Ирина Субач – История одной убийцы (СИ) (страница 35)

Аптекарь согласно кивнул и выставил на прилавок несколько микстур.

С чувством полной обреченности, но гордым выражением лица я отсчитала фактически последние деньги из кошелька, оставляя буквально несколько монет, и подхватила заветные пузырьки, чтобы сложить в сумку.

Я уже готова была выйти из аптеки, когда Лорн попросил подождать его минутку. Он быстро расплатился с аптекарем за бутылку с настоем корня солодки, и сбор грудной травы, после чего двинулся за мной.

Мы вышли на улицу, и вновь в полной тишине побрели к дому.

Так и добрались.

Я планировала расстаться с Ричардом у калитки, но он настоял проводить до самых дверей дома, ссылаясь на опасность льда на садовой дорожке.

Лишь у самого порога я решила полюбопытствовать:

— У вас тоже проблемы с кашлем, детектив? — кивая, на его покупки.

Он лишь улыбнулся.

— Отнюдь, бог миловал. Однако в детстве мать лечила мои болячки именно этими народными средствами.

Я вопросительно изогнула бровь, а Лорн не отвечая дальше, принялся стучать во входную дверь, которую открыла матушка.

— Детектив, — расплылась она в улыбке скорее из вежливости. По ее потухшему взгляду и обострившимся морщинками, я поняла, что дела с Эмили обстоят совсем не оптимистично. — Что-то случилось?

— Добрый день, мисс Клейтон. У меня все в порядке, не переживайте, — он взял не долгую паузу. э, а после продолжил, — Я прослышал о болезни вашей дочери, и не мог остаться безучастным, — пакет с травами был буквально всучен матери в руки. — Я конечно не врач, но эти средства могут помочь, малышке.

Ничего не понимающая матушка осоловело захлопала глазами.

— Что это?

— Травы, ничего вредного. Я побоялся вручать их Розалинде. Ваша дочь слишком горда, чтобы принять помощь

Я густо покраснела от его слов. Именно так и было. Не приняла бы.

Лорн же нашел другой способ, всучил пакет матери.

— Благодарю, — рассеянно протянула она, все ещё не до конца осознавая произошедшее.

— Абсолютно не за что, вы можете рассчитывать на меня в случае необходимости.

— Это весьма любезно с вашей стороны, детектив Лорн, — в голосе матушку проявились ноты истинной радости, а косой взгляд в мою сторону, заставил уже меня недобро прищуриться.

Едва полицейского удалось проводить, матушка завела старую песню:

— О, Роуз. Этот Ричард так любезен. Ты бы все же присмотрелась к нему внимательнее, он явно неравнодушен к тебе.

“Я и так вынуждена присматривать за ним чересчур внимательно”, — мысленно огрызнулась, а вслух произнесла:

— Женихи последнее, о чем я могу сейчас думать. У нас есть проблема куда поважнее, а именно болезнь Эмили и отсутствие денег на ее лекарства.

Стоило мне озвучить сумму, запрошенную аптекарем, мать стала бледнее мела.

— Десять тысяч, немыслимо! — воскликнула она. — У нас нет подобных денег.

— И я это прекрасно осознаю, — скупо обронила в ответ, выставляя на тумбочку возле лежащей на кровати сестренки купленные в аптеке микстуры. — Быть может, нам стоит попросить доктора выписать что-нибудь подешевле? Должны же существовать аналоги?

— У нас едва на еду есть деньги, — всплеснула руками Бриттани, — Новый вызов доктора так же обойдется в энную сумму.

Я устало опустилась рядом с сестрой. Было, о чем подумать.

— Неужели ничего не осталось из тех денег, которые неизвестный поклонник перевел на счёт Бри? — припомнила я гонорар за своё “позирование” художнику.

Все же там была немалая сумма.

— Увы, Роуз, — мать развела руками. — Больше половины ушло на погашение долгов, а остаток разошелся со временем.

— Нужно было экономить, — буркнула я себе под нос, так чтобы матушка не услышала. Обстановка и так была натянутой, не хватало нам ещё рассориться на ровном месте. — Кто-нибудь может одолжить нам требуемую сумму?

Матушка понуро опустила голову:

— У меня остались друзья в столице, но ты должна понимать, что это займет немало времени. Пока письмо о просьбе дойдет до адресата, затем обратно… несколько дней минимум.

— Слишком долго, — я встала с кровати и решительно направилась на выход из комнаты. — Я к Мишелю Лонтье. Он многим обязан нашей семье. Думаю, его гонорары позволяют одолжить десять тысяч дамам, попавшим в беду.

Меня никто не останавливал. И так было понятно, что самостоятельно этих денег нам за несколько часов не заработать, и даже продать нечего. Семейные драгоценности, и те, давно заложены.

Выйдя на улицу, я в очередной раз прокляла погоду и чертов лёд на дорожках. Однако в этот раз все было не столь плохо. Дворники уже рассыпали песок, и теперь я могла вполне уверенно шагать по городу, не боясь разбить нос.

Через полчаса ходьбы, я добралась до логова Мишеля и требовательно стучалась в его двери.

Открыл он мне не сразу, я даже начала опасаться, что его нет дома, но через пять минут изнутри послышались звуки, а ещё через пять — створки распахнул заспанный Лонтье. Весь его вид говорил, что ночью он не спал, а лег хорошо если под самое утро.

— Простите, прекрасная Розалинда. Я рисовал картину, — оправдался он, спустя некоторое время, пригласив меня внутрь. — Ждал месяц нужную фазу луны, не мог упустить момент.

Мы зашли в мастерскую, которая служила художнику и гостиной, и столовой одновременно, а иногда ещё и спальней. Там на мольберте действительно стояло свежее полотно, местами сверкая мазками непросохшей краски.

Я невольно залюбовалась пейзажем: полная луна, на фоне иссиня-черного неба. Ее желтоватые отсветы на темных тучах и… Волки. Два зверя: волчица, стоящая на холме, задравшая голову и воющая на луну. В ее глазах отражался жёлтый свет полного месяца, придавая им сходство с янтарем. И волк. Он сидел у подножия горы и грустно взирал на хищницу. Была в его взгляде какая-то безнадежность и обреченность, словно смотрел он не на самку, а на недоступную богиню…бесконечно далёкую и непостижимую, как и сама луна.

— Завораживающе жутко, — призналась я Мишелю. — До мурашек по коже.

— Значит, я старался не зря, — довольно выдохнул он. — Любые сильные эмоции — лучшая награда для творца.

— Надеюсь, заказчику понравится.

— Я надеюсь на это не меньше, — Лонтье улыбнулся. — Что привело вас ко мне, баронесса?

Я немного скривилась от его официального тона.

— Отбросим формальности, мы ведь прекрасно общаемся на “ты”. Я пришла просить о помощи, Мишель. Нашей семье больше не к кому обратиться.

Мой беспокойный тон мгновенно настроил его на серьезный лад. Обычная игривость пропала, напускной пафос тоже. Лонтье умел быть собранным, когда обстоятельства того требовали.

— Что случилось?

Я выложила ему как на духу о болезни Эмили и нашем тяжёлом материальном положении в данный момент. Как я и предполагала, озвученная сумма своим размером Мишеля не напугала.

Он просто кивнул и вышел из мастерской, ничего не говоря, а через пять минут вернулся с купюрами в руках.

— Вернете, как появится возможность.

Я смущенно приняла деньги, взгляд при этом невольно ушел в пол. Отчего-то в груди появилось чувство стыда…

— Я могу написать долговую расписку, — решила хоть как-то заверить Мишеля в возврате денег.

— Не стоит. Ваша матушка давала моим работам столько рекомендаций, что я обязан вам по гроб жизни!

Я благодарно улыбнулась ему, а после спешно покинула дом, торопясь в аптеку до закрытия.

Успела я за пять минут до конца рабочего дня старика-провизора.

— Я боялся, что вы уже не вернётесь сегодня, — вместо приветствия произнес он, я же молча выложила на прилавок деньги. — Лекарство будет готово завтра после обеда.

— Благодарю вас.

— Не за что, — улыбнулся аптекарь. — Главное, чтобы помогло. Там и поблагодарите.

***

Слова аптекаря не сбылись. Шел пятый день болезни Эмили, болезнь не отступала ни на шаг, и несмотря на любые лекарства, ей становилось только хуже.