Ирина Субач – Очень странный факультет. Отбор (страница 47)

– А где она сама?

– Открыла портал и ушла. Даже записки не оставила. – Голос Лены звучал обиженно. – Впрочем, она и в самом деле помогла нам. Могла бы вообще не вмешиваться, и нас скормили бы источникам.

Я почему-то улыбнулась. Меня потеря Алатыря нисколько не расстроила, скорее наоборот. Если будет когда-нибудь возможность, я бы даже открытку с благодарностью Станиславе отправила… Вот только что-то подсказывало: больше эту рыжую лисицу я не увижу. А если и увижу, значит, плохая из нее шпионка.

– А что касается всего остального, – заговорил Мишель, – то все сложилось лучше некуда. Если Грант не против, то он может занять место почившего цесаревича. Никто не заметит подмены. Проблемы с памятью можно списать на старые причуды царя. Никто и не ожидает от него запоминания имен. Также у нас есть и идеальная победительница отбора, – старик показал на Лену. – Ты ведь жаждала реформ, улучшения жизни, вот твой шанс!

– Стоп! Он же ничего не знает о том, как править! – вытаращился Харлинг на Мишеля. – Местные вельможи, конечно, не блещут умом, но не до такой же степени. Старый царь обладал такой хваткой, что его, даже немощного, боялись до потери пульса. А Грант? Мишель, вы в своем уме? Его сместят, едва только нащупаю слабину.

– Поэтому я тоже останусь здесь, – спокойно ответил старик. – У каждого мудрого царя и царицы есть не менее мудрый десница. Я знаю тонкости обоих миров, мне хватит опыта помочь им, по крайней мере пока я жив, то многое успею.

– Ах ты, старый пройдоха… – прошептала я.

И уголки губ старика чуть заметно приподнялись.

Грант резко вскочил.

– Подождите! А если я против? Что значит «возьми и стань царем»? Так еще и женись! Я ее впервые вижу! – Он смерил Лену долгим оценивающим взглядом, мне показалось, даже немного удовлетворенным. – Так дела не делаются!

– Именно так они и делаются, – невозмутимо ответил Мишель. – Раньше женились, вообще только глядя на портрет, а у тебя полный визуальный осмотр. Не каждому такое предлагают.

Рядом запыхтела от возмущения уже Лена, но как-то нехотя, скорее ради приличия. Я заметила, как из-под ресниц она нет-нет, а поглядывает на Гранта, явно поддавшись магическому обаянию.

– Она единственная, кто может скрыть твою вторую ипостась, – вмешалась я. – Ты можешь вернуться в академию, но должен понимать. Для Стефаниуса ты останешься вечным заложником, дольше прогулок в другой мир на несколько дней тебя никто не отпустит из академии Таль. А в полнолуния ты будешь превращаться в птицу и кукарекать на весь лес, прячась и стыдясь этого.

– А я смогу сделать для тебя персональное небо, – подхватила мою мысль Лена. – Удобный союз.

Грант задумался. Что-что, а глупцом он никогда не был. Расчетливый хитрец, который даже в академии умудрялся приторговывать «плюшками» из другого мира. Я была уверена, что своего Грант не упустит, тем более когда перспектива была столь масштабной.

– Ладно, уговорили. Царем так царем. Что нужно делать, чтобы не спалиться?

Я усмехнулась… улыбнулся и Мишель, крайне удовлетворенный происходящим.

– Пока ничего. У нас есть пара часов в запасе, вот потом… Мы трое выйдем отсюда и скажем миру о твоем решении взять мою подопечную в жены. Для тех приближенных к царю, кто знал о свойствах источников, все будет выглядеть так, будто Нику, Харлинга и исчезнувшую Станиславу скормили мертвой воде во время обряда.

Я уставилась на брата-отца.

– Значит, мы уже не выйдем отсюда?

– Нет, и ты сама знаешь, что другого выхода нет. Но я обещал, что решу твою проблему с императором Сириусом. И теперь это решение появилось. На твоей стороне теперь целое Вельшийское царство, осталось только провести переговоры. Мы простим ему похищение наследника и закроем глаза на махинации с переселенцами, а он отпустит тебя! Уверен, Сириус внемлет аргументам и примет такие «незначительные для него» условия. Ты сможешь вернуться в наше имение и принять наследство. Я замолвлю слово и за Харлинга. У него на материке также остался дом; если он захочет, мы включим требование вернуть наследство и ему.

– Не надо за меня решать, чего я хочу, – прервал планы Мишеля Виктор. – Со своими делами я разберусь сам.

– Я бы тоже предпочла не спешить. Если нам надо исчезнуть сейчас, мы исчезнем. Но прежде надо решить еще одно дело, я обещала подруге.

– Какое еще дело? – не понял Мишель. – И какой подруге? Этой рыжей шпионке?

– Нет, – буркнула я. – Но я слышала, тут где-то есть сокровищница с артефактами, наверняка здесь найдется тот, который мне нужен – блюдечко с молодильным яблоком. Мы испортили одно такое, наверняка есть еще.

В следующие полчаса мы с Леной рылись в королевской сокровищнице, которая и в самом деле оказалась недалеко. Буквально за соседним поворотом коридора. Похоже, старый царь предпочитал хранить все самое ценное недалеко, так что даже бежать не пришлось.

– Нашла! – воскликнула Лена, выуживая из-под гор золотых монет, россыпей камней и кубков огромное блюдо. В отличие от нашего, это было больше и с золотой каймой. – Только яблока нет!

– Яблоки были в вазе у камина, – припомнила я, хватая волшебную тарелку и бегом возвращаясь в каменный кабинет.

Лена, не успевая, следовала за мной, а я с грохотом опустила блюдо на каменный стол, крепко сжала яблоко и, пока все спешили ко мне, чтобы понять, зачем я все это затеяла, произнесла:

– Покажи мне Шерриллу. – прокатила яблочко по кромке, и оно, подхваченное неведомой силой, скользнуло по зеркальной глади блюдца.

Изображение подернулось дымкой, но та быстро рассеялась, высвечивая темные каменные своды темницы. Ни окон, ни дверей, лишь мрачная клетушка с наглухо закрытой дверью.

Узкая кровать у стены и крошечный стол, за которым сидел Стефаниус, надменно взирая на забившуюся в угол Шерри.

На ней не было красивого платья, лишь грязная ночнушка, которую, похоже, не давали сменить все то время, что ее никто не видел.

– Она в тюрьме? – не выдержал Грант. – Сказали же, что она на материке. Что ее отпустили.

– Больше верь в то, что нам говорили, – буркнула я. – Блюдце, о чем они говорят?

Яблочко крутанулось вокруг оси и побежало еще бодрее. Прорезался звук, и даже с хорошо отличимыми нотками эмоций. В этой модели блюдца можно было разобрать, кто именно говорит: мужчина или девушка.

– Где похищенный студент?! – требовал Стефаниус. – Включи свой дар и говори! Немедленно!

Девушка поджала под себя колени, словно стремилась стать как можно меньше и незаметнее, ее губы задрожали.

– Я не знаю. Я же говорила, это так не работает. Видения приходят сами.

– Можешь! – требовал старик. – Иначе придет боль. Ты же не хочешь боли?

Шерри пискнула, в уголках глаз собрались слезы, и все же от отчаяния она прикрыла глаза, сжала кулаки, губы собрались в тонкую полоску от напряжения.

Так продолжалось несколько мгновений. Пока неожиданно, даже для нас, Шерри не начала хохотать.

Улыбка расцвела на ее лице, но отнюдь не добрая.

Словно сама госпожа Месть смеялась сейчас в ее лице.

– Что ты видишь? – потребовал глава академии, и Шерри распахнула глаза, в которых не было страха, только злость.

–  Она всегда будет возвращаться, а у меня был один шанс, и вот он. Они идут за тобой, беги!!! ПОКА ЕЩЁ МОЖЕШЬ!!! Беги! И осторожно выбирай!

– Что ты несешь? – рассвирепевший Стефаниус вскочил со стула и отвесил Шерриле оплеуху. – Я у тебя спрашивал, где Грант! Сумасшедшая дура! Знаешь что? Ты будешь сидеть тут вечно, если не хочешь по-хорошему!

Он вытащил из кармана ключ, потряс им воздухе и выдал очередную угрозу:

– Я сгною тебя здесь, бесполезная идиотка. Запру и выброшу ключ в жерло вулкана. У тебя есть час, чтобы выдать мне нормальное предсказание, где искать Гранта!

Но все эти угрозы были мимо Шерри. Она, как завороженная, продолжала улыбаться, все настойчивее повторяя:

– Беги, старик! Беги с острова! И выбирай! Осторожно выбирай!

Явно понимая, что больше ничего не добьется, Стефаниус раздраженно махнул рукой и хлопнул дверью темницы.

Раздался звук прокручиваемого в замке ключа.

Изображение на блюдце мигнуло и растворилось.

Я испуганно обернулась на Харлинга.

– Ты слышал? Он же и в самом деле это сделает. Либо она скажет ему, где Грант, либо он будет ее пытать! Мы должны спасти ее! Нам нужно на остров!

Мишель потер переносицу.

– Вернуться в академию – очень глупая идея, – изрек он. – Твоя подруга не выглядит умирающей, мне нужно все хорошо взвесить.

– Нечего взвешивать! – рыкнула я. – Мы знаем, что Стефаниус и похуже вещи делал, когда речь шла о достижении цели, а сейчас у него из-под носа умыкнули ценного заложника. Когда об этом узнает император Сириус, а он узнает, Стефаниусу несдобровать, и он это прекрасно понимает.

– Это дешевые уловки, чтобы напугать девчонку, – все так же невозмутимо продолжал Мишель. – Допустим, она ему даже что-то скажет. Скажет, где сейчас Грант. Что может нам сделать Стефаниус? Пойдет войной на вельшийцев?

Я начинала злиться.

Обернулась и посмотрела на Виктора, стоящего за моей спиной.

– Ты ему скажи, хоть что-нибудь!

Несколько мгновений Харлинг молчал.

– О чем предупредила Шерри магистра? – наконец спросил он. – Кто за ним идет? Если она видит будущее, то, может, Мишель прав. В конечном итоге не стоит лезть, если за Стефаниусом и так кто-то идет.