего обидчика. К Дэйки наконец вернулся дар речи.
— Он… только что
— В следующий раз будешь знать, как повышать голос, — расплылась я в улыбке. — Хотя, может, ему просто не нравится твой человеческий облик,
— Думал, он нравится
Раздражённо тявкнув, он принял лисье обличье и начал молча вынимать из узла покупки. Когда добрался до яиц, Камикадзе радостно пискнул.
— Хочешь,