Ирина Субач – Операция "Ух", или Невеста для Горыныча (страница 49)

Но я покачала головой.

– Он обещал меня спасти… – уверенно ответила я, и по губам старухи скользнула странная эмоция. Будто один уголок улыбнулся, а второй скривился от досады.

– Вспомнила, значит, – произнесла она..

И я кивнула.

Макошь протянула ко мне руку, и за ее спиной разверзлось пространство – темная ткань материи пульсировала, порталом, призывая в него войти.

– Тогда пошли за мной, Марина.

– Змеина, – поправила я, произнося имя своих последних лет.

Старуха кивнула и щелкнула пальцами.

Мир вокруг ожил, расцветая шумом улиц, визгом покрышек, запоздалой болью и упавшими на асфальт белыми хризантемами.

  

Глава 21

Навь встретила меня холодом, пробирающим нутро.

Я обернулась по сторонам в поисках загадочной старухи. Но никого не нашла.

Посреди этой мрачной пустыни, заполненной лиловым туманом, казалось, была только я одна.

Бескрайнее серое пространство простиралось вокруг. Я попыталась закричать и позвать на помощь, но мой голос утонул в тягучем воздухе.

Я вспомнила обо всем, что говорили мне раньше об этом месте. Навь – последнее пристанище бывших живых. Лишь тень нашего мира, тень для теней.

А вокруг – болота, туман, цепляющийся за иссохшие ветви берез-мертвяков. Воздух шуршал от шепота ветра, несущего плесень и пыль.

У меня не было тела, но я могла разглядеть свои призрачные руки, через которые просвечивали остатки окружающего мира.

«Ты могла выбрать жизнь!» – насмешкой пронесся в воздухе голос старухи, словно она до сих пор была рядом и наблюдала. – «У тебя был выбор».

– Это не выбор, – крикнула я в ответ. – Ты просто хотела от меня избавиться, пристроив в другое место. Помогаешь, Лебедь?

Старуха ответила молчанием, а я расценила это как подтверждение собственной догадки.

Лебедь не зря молилась Макоши. И если богиня лично решила вмешаться в мою судьбу, значит, точно расценивала мои шансы вырваться из Нави как вполне успешные.

*Вылезу отсюда – обломаю Лебедихе крылья!*

А шансы точно были – если у Лебеди вышло, значит, лазейки точно есть, и наверняка не только через шары в новогодних елках!

В размышлениях я брела по топям, и мои босые призрачные ноги увязали в черной жиже. Удивительно, но я отчетливо ощущала запахи: пахло прелыми листьями и железом.

Я вновь поежилась от холода, невольно бросая взгляд в небо. Хотелось бы увидеть там солнце, но вместо него лишь плотные клубы тумана, такого непроницаемого, что даже луч света не пробьется.

«Прав был Финист, когда говорил, что в этом мире придется забыть о свежем воздухе и солнце».

И в то же время меня осенила мысль.

– “Марьюшка!”, – я ведь столько раз слышала, что она может бродить без последствий между мирами, просто потому что знает нужные тропы.

А значит, мне лишь стоило найти подходящую.

Внезапно туман вспыхнул багрянцем. Небо раскололось, и с грохотом, будто гром среди зимы, длинный огненный росчерк разрезал туман. В плотных клубах проскользила тень, чьи гигантские крылья буквально резали воздух на слои.

Тьма расступилась перед огненным дыханием чудовища, которому здесь было не место.

Темная жижа болота, будто испугавшись огненной стихии, с чавканьем втянулась в землю, а запах пыли и плесени сменился дымом.

– Горыныч, – прошептала я, не веря глазам, когда тень в очередной раз проскользнула сверху, словно искала кого-то.

Он рыскала в этой тьме, ревел, изрыгая все новые порции огня, отчего вся Навь тряслась и шла ходуном.

Я замерла в ожидании того, что будет дальше, просто глядя вверх, как огонь в очередной раз терзает небеса, невольно любуясь и греясь в этом жутком зареве.

“Зачем бы ни прилетел сюда Горыныч, какие бы у него ни были цели, возможно, сейчас была моя последняя возможность хоть немного полюбоваться огнем и светом.”

Я видела, как другие души, такие же как я, выползали из своих укрытий – кто из-под коряг, кто из-под камней, словно провели там многие сотни лет, и с удивлением все они смотрели в небо. Закрывали глаза и грелись в этих крохах тепла.

Я невольно протянула руку к скользящему в небе Змею. И в этот момент чудище заложило крутой вираж, словно увидело кого-то снизу, и устремилось ко мне.

Потоки воздуха от его крыльев сметали неосторожные души, оказавшиеся слишком близко, но я чудом устояла, когда впереди приземлился этот огромный исполин.

Его огромные когтистые лапы вцепились в безжизненную землю, кроша под собой камень.

Гигантские крылья застилали весь горизонт, а тело возвышалось надо мной, словно исполинская гора.

Зубастая пасть, в прежние времена напугавшая любого своими острыми зубами и огненным дыханием, сейчас вызвала почему-то лишь усмешку. “А что мне сделает сейчас Горыныч? Я ведь уже и так мертва.”

И все же я замерла, разглядывая того, кого долгое время считала чудовищем, похитившим сестру.

Я даже ненавидела его раньше, но сейчас это показалось таким смешным и странным.

Мы смотрели друг другу в глаза – он в мои призрачные, а я в его зеленые, изумрудные. Такие до боли знакомые, словно я знала их уже долгое время.

От Горыныча исходило тепло, словно он нес в себе частичку солнца. К нему хотелось прижаться и обнять.

Голова чудовища склонилась ко мне, и я невольно замерла.

Протянула бестелесную руку, коснулась острых чешуек на носу… ощутила, насколько они раскалены, но больно не было. Горыныч прикрыл глаза…

– Зачем ты здесь? – только и спросила я.

Но Змей молчал, его веки дрогнули, открываясь, и в отражении его глаз я увидела себя.

Белесая тень прежней Змеины. Такая жалкая и беспомощная, одно дуновение огня или ветра – и меня сметет из пространства Нави.

Но Горыныч дышал осторожно, словно боялся того, о чем я подумала.

Я опустила взгляд вниз, окончательно растерявшись.

Взор упал на мощные лапы, на одном из когтей блеснуло что-то знакомое. Я присмотрелась и узнала кольцо.

Острая догадка обожгла сознание, и я, не поверив, даже отшатнулась…

“Как же я была слепа все это время, как не видела раньше?”

В огненных глазах Горыныча я узнала… человека?

– Вихрь? – прошептала я.

Горыныч кивнул.

– Я ведь говорил, что найду тебя, – каждое слово в этой ипостаси давалось ему с трудом. – Возьми кольцо. Оно твое, и я вынесу нас отсюда.

Он протянул мне коготь, острие которого венчалось кольцом Медузы. Я попыталась снять его, но мои руки проходили сквозь металл.

Тогда Вихрь стряхнул кольцо с когтя, и то со звоном упало на каменную землю. Я пыталась поднять украшение, но безрезультатно. Пальцы не могли даже коснуться металла.

Горыныч бессильно взревел.

– Должно быть, это все Навь. Пока ты здесь, ничего не выйдет. Садись ко мне на спину, и я вынесу нас отсюда.