Ирина Тигиева – Возвращайся, сделав круг. Книга 1 (страница 20)

— Вода приятна, оксама? — вежливо поинтересовалась женщина.

И я сдавленно выдохнула:

— Сой-дёт…

Она неуверенно улыбнулась и, поклонившись, засеменила прочь. Первой мыслью, когда за женщиной задвинулась дверь, было тотчас вылететь из бочки. Но, с другой стороны, я так долго ждала горячую ванну! И потом, вода наверняка скоро остынет. Продолжая подвариваться, я закрыла глаза…

Наверное, я задремала, но почему-то могла размышлять во сне. Снова это странное чувство, будто за мной кто-то наблюдает — точь-в-точь, как тогда у подножия холма. Но теперь я была уверена, этот кто-то стоит за спиной. Хотела обернуться, но тело не слушалось. И тут раздался голос, хрипловатый и явно принадлежавший немолодой женщине. Моё воображение тотчас нарисовало старуху, которую я видела возле лавки со шляпами.

— Ценная находка! — прокаркала она. — Но где же ты находишься, одзё-сан? Позволь тебя увидеть. Ну-ка взгляни на меня!

Мне почудилось прикосновение на подбородке, словно старуха собиралась поднять мою голову и заставить посмотреть ей в глаза… и меня охватило отвращение, как если бы по коже скользнул хвост ящерицы или змеи. Оно было настолько сильным, что тело пробудилось от оцепенения. Отдёрнув голову, я махнула рукой, отгоняя мираж. Брызги разлетелись по полу и стенам. В комнате не было никого, кроме меня…

Вода уже остыла. Сколько же длился этот морок?.. Если ощущение постороннего присутствия возле холма тоже дело рук странной старухи, она мерещится мне уже в третий раз… Звук сдвигаемой двери — вошедшая в комнату женщина принесла аккуратно сложенную ткань для вытирания и деревянный гребень.

— Как раз то, что нужно! — обрадовалась я. — А есть какое-нибудь масло или… средство, чтобы легче расчесать волосы?

Женщина на мновение задумалась, кивнула и, оставив свёрток, удалилась. Выбравшись из бочки, я только начала вытираться, когда она вернулась и протянула мне глиняный сосуд с желеобразной, приятно пахнущей субстанцией. Не знаю, что в неё входило, но, нанеся субстанцию на волосы, я расчесала их без труда. Потом сполоснула ещё тёплой водой из бочки, обернула «полотенцем», оделась в кимоно и выплыла к Дэйки.

— Это называется «не задержусь»? — недовольно проворчал он.

— Я сказала «постараюсь». Не получилось, — улыбнулась я.

Фыркнув по-лисьи, он направился к выходу.

— А ты? — удивилась я. — Разве не…

— Уже поздно! Ты ведь хотела ещё приобрести какие-то вещи?

— Это не займёт много…

Но лис уже вышел на улицу.

— Прости, Дэйки, — догнав, я попыталась заглянуть ему в глаза. — Не думала, что ты останешься без ванны. Если б знала…

— Пустила бы меня в бочку? — оживился он.

— Нет, конечно. Действительно бы поторопилась…

Лис тут же нахмурился.

— Всё-таки ты ненормальная, Момо. И упрямая!

— Такое впечатление, ты стремился принять ванну одновременно со мной, а не просто принять ванну, — поддела его я. — Ещё ведь не темнеет! Если так хотел искупаться, мог бы запросто.

— Что за глупость! — возмутился Дэйки. — И… темнеет здесь очень быстро!

— Ладно, ладно, — я миролюбиво подняла руки. — Хочешь, в следующий раз пойдёшь первым?

Лис пробурчал что-то неразборчивое и, отвернувшись, зашагал прочь.

Мой «шоппинг» в самом деле занял немного времени. Гребень, несколько мешочков-мочалок — Дэйки объяснил, что набиты они отрубями, средство для волос, похожее на то, что дала мне женщина в купальне — из чего состоит оно, спрашивать не решилась, и хлопковые полотенца. После мы наконец отправились в «кафе». Простая еда — суп с кусочками овощей, жареная рыба и неизменные онигири — показалась мне невероятно вкусной. Может, всё дело в её свежести и отсутствии химикалий, ставших неотъемлемой частью продуктов моего мира? Дэйки осуществил свою давнюю мечту и опрокинул в себя несколько чашечек саке.

— Нам ещё идти к пещере, — на всякий случай напомнила я. — Донести тебя не смогу.

Дэйки широко улыбнулся. Саке явно улучшило его настроение.

— Не беспокойся, Момо. Во всём заведении не найдётся столько вина, чтобы меня пришлось отсюда нести! Кстати, не хочешь ко мне присоединиться?

— Поклялась больше не притрагиваться к алкоголю, — я решительно отодвинула протянутую им чашу.

— Почему?..

— Потому что попала сюда из-за него!

На порозовевшем лице Дэйки отразилось неприкрытое любопытство. Он даже придвинулся ближе.

— Расскажи! Мне интересно!

— Может, по дороге?

Лис вдруг рассмеялся.

— Забавно же ты выглядишь с этим сооружением на голове!

— Какая разница… — вздохнув, я поправила обёрнутое вокруг головы полотенце. — С ним или без него, все вы видите во мне диковинного зверька!

— Диковинного — это точно! — согласился Дэйки.

Он вдруг протянул руку к моему лицу, и, прежде чем я успела опомниться, пальцы легко погладили щёку.

— Ты что?.. — я отодвинулась.

— Ничего… — он захихикал, мне показалось, немного смущённо. — Вообще, и к твоему странному виду можно привыкнуть.

— Пойдём-ка обратно в пещеру, — предложила я. — Ещё чашка-другая, и тебя придётся, если не нести, то поддерживать. Не боишься выволочки от своего господина?

— Всё-таки он тебе нравится! — Дэйки опрокинул в себя ещё одну чашу. — Но с чего ему меня… выволакивать? Главное, чтобы я тебя оберегал! А помогает мне в этом саке или нет — неважно!

— Помогает? Ты плохо переносишь алкоголь, приятель. Я — «всего лишь человек», но перепила бы тебя с закрытыми глазами.

Лицо лиса буквально засветилось, на губах заиграла довольная ухмылка. Наполнив вином чашу, он подвинул её мне.

— Попробуй!

Пожалуй, Дэйки прав — я действительно сумасшедшая. Клялась ведь больше не смотреть на алкоголь! Но осознала, что делаю, только когда жгучая жидкость опалила горло, и я закашлялась. Пить саке неподогретым мне ещё не приходилось, и это вино отличалось от того, каким мы с Цумуги накидались в первый вечер пребывания в Токио. Это было… забористым.

— Перепьёшь меня, а? — снисходительно хмыкнул Дэйки. — Как бы не пришлось нести к пещере тебя!

Но я уже восстановила дыхание и решительно подставила ему пустую чашу.

— Тебе меня не одолеть, — лис с готовностью плеснул в чашу саке. — И откуда у человечка вроде тебя столько самомнения?

— Этот «человечек» загонял под стойку даже англичан, — я опрокинула в себя чашу. — А с ними тебе точно не тягаться!

— Кто такие англичане? — Дэйки подлил снова.

— Знаешь выражение «пьёт, как лошадь»? Это про них, — я опустошила чашу. — Ещё две и мы сравняемся. Я считала твои!

Дэйки фыркнул и насмешливо сузил глаза.

— То, что выпил, я даже не почувствовал. А у тебя и после половины выпитого мной щёки стали цвета плодов сакуры!

— Думаешь, у тебя они другого цвета? — рассмеялась я.

Последовавший смех лиса смешался с моим…

[1] Офуро — японская ванна, традиционно изготавливалась из дерева и имела форму бочки.

[2] Каса — национальный головной убор, конусообразная шляпа из соломы, бамбука, камыша или осоки.

[3] Оксама (японск.) — госпожа.

Глава 10

Прохладный ветерок освежил лицо, распушил ещё чуть влажные волосы. Смеркалось. Воздух звенел от треска цикад, отдававшегося эхом в голове. Мы с Дэйки шумно вывалились на улицу, перепугав запоздалого прохожего. Ни одному так и не удалось «загнать» другого «под стол». Но, учитывая, что моим соперником был демон, просуществовавший несколько сотен лет, я считала себя победительницей.

— Проклятье, уже темнеет! — выругался Дэйки. — Пожалуй, господин меня всё же выволокет… выволочит… И всё из-за тебя! Но, — он пьяно захихикал, — лично я ни о чём не жалею!