Ирина Субач – Очень странный факультет. Отбор (страница 50)
– Это нарушение всех допустимых правил! Мертвые не возвращаются! – Старик Мишель расхаживал по бывшему кабинету Стефаниуса. Его шаги отмеряли секунды в такт напольным часам в углу.
– А захватить академию у другого государства, настаивать на переговорах с Сириусом, и это после убийства его ближайших слуг? Это по правилам? – Виктор Харлинг сидел за столом бывшего магистра и главы академии.
Мое же место оказалось за его спиной, я стояла отвернувшись к окну и разглядывала восстановленный витраж.
Казалось, он ничем не отличается от разбившегося, разве что кусочков склеек теперь стало больше. Гораздо больше.
Невольно мне подумалось, что, возможно, мозаика витража и до нас билась много-много раз, просто каждый раз после реставрации детали ее рисунка становились все мельче.
– На войне нет правил, – согласился Мишель. – Но у нас пока и не война. И предложение Ники отправиться с Шерри в другой мир… слишком опасно.
– Это на время, – парировала я. – И я знаю правила. Никакой магии, тогда нас не найдут. Тем более Шерри после своих видений утверждает, что нам не стоит во время переговоров тут присутствовать. Это опасно, а она не ошибается.
– Не лги мне! – Голос Мишеля стал выше, и я обернулась. Отец – в последний месяц я настойчиво приучала себя к тому, чтобы даже в мыслях называть его отцом, а не братом – был взбешен тем, что не контролирует, новая для него эмоция. А ведь за годы он привык к тому, что знал многое наперед. – Ты удумала отвести ее к сестре в другом мире. Я ведь знаю о твоем обещании.
Тут даже у меня глаза округлились.
– Откуда? Я же никому не рассказывала!
– Разве что одному лысому котику-монстру, – прищурился старик. – Он, конечно, мне не докладывает, но…
– Предатель, – прошипела я.
– Да он-то здесь при чем? – отмахнулся Мишель. – Просто пара шпионящих заклинаний у тебя в лачужке. Так что не стоит разговаривать по секрету вслух даже с котами. Виктор, скажи ты ей, что это небезопасно! Если она меня не слушает, то хотя бы ты…
Виктор повернулся ко мне и уставился на меня усталым взглядом.
А я сжала в кармане ключ, который он отдал мне еще утром. Мне ответ Виктора был заранее известен.
В последний месяц на него многое свалилось.
Когда мы освободили Шерри, все повалилось с ног на голову. Стефаниус исчез, в академии воцарился хаос. Мы не могли понять, кому можно верить, а кому нет. Виктору пришлось взять на себя бразды правления, пока все не выяснилось.
Удивительно, но оказалось, что профессор Зелень все же была ни при чем и ничего о махинациях Стефаниуса и Седвига не знала.
А вот старушки Дора и Сидора оказались императорскими оперативниками, которые присматривали за обстановкой с самого начала.
Этих двоих пришлось насильно выгонять с острова. Впрочем, едва запахло жареным, они и сами сбежали. В этот раз никакие темпоральные поля не сдвигались, и они явно доложили обо всем, что происходило на острове, Сириусу.
Сбежал и профессор зельеварения.
Он воспользовался ситуацией и суетой и, будучи таким же пленником острова Таль, как и многие другие здесь, развил такую скорость, что и Флешу не снилась. Ушел буквально по воде в сторону материка.
Виктор даже останавливать не стал.
– Таль не должен быть тюрьмой, – изрек он. – Это школа и академия. А значит, каждый должен не только прийти сюда, но и уйти, если пожелает.
После этих слов многие преподаватели встали перед дилеммой – остаться или уйти. Большинство все же остались.
Та же Зелень. Животные были для нее всем, и она не смогла их бросить.
– Виктор! – еще раз выдернул меня из мыслей голос Мишеля. – Почему молчишь?! Или ты решил отпустить этих девиц в другой мир?
Харлинг вздохнул.
– Остров не тюрьма, – изрек он. – Я это уже говорил. Тем более это ненадолго. Три дня, пока идут переговоры. Это часть предсказания Шерри. Не нужно отступать от плана.
– А он у вас есть? – задал вопрос Мишель, и я тоже посмотрела на Виктора.
Все дело в том, что я тоже не знала ничего о том, что сказала Харлингу Шерри. И о каком плане шла речь?
Для себя мне было важно выполнить обещание для Инги, а вот для Харлинга стало важным спрятать меня и Шерри на те дни, когда на остров прибудет сам Сириус.
– План есть, – кивнул Харлинг. – Поэтому Ника переходит в другой мир этим вечером. Шерри с ней. Они вернутся, едва Сириус отбудет с острова. Если все пройдет удачно, встретим их через три дня у перехода под академией.
– Если что, у нас есть резервный способ переместиться, – напомнила я. – Неприятный, но мне уже не привыкать.
Мишель сузил глаза.
– Надеюсь, ты не думаешь, что эти игры со смертью безлимитные? Я пример того, что эти шутки с природой рано или поздно приводят к тому, что всё вернется на свои круги.
Я посмотрела на старика Мишеля. На отца, которого у меня не было и который вдруг появился.
Даже сейчас он проявлял заботу и просто не мог допустить того, что не контролировал.
И все же сдался.
– Хорошо, – бывший ментор устало опустился в кресло, – но не заставляй старика волноваться слишком сильно. Помни, у меня теперь слабое сердце, а источника с живой водой и мощного лекаря больше нет.
Я едва заметно улыбнулась.
– Ника, а теперь, если можно, – неожиданно произнес Харлинг, – я бы попросил тебя выйти. Мне нужно поговорить с твоим отцом наедине.
Я обиженно фыркнула, но все же послушалась.
Наверняка речь шла о каких-то политических интригах. Мне и в самом деле не следовало во все это лезть. Нельзя быть затычкой в каждой бутылке.
Хватит, наприключалась уже.
Все мои мысли за последний месяц были только о том, что, когда все закончится, я поеду в имение Станислава. Хотелось застать деда в добром здравии, поблагодарить за все.
Но путь в имение пока был закрыт, а вопрос наследства еще не решен.
Все зависело от переговоров Мишеля и Сириуса.
Поэтому я пошла к Шерри. Если кто-то и знал о будущем все, так это она.
Девушку застала в ее старой комнате. Ее соседки внутри не было, поэтому после просьбы о разрешении войти я смело шагнула внутрь.
– Ты как? – спросила я, закрывая за собой двери. – На занятия так и не ходишь?
Брюнетка лежала на кровати ко мне спиной и лицом к стене.
С тех пор как мы ее освободили, она так окончательно и не пришла в себя. Для нее ушла в прошлое эпоха ярких эффектных платьев, броского макияжа, и вообще, заточение словно высосало у нее любовь к жизни.
– Какой смысл ходить туда, где знаешь и так обо всем, что произойдет?
– Так уж и обо всем?
– Во множестве вариантов, – все еще не оборачиваясь, ответила Шерри.
– Звучит очень неоптимистично, – заметила я, ломая голову, как же хоть немного расшевелить Шерри.
– Как раз в будущем много оптимистичного, – не согласилась она. – Но скучного. Я даже знаю, о чем ты сейчас скажешь.
– Не может быть, – воскликнула я.
–
– Как ты это делаешь? Брось, это шутка? И что, никак не обмануть этот твой дар?
–
– М-да… – протянула я, когда поняла, насколько сильно развился дар Шерриллы. – Пожалуй, это самое хреновое, что может быть в жизни.
– Согласна, – ответила девушка не оборачиваясь. – Разве что варианты могут быть разными. В них есть хотя бы небольшая интрига и надежда.
– И на что надеешься ты?